КалейдоскопЪ

Комиссия по составлению нового уложения

«Наказ» был издан в 1766 г. как документ чрезвычайный. Он был разослан во все европейские дворы и должен был представить Россию как страну, волею просвещенного монарха находящуюся накануне великих преобразований. Он получил преувеличенно восторженную оценку короля Пруссии Фридриха II и австрийской императрицы Марии Терезии, поскольку каждая из враждующих сторон стремилась заполучить Россию в качестве союзника. В Англии, однако, в его оценке проявлена была сдержанность, в предреволюционной Франции его нашли слишком радикальным и публикацию запретили.

Подчеркивая важное государственное значение документа, вышедшего из под пера царствующей особы, в России экземпляры «Наказа» разосланы были во все официальные учреждения со специальным предписанием – выделить субботние дни для обязательного его изучения. На столь же высокой ноте происходила подготовка к созыву депутатов в комиссию, именуемую «Уложенной».

Депутаты избирались от всех сословий, кроме основной массы населения – крепостных крестьян, интересы которых, по замыслу, должны были представлять их владельцы. Для дворян выборы были прямыми, для других сословий – многостепенные, т. е. избирали первоначально выборщиков и т. д. Сделано это было для того, чтобы власть на местах могла проконтролировать избрание желаемых лиц. Каждый депутат, и это было новшеством принципиального порядка, приносил с собой наказ от своих избирателей, что призвано было подчеркнуть, что при составлении законов учитываться будут интересы представителей всех сословий.

Избранным депутатам дарованы были невиданные прежде права и привилегии: депутатская неприкосновенность, большое денежное содержание, а представителям от дворянства дозволялось включить в свой фамильный герб отличительный знак, дабы и потомство гордилось тем, что их пращур участвовал в составлении законов, призванных преобразовать Россию.

Всего по стране избрано было 564 депутата. Из них от дворян всего 161. От городов 208. Остальные от прочих сословий, кроме крепостных. В действительности же дворяне составляли преобладающую часть, так как определенную часть представителей от городов и других категорий составляли дворяне. Но от духовенства, сословия многочисленного, было всего 2 представителя: церковь недовольна была секуляризацией своих имений и власть не желала видеть в собрании оппозиционно настроенных людей.

Торжественное открытие «Уложенной комиссии» напоминало театральное действо. Первоначально депутаты «представлялись» императрице, прибывшей в Москву и остановившейся в Путевом дворце. Затем при огромном стечении народа состоялся въезд императрицы в Кремль. Она следовала в золоченой карете, запряженной шестеркой белых лошадей. Ее сопровождал блестящий эскорт гвардейцев. Все было призвано изумлять жителей Москвы, в том числе большое число дворян, специально прибывших сюда. Такая торжественность должна была подчеркнуть исключительную значимость событий. В Кремле состоялась присяга депутатов. Здесь же открылось заседание «Уложенной комиссии» – отдельно для депутатов от дворян и от других сословий. После официального открытия читан был «Наказ». По свидетельству очевидцев, принят он был с восторгом и слезами. Содержание же его для весьма многих оказалось недоступным для понимания – слишком мудреным.

Работа была хорошо организована. Созданы были комиссии и подкомиссии. Однако эйфория первых дней исчезла, когда стали обсуждать вопросы, затрагивающие права и обязанности сословий. Здесь не компетентных не оказалось. Каждое из сословий претендовало на полноту прав и монопольное их использование. Дворянство требовало сохранить все свои привилегии и, прежде всего, нераздельное право владеть землей и крепостными. Глашатаем его интересов выступил знаменитый историк и видный сановник князь М.М. Щербатов. Купечество ратовало за укреплении органов самоуправления, смягчение повинностей, монопольное право заниматься торговлей и пр. Интересы сословий оказались непримиримыми. Представители кочевых народов говорили о самоуправстве администрации, о захвате их земель и т. д.

Особой остроты достигли прения, когда стал обсуждаться вопрос о причине побегов крепостных крестьян. Депутаты от отставных солдат, прогрессивные депутаты от дворянства, Г. Коробьин и Я. Козельский, в своих выступлениях нарисовали правдивую картину помещичьего произвола, в то время как их оппоненты утверждали, что причина побегов заключается прежде всего в лености крестьян. Заседания, которым не видно было конца, из Москвы перенесли в Петербург. Ни один из обсуждаемых вопросов, по существу, решить не удалось. Воспользовавшись началом первой русско-турецкой войны, деятельность «Уложенной комиссии» была приостановлена, как утверждалось, временно, под предлогом того, что многие депутаты должны были отбыть в армию. Некоторое время еще продолжали действовать комиссии и комитеты, но и они вскоре приостановили свою работу. Свод законов не был составлен. Законодательная деятельность оставалась, прежде всего, прерогативой царствующей особы. Комиссия более не собиралась, но деятельность ее все же не была бесплодной. Дискуссии, разгоревшиеся на ее заседаниях, позволили отчетливо увидеть специфику социальных отношений в России 60-х годов и, в частности, остроту крестьянского вопроса, а также то, что третье сословие прочно заняло свое место в социальной сфере. Императрица потом утверждала, что это ей помогло лучше осознать нужды каждого сословия. В деятельности «Уложенной комиссии» отчетливо проявились черты политики просвещенного абсолютизма, в частности, иллюзорность идеи «всеобщего благоденствия» и равенства всех перед законом.