КалейдоскопЪ

Последний собиратель русских земель

Семейная жизнь Василия III

Иван III, женившийся на византийской царевне Софии Палеолог, предполагал и в дальнейшем совершение династических браков представителей российского и европейских правящих домов. Но, предчувствуя свою скорую кончину и не имея времени искать за границей невесту наследнику стола, государь решил женить его на россиянке. Говорят, что на это решение повлиял приближённый к великокняжескому дому боярин греческого происхождения Юрий Малый. Он надеялся выдать замуж свою дочь за сына Ивана III. Но Василий выбрал из тысячи пятисот молодых девушек, представленных на смотрины ко двору великого князя, дочь незнатного сановника, но зато прекрасную собой Соломонию Сабурову. Её предок Мурза Чет, выходец из Орды, принял христианскую веру и поступил на службу к московскому князю ещё в XIV в.

Нередко семейные отношения в доме правителя становились составной частью политической жизни страны. Так, Иван III, оставляя государство в наследие старшему сыну Василию, младшим сыновьям оставил небольшие уделы, угрожая им проклятием в случае неповиновения наследнику. А к проклятиям тогда относились серьёзно.

Василий запрещал своим родным братьям жениться, боясь, что их сыновья станут соперниками его будущему сыну-наследнику. Эти запреты великого князя, да и уничтожение удельной системы станут причинами династических смут в государстве. Но особенно взбудоражат общественность некоторые подробности семейной жизни самого великого князя. За двадцать лет супружества красавица Соломония не смогла родить ребёнка самодержцу. Их моления Богу о наследнике не помогали. Летописец отмечал, что, увидев однажды на дереве птичье гнездо, Василий заплакал со словами: «Птицы счастливее меня: у них дети!».

С разрешения митрополита Даниила Василий III развёлся с женой. Летописец описывает грустную сцену их прощания – со слезами государя, опечаленного необходимостью разлуки. Соломонию отправляют в суздальский Покровский монастырь.[119] Предания сохранили некоторые подробности последующих событий. Пострижение было насильственным. Сопротивляющуюся Соломонию даже ударили плетью, когда она отказывалась произносить монашеский обет. Позже появились слухи, что уже в монастыре Соломония родила сына. Расследованием этих слухов занимались люди Василия III, но ничего конкретного им узнать не удалось. Спрятала ли Соломония сына с помощью преданных ей друзей, умер ли он, как она тогда уверяла посланца Василия, или его вовсе не было, мы теперь, наверное, не узнаем. Многие историки считают это вымыслом Соломонии – монахини поневоле. Хотя позже появится человек, который будет себя называть сыном великого князя Василия III и Соломонии и станет смущать народ опасными речами и «лихими» делами. Но это будет уже при царе Иване IV. А Василий III сразу же после развода женился вновь (в 1526), хотя по закону не имел на это права. По церковному уставу, если жена с согласия мужа становилась монахиней, он тоже должен отказаться от светской жизни. Об этом откровенно говорили некоторые смельчаки, и не только духовного звания; их наказывали.

Новой супругой государя стала Елена Васильевна Глинская. Она была из богатого и знатного рода Глинских, так же как и первая его жена, татарского происхождения. Её предки, ордынские князья, в XV в. ушли в Литву к Витовту. По преданию, они были сыновьями Мамая, потерпевшего поражение на Куликовом поле и погибшего уже в Орде от рук своего соперника Тохтамыша. Воспитывалась Елена в доме своего дяди Михаила Глинского, который получил образование в Германии, успешно служил в Саксонии и Италии, затем вернулся в Литву, а уж потом появился при дворе Василия III. Бояре считали Глинских чужеземцами – ещё и поэтому некоторые из них осуждали второй брак государя.

Рассказывали, что Василий III дорожил любовью молодой супруги, стремился нравиться ей. Тщательно следил за своим внешним видом, даже бороду стриг, чтобы казаться моложе. Но и этот брак три года был бездетным. Опять были моления Богу о наследнике, посещение святых мест, дальних монастырей, богатые милостыни нищим… Наконец 25 августа 1530 г. родился долгожданный наследник – Иван IV. Потом будут говорить: в эти минуты земля и небо «потряслися» от мощных громовых ударов. Они сопровождались непрерывной молнией. Возможно, эти «сведения» были домыслами людей, враждебно настроенных к новой семье Василия III, а позднее – и к Ивану IV.

Если предположения о происхождении матери новорождённого верны, то он был одновременно потомком и Дмитрия Донского (со стороны отца), и Мамая (со стороны матери).

А счастливый отец, державший младенца на руках, радостно слушал предсказателей, которые говорили о великом предназначении его наследника, о процветании России. Но за стенами великокняжеского дворца упорно пророчили кровавые деяния будущего тирана. В одном из сборников московской Синодальной библиотеки помещена «Выпись из грамоты, что прислана к великому князю Василию Ивановичу о разлучении первого брака и сочетании второго брака чадородия ради. Творение Паисиево, старца Ферапонтова монастыря». В нём указывалось, что Василий, просивший разрешения на новый брак у восточных патриархов, настоятелей Афонского монастыря, получил от всех отказ. А патриарх Иерусалимский Марко предупреждал, что если он всё же вступит в этот брак, то будет иметь сына, который удивит мир жестокостью. Но, самое главное, уже тогда, очевидно, зародились слухи, что Василий не был отцом родившегося Ивана. О них станет известно будущему царю, и это мучило его с детских лет в течение всей жизни. И лишь исследования останков Ивана IV советскими учёными, в том числе антропологом, скульптором М. М. Герасимовым, докажут отцовство Василия III.