КалейдоскопЪ

Русское военное искусство второй половины XVIII в.

Блистательные победы русского оружия во второй половине XVIII в. объясняются рядом факторов. Во-первых, отличной армией Западной Европы и Турции российская армия по своему составу была национальной. Во-вторых, она была профессиональной. Этому способствовала введенная еще Петром I система рекрутских наборов. Срок солдатской службы фактически лимитировался лишь возможностью ее исполнять. Рекрутская повинность в условиях большой численности населения позволяла надежно пополнять ряды армии. Обучение осуществлялось на основе Воинского устава. В России осуществлялась введенная Петром I профессиональная подготовка офицерских кадров. Во время второй половины XVIII в. Российский флот насчитывал десятки линейных кораблей и большое число вспомогательных судов и был одним из сильнейших в Европе.

Армия и флот имели надежную материальную базу: развитие металлургической промышленности, мануфактурного дела позволяли в изобилии снабжать как армию, так и флот оружием традиционно высокого качества и амуницией. Наконец активная внешняя политика, проводимая Россией в предшествующее время, прежде всего ее участие в Семилетней войне, стали хорошей профессиональной школой для командного состава. Именно тогда, в сражениях с первоклассной армией Пруссии, отличились П.А. Румянцев, А.В. Суворов. В их полководческой деятельности наиболее ярко нашли свое выражение новые черты русской военной науки. Это касалось прежде всего системы построения боевого порядка.

В боевом построении армии, в Европе, господствовала так называемая кордонная система, согласно которой на поле боя войска распределялись равномерно по всей линии фронта. Этому соответствовало линейное построение. Одной из причин такого построения был наемный состав армии: каждый солдат должен быть на виду и, по выражению Фридриха II, должен был бояться своего капрала больше, чем противника. Такая система затрудняла маневр на поле боя непосредственно в ходе сражения.

П.А. Румянцев в 1761 г., в битве под Кольбергом, впервые применил «батальонные колонны», вооруженные легким оружием, что облегчало маневрирование непосредственно в ходе сражения, позволяло создавать численный перевес на решающем участке. Им же сформулирован был «принцип решительного наступательного сражения» как главного средства для достижения победы над противником, цель которого заключалась, прежде всего, в уничтожении его живой силы.

Вершиной русского военного искусства второй половины XVIII столетия стала деятельность А.В. Суворова. Как военный стратег и тактик он пошел значительно дальше своего учителя П.А. Румянцева. Он вошел в историю не только как великий полководец, но и как крупнейший военный теоретик.

Александр Васильевич Суворов родился в 1730 г. в семье боевого генерала петровского времени. Он рос хилым ребенком, и родители полагали, что военная служба не для него. Но он, закалив свое тело и воспитав волю, сумел стать военным, пройдя путь от рядового солдата до генералиссимуса. Одной из главных черт характера А.В. Суворова было умение неустанно работать над собой. Преданный всему тому, что было связано с военным делом, он был в то же время человеком обширных знаний и большой общей культуры.

Боевое крещение он получил в годы Семилетней войны. Будучи командиром полка, Суворов участвовал во многих сражениях. Уже в это время ярко проявился его талант как военного теоретика. В 1764 г. он составляет «инструкцию для обучения Суздальского полка», во многом предвосхитившую его знаменитую «Науку побеждать».

Суворов не знал поражений. Уже в Первую русско-турецкую войну, в чине генерала, командуя крупными воинскими подразделениями, он одерживал победы над значительно превосходящими силами противника. Но в полной мере его военный гений проявился в годы Второй русско-турецкой войны и в Итальянском походе русской армии. Быстрота, глазомер, натиск – этими принципами, учил Суворов, следует руководствоваться в бою. Они должны выражаться в умении ориентироваться в боевой обстановке, в тактической внезапности, в стремлении к решительному разгрому противника. Вслед за Румянцевым главную задачу он видел в уничтожении живой силы противника. «Оттеснил противника – неудача; уничтожил – победа». Основной вид боевых действий – наступление. Боевое построение войск предполагало возможность широкого маневрирования на поле боя. А.В. Суворов досконально разработал построение воинских частей в бою, сочетавшее тактику колонн и рассыпного строя. При этом большое значение придавалось наличию резерва, который мог быть использован в решающий момент сражения. Особое значение он придавал штыковой атаке («пуля-дура, штык-молодец»), преследованию обращенного в бегство противника. «Ничего не щадить, не взирать на труды, преследовать неприятеля денно и нощно, до тех пор, пока истреблен не будет». Но он не игнорировал и оборону. Пример тому – оборона Черноморского побережья от Херсона до Крымского полуострова в 1777–1778 гг., что позволило вести активные наступательные действия в последующее время. Свои принципы гениальный русский полководец изложил в знаменитой «Науке побеждать» (словесном поучении солдатам), которая явилась теоретическим обобщением его боевого опыта. Здесь большое место уделено вопросам боевой подготовки солдата, способного на деле осуществить замыслы полководца. «Тяжело в ученье – легко в бою». Обучать следует не для парада, а только тому, что необходимо в бою. Обучение должно быть неразрывно связано с воспитанием: «каждый солдат должен понимать своей маневр», т. е. уметь действовать инициативно в рамках общей задачи. При этом необходимо неустанно заботиться о нуждах солдата. Солдат должен быть здоров и бодр. Только тогда он сможет успешно исполнять свое дело. Все эти принципы в «Науке побеждать» изложены в кратких афоризмах. Принципы военной науки, сформулированные Суворовым, намного опередили свое время. Следствием этого стало непонимание и даже опала, тем более, что его взгляды, привычки, пронизанные суровым аскетизмом, сам характер повседневной жизни, разительно отличались от того, что царило в придворной атмосфере. Он говорил, что был ранен 32 раза: дважды на войне, 10 раз дома и 20 – Двором.

Вся деятельность Суворова была пронизана высоким патриотизмом. В служении Отечеству, в приумножении его славы видел он смысл своей жизни. «Доброе имя, – утверждал он, – есть принадлежность каждого честного человека, но я заключал доброе имя мое в славе моего Отечества и все успехи относил к его благоденствию».

Развитие военного искусства на море во второй половине XVIII в. связано, прежде всего, с именами Г.А. Спиридова и Ф.Ф. Ушакова. Их общей характерной чертой, как флотоводцев был отход от господствующей тогда тактики боя, предполагавшей линейное построение кораблей, когда каждый из них вел огонь по противостоящему кораблю. Такая тактика исключала маневр во время боя и требовала равенства сил.

Уже в годы Семилетней войны военные корабли под командованием Спиридова принимали активное участие в боевых действиях. Так, в 1761 г. он командовал десантом, высаженным под Кольбергом, что способствовало взятию крепости. С особой силой дарования Г.А. Спиридова проявились в годы Первой русско-турецкой войны, когда Балтийская эскадра совершила беспримерный рейс в Средиземное море и в бою с превосходящими силами в Хиосском проливе и Чесменской бухте уничтожила свыше ста вражеских кораблей.

Флотоводческий талант Ф.Ф. Ушакова достиг своего расцвета в годы Второй русско-турецкой войны. Его по праву называли морским Суворовым. Подобно Суворову он был сторонником активной наступательной стратегии, не знал поражений и одерживал победы над превосходящими силами врага. Так, разгром турецкого гребного флота в Днепровско-Бугском лимане предопределил падение Очакова, а решительная победа у мыса Фидониси закрепила господство Российского флота на Черном море. Активное участие флот под командованием Ф.Ф. Ушакова проявил при штурме Измаила, высадив большой десант.

Велика заслуга Ф.Ф. Ушакова в основании города-крепости Севастополя, ставшего главной базой создаваемого военного флота на Черном море. Подобно Суворову, первостепенное значение он придавал боевой выучке матросов, воспитанию у них инициативы.

Передовая русская военная школа значительно превосходила теорию и практику военного дела Западной Европы.