КалейдоскопЪ

Расстановка политических сил после свержения самодержавия

После победы Февральской революции из всех буржуазных партий лишь кадеты сохранили политический багаж, накопленный за годы конфронтации с царизмом. В силу этого кадеты и примыкающие к ним национальные либеральные буржуазные партии сразу же после свержения царя заняли ведущее положение в буржуазном обществе. В первом Временном правительстве из 11 постов 6 ведущих получили кадеты и близкие к ним партий (посты председателя Совета Министров и министра внутренних дел – П.Н. Милюков, министра путей сообщения – Н.В. Некрасов, министра просвещения – А.А. Мануйлов, министра земледелия – А.И. Шингарев).

Кадеты стали правящей партией, но получили власть не в результате конституций, дарованной монархом, как они рассчитывали в 1905 г., а благодаря народной революции, свергнувшей царя. Перед кадетами в связи с этим встал вопрос о необходимости изменения программы партии, чтобы вместо парламентской монархии признать необходимость установления демократической республики.

25 марта 1917 г. открылся VII съезд партии кадетов. Он начал работу с обсуждения вопроса о государственном строе России. В соответствующем пункте программы теперь было сказано, что Россия должна быть демократической парламентарной республикой. Название партии (не конституционно-демократическая, а республиканско-демократическая) съезд не поменял. Съезд признал Временное правительство «единственной исполнительной и законодательной властью страны», а Советы, по мнению кадетов, должны были быть совещательными, вспомогательными органами при правительстве. Все социальные реформы съезд счел необходимым отложить до созыва Учредительного собрания. Съезд решительно высказался за продолжение империалистической внешней политики и предложение членам своей партии вести работу по активизации военных усилий.

Социальную базу кадетов представляли круги торгово-промышленной буржуазии и буржуазной интеллигенции. В 1917 г. их ряды пополнялись за счет офицеров, чиновников, студентов, бывших членов монархических союзов.

Кадеты, будучи к 1917 г. основной буржуазной партией, сразу после победы Февральской революции взяли курс на союз военщины и буржуазии, на создание в стране буржуазной диктатуры, не останавливаясь ни перед какими средствами, вплоть до гражданской войны.

В русле кадетской национальной политике шли национальные буржуазные партии, которых насчитывалось в 1917 г. более двадцати. В 1917 г. был заметен процесс консолидации национальной буржуазии, которая в основных политических вопросах находила взаимопонимания с кадетами.

Что же касается консервативных буржуазных партий, бывших более правыми, чем кадеты (октябристы, прогрессисты и др.), то они, стараясь приспособиться к ситуации, предприняли ряд реорганизаций. Часть октябристов начала формировать новую партию, назвав ее республиканско-демократической. Но большинство октябристских деятелей стало активно поддерживать кадетов. Такую же позицию поддержки кадетов избрала и часть прогрессистов (князь Г.Е. Львов – глава Временного правительства до июля 1917). Другая часть стала выступать летом 1917 г. под названием радикально-демократической партии. Но все эти организации не представляли серьезной силы после февраля 1917 г.

К 1917 г. меньшевики были реальной политической силой в стране. Социальная база их – городская мелкая буржуазия, часть интеллигенции и рабочего класса. Наиболее организованную часть меньшевиков составляли оборонцы, сплотившиеся вокруг «рабочих групп» 58 военно-промышленных комитетов. Ряд групп меньшевиков в Петрограде, Москве, Самаре, Нижнем Новгороде, Баку и др. стояли на позициях интернационализма. Но и оборонцы, и интернационалисты были едины во взглядах на перспективы развития революции длительный путь капиталистического развития России во главе с буржуазией.

Численность меньшевистских рядов составляла, по данным Всероссийской конференции меньшевистских и объединенных организаций РСДРП (май 1917 г.), около 43 тыс. человек. К августу 1917 г. ряды меньшевиков возросли до 200 тыс. и остались в таком количестве до октября 1917 г.

Кроме официального меньшевизма, был ряд групп в Петрограде, стоявших между меньшевиками и большевиками. В Совете рабочих и солдатских депутатов Петрограда после Февральской революции 1917 г., а затем в Советах многих других городов было значительным влияние меньшевиков. Среди 7 членов президиума, избранного на первом заседании Петроградского Совета, было 5 меньшевиков (Н.С. Чхеидзе, М.И. Скобелев, К.А. Гвоздев, А. Гриневич, Г.Г. Панков), 1 нефракционный социал-демократ (Н.Д. Соколов) и 1 эсер (А.Ф. Керенский). Всего 36 членов Исполкома было 14 меньшевиков и представителей примыкавших к ним течений.

Из лидеров меньшевиков в 1917 г. выделялись двое – Н.С. Чхенидзе и И.Г. Церетели.

Весной 1917 г. партия эсеров насчитывала 500–700 тыс. членов. Социальной базой ее являлись средние слои города и деревни. Представители эсеров оказались вместе с меньшевиками в большинстве в Советах, Органах местного самоуправления, многих солдатских комитетах, в руководстве ряда профсоюзов.

Эсеры в 1917 г. исходили из предположения, что Россия не созрела для социалистической революции и «революционная демократия», к которой они причисляли себя, не готова к взятию власти. Оценивая Февральскую революцию как буржуазную, они, как и меньшевики, сделали вывод, что власть должна принадлежать буржуазии. В полном соответствии с этим 2 марта, в день формирования Временного правительства, появилась на свет резолюция Петроградской конференции эсеров о поддержке Временного правительства.

В резолюции говорилось, что «конференция приветствует А.Ф. Керенского во Временном правительстве в звании министра юстиции, как защитника интересов народа и его свободы, и выражает полное сочувствие линии его поведения в дни революции, вызванной правильным пониманием условий момента».

Из лидеров эсеровской партии в 1917 г. особо выделялись двое – В.М. Чернов и Н.Д. Авксентьев.

А.Ф. Керенский не был лидером эсеровской партии, но, надо сказать, он сыграл свою роль в период от февраля до октября 1917 г. Появилось даже понятие «керенщина»– политика уступок то одной, то другой стороне, соглашений с ними, стремление использовать контрреволюцию для борьбы с революцией. Потенциально эта политика содержала элементы бонапартизма.

После Февральской революции окончательно сложился эсеро-меньшевистский соглашательский блок. Не надо связывать этот блок только с отношением меньшевиков и эсеров к Советам и с созданием коалиционного Временного правительства. Он начал складываться еще до Февральской революции на почве оборончества в отношении войны и соглашательства, к правительственной коалиции.

У партий соглашательного блока были неодинаковые программы, их теоретические обоснования, точки зрения на задачи, движущие силы и пути развития революции в России.

При всем различии взглядов у меньшевиков и эсеров было «нечто общее»:

1) отрицание гегемонии пролетариата;

2) приверженность к «чистой демократии», основанной на коалиции классов.

Это общее определялось демократическим характером. Оно и составило основу их блока.

После Февральской революции значительно активизировалась деятельность национальных партий (Украинская социал-демократическая рабочая партия, Украинская партия социал-революционеров, грузинские меньшевики, партии Дашнакцутюн, «Мусават» и др.), которые консолидировались с буржуазными национальными партиями. Идейно-теоретической основой объединения явилось их понимание сущности национального вопроса. Главным в нем, по их мнению, являлась теория «единой нации», отрицание возможности победы социалистической революции. Эти партии ратовали за исключительно национальную революцию, конечная цель которой – создание независимого буржуазного государства. Они поддерживали Временное правительство, требуя одновременно решить национальный вопрос.

После Февральской революции большевики получили возможность действовать легально. Налажен был выпуск легальной большевистской печати. С 5 марта начала выходить «Правда». В марте появилось 16 большевистских газет (всего 200 тыс. экземпляров), в апреле – 26 (всего 300 тыс. экземпляров). Большевики развернули значительную работу в профсоюзах, военных организациях, среди молодежи, в Советах рабочих и солдатских депутатов. Активно шло формирование Красной гвардии.

Численность большевиков к марту 1917 г. составляла 24 тыс. человек, к концу апреля – 100 тыс., к концу июля – 240 тыс., к октябрю 1917 г. – до 400 тыс. человек. Эти цифры говорят о том, что от февраля к октябрю шел рост влияния большевиков в массах Руководящим органом партии в России в марте 1917 г. было Русское бюро Центрального Комитета, которое состояло из 15 человек.

Получив первые известия о революции в России, В.И. Ленин решил немедленно вернуться из Швейцарии на родину 3 апреля 1917 г. с группой эмигрантов (в том числе были меньшевики, большевики, бундовцы) приехал в Петроград. Встречали их представители Петросовета, а также рабочие, солдаты и матросы. По этому поводу Н.К. Крупская писала в статье «Страничка из истории партии»: «Петербургский пролетариат устроил торжественную встречу Ленину, потому что знал его прошлую деятельность, знал, за что он приехал бороться»[40].

Вернувшись в Петроград, В.И. Ленин выступил с изложением своей позиции на заседаниях Петроградского Совета, перед солдатами, рабочими, на Петроградской общегородской конференции РСДРП(б) и, наконец, на VII (Апрельской) Всероссийской конференции РСДРП(б).

В апрельских работах «О задачах пролетариата в данной революции» (Апрельские тезисы), «Письма о тактике», «О двоевластии», «Задачи пролетариата в нашей революции» и др. – В.И. Ленин дал свое понимание расстановки классовых сил после свержения самодержавия и оценку политического момента.

Он исходил из того, что в результате свержения власть перешла в руки другого класса – буржуазии. «Постольку, – считал В.И. Ленин, – буржуазная или буржуазно-демократическая революция в России закончена.

На VII (Апрельской) всероссийской конференции партии большевиков В.И. Ленин настаивал на принятии решений, исходящих из политической линии на перерастание буржуазно-демократической революции в социалистическую. Гегемоном этого процесса, по его мнению, выступает сознательный пролетариат, его союзник – батраки и беднейшие крестьяне, необходимо при этом обеспечить поддержку самых широких масс крестьянства.

Апрельская конференция приняла резолюции в духе ленинских идей. Эти решения определили политический курс партии большевиков на новом этапе развития революции.

Вплоть до лета 1917 г. большевики имели влияние, главным образом, среди рабочих и части солдат. Крестьянские массы склонялись больше к эсеровским лозунгам. Показателен в этом плане I Всероссийский съезд крестьянских депутатов (май 1917 г.). Так, резолюция по аграрному вопросу, предложенная съезду большевиками, собрала лишь 6 голосов из более чем 800 делегатов. Но развитие событий в стране вносило значительные и быстрые коррективы в расстановку и позицию классово-политических сил как в городе и на фронте, так и в деревне.

Одновременно с событиями в Петрограде в результате победы Февральской революции по всей стране развернулись действия трудящихся по созданию Советов, прежде всего в основных промышленных центрах и в крупнейших городах.

К лету 1917 г. было создано около 40 Советов рабочих и солдатских депутатов. Лишь немногие из них возглавлялись большевиками. В основном же в Советах руководящие посты и большинство мест оказались в руках меньшевиков и эсеров. Одновременно шло формирование и органов Временного правительства на местах.

Главной опорой буржуазии и помещиков на местах стали комиссары Временного правительства с правами губернаторов, назначаемые, как правило, из председателей губернских земских управ. Под видом «народной милиции» Временным правительством была сохранена, по существу и царская полиция. В целом по всем основным вопросам – о мире, о земле, по национальному вопросу – Временное правительство продолжало ту же политику, что и при царе.

Как же определяли свой стратегический курс и тактику в условиях двоевластия политические партии различных направлений?

Кадетско-монархический блок (партии кадетов и правее кадетов) после Февральской революции исходил в выработке своей стратегии и тактики из того, что революция со свержением самодержавия закончилась, следовательно, их стратегический курс был направлен на всемерное утверждение власти буржуазии любыми способами.

Будучи партией немногочисленной, да к тому же получив власть от меньшевиков и эсеров, кадеты сразу же стали искать себе возможного союзника в среде этих партий. Уже на заседании ЦК партии кадетов 10–13 марта был поставлен вопрос о возможности блока республиканских элементов страны, кроме большевиков. А на съезде партии кадетов в конце марта 1917 г. депутаты прямо заявили, что объединение всех сил против большевиков вполне возможно, так как партии меньшевиков и эсеров повернули к кадетам.

Меньшевики и эсеры в определении своего стратегического курса исходили, как и кадеты, в сущности, из капиталистической альтернативы, хотя и называли себя социалистическими партиями. Они вставали на путь соглашательства, призывая оказывать доверие временному правительству, призывая к массовому сотрудничеству с буржуазией, культивируя в массах идеи революционного оборончества. Они соглашались с кадетами в том, что аграрный вопрос, как и другие животрепещущие вопросы, затрагивающие интересы масс, будет решать только Учредительное собрание.

В определении стратегии и тактики после февраля 1917 г. буржуазные и соглашательские партии отводили известную роль Учредительному собранию. 2 марта 1917 г. Временное правительство заявило, что оно приступит к немедленной подготовке и созыву Учредительного собрания на началах всеобщего, равного, тайного и прямого голосования. Созыв намечался на летние месяцы. В начале же марта Временное правительство и Петроградский Совет рабочих и солдатских депутатов договорились об организации совещания по подготовке закона о выборах в Учредительное собрание.

Уже в конце марта на VII съезде партии кадетов раздавались многочисленные голоса, чтобы отложить созыв Учредительного собрания до конца войны. Всероссийское совещание Советов, состоявшееся в конце марта 1917 г., где в большинстве были меньшевики и эсеры, высказалось за то, что самым ранним сроком созыва Учредительного собрания может быть только сентябрь.

Что же касается позиции большевиков по отношению к Учредительному собранию, то после Февральской революции они призывали массы не ждать Учредительного собрания для решения основных вопросов революции. Сам же вопрос об Учредительном собрании, как отмечал Ленин после июльских событий, «подчинен вопросу о ходе и исходе классовой борьбы между буржуазией и пролетариатом».

В целом правительственный блок кадетов с эсерами и меньшевиками являлся союзом «для остановки революции» и был направлен прежде всего против большевиков, влияние которых на массы с каждым днем усиливалось.

Приняв стратегический курс на перерастание буржуазно-демократической революции в социалистическую, партия большевиков определяла свою тактику, исходя из конкретного соотношения классовых сил и политической обстановки в условиях двоевластия. Это отражено в резолюциях VII Всероссийской (Апрельской) конференции РСДРП (б).

В резолюции «Об отношении к Временному правительству» проводилась главная мысль – никакой поддержки Временному правительству. Далее – необходимость организации и вооружения пролетариата, укрепление его связей с армией как важнейшее условие обеспечения мирного перехода власти к Советам.

В резолюции «Об отношении к Советам рабочих и солдатских депутатов» подчеркивалось, что в Советах нашел практическое воплощение союз рабочего класса и крестьянства. На новом этапе революции необходимо было укрепить союз сельских пролетариев и полупролетариев с рабочим классом.

Решением основных вопросов революции – аграрного, национального, о войне и мире – становилось в прямую зависимость от решения вопроса о власти, не дожидаясь созыва Учредительного собрания. Этому же решающему обстоятельству была подчинена и программа экономических мер:

1) конфискация помещичьих земель и национализация всех земель в стране; право Советов батрацких и крестьянских депутатов распоряжаться землей;

2) слияние банков в общенациональный и контроль за ним со стороны Советов;

3) контроль Советов за общественным производством и распределением продуктов.

Итак, главный политический лозунг большевиков на тот момент звучал так – «Вся власть Советам!». В условиях двоевластия он отражал следующие цели:

1) на мирное развитие революции, перенося центр тяжести на борьбу партий за осуществление своих программ внутри Советов;

2) на установление единовластия Советов – органов революционно-демократической диктатуры пролетариата и крестьянства;

3) на осуществление в конечном счете перевыборов Советов в пользу большевиков, изменение политики Советов и превращение их в органы диктатуры пролетариата.

На Апрельской конференции В.И. Ленин говорил: «Мы сейчас в меньшинстве, массы нам не верят»[41]. Центр тяжести в деятельности партии большевиков был перенесен на непосредственную массово-политическую работу с целью быстрейшего повышения их революционного сознания, усвоения массами большевистских идей и лозунгов.

На всем протяжении революционного процесса от февраля к октябрю 1917 г. большевики добивались расширения фронта борьбы, выхода ее за пределы антифеодальной революции. Становилась цель: через борьбу за демократию подвести массы к борьбе за социализм. В этом плане определенную роль играла тактика левого блока, использовавшаяся большевиками для развития сознания масс и создания союза всех демократических сил под руководством рабочего класса для победы революции.

После февраля 1917 г. партии меньшевиков и эсеров оказались на стороне буржуазии. Поэтому левоблокистская тактика большевиков могла проявлять себя лишь в отношении левых течений в рядах этих партий, что давало хорошие практические результаты, особенно в период назревания общенационального кризиса и подготовки вооруженного восстания, о чем будет идти речь в следующей лекции.

Что же касается реализации большевиками лозунга «Вся власть Советам!» в условиях мирного развития революции, то осуществлялся он вопреки меньшевикам и эсерам, которые были идеологами соглашательского курса с буржуазией, т. е. стояли за сохранение двоевластия.

Весной 1917 г. в целом массы поддерживали курс этих партий на соглашение с буржуазией. Характеризуя ситуацию, В.И. Ленин писал: «Массы пробуют пока искать выхода «полегче»: через блок кадетов с блоком эсеров и меньшевиков»[42]. Понадобилось пройти три политических кризиса, чтобы освободить массы из плена соглашательства с буржуазией.

Развитие революции от кризиса кризису 14 марта 1917 г. Петроградский Совет рабочих и солдатских депутатов принял обращение «К народам всего мира». В нем, в частности говорилось следующее: «Мы будем стойко защищать нашу собственную свободу от всяких реакционных посягательств как изнутри, так и извне. Русская революция не отступит перед штыками завоевателей и не позволит раздавить себя внешней военной силой». Это было четкое изложение позиции революционного оборончества, навязываемого лидерами соглашательских партий в Советах массам. Однако уже через месяц стало ясным, что эта позиция перестанет находить безоговорочную поддержку среди масс.

18 апреля министр иностранных дел Временного правительства кадет П.Н. Милюков направил союзным правительствам ноту, в которой заявил о намерении России вести войну до победного конца на основе ранее заключенных договоров.

Рабочие и солдаты надеялись, что в ближайшее время война окончится и будет заключен мир. Нота Временного правительства произвела впечатление разорвавшейся бомбы. На заводах и в казармах Петрограда начались митинги протеста. 20 апреля перед Мариинским дворцом, где находилось Временное правительство, собралось свыше 15 тыс. демонстрантов – солдат, рабочих. Солдаты приняли резолюцию с требованием немедленной отставки П.Н. Милюкова.

21 апреля обстановка в Петрограде накалилась до предела: демонстрации за и против курса Временного правительства на продолжение войны. Страна была на волосок от гражданкой войны. К Петрограду присоединились рабочие и солдаты Москвы, Минска, Нижнего Новгорода, Харькова, Екатеринбурга и других промышленных городов России. Всюду демонстранты требовали передачи власти Советам, прекращения империалистической войны.

Страна переживала политический кризис. Сущность его состояла в том, что широкая, неустойчивая масса качнулась влево. Создались благоприятные условия для перехода мирным путем всей власти к Советам. Но меньшевики и эсеры в Советах отказались брать власть в свои руки.

Из апрельских событий буржуазия сделала для себя выводы. Она поняла, что без коализации с меньшевиками и эсерами ей власть не удержать. П.Н. Милюков, А.И. Гучков получили отставку. 5 мая появилось на свет первое коалиционное Временное правительство. К эсеру А.Ф. Керенскому (министр юстиции) присоединились эсеры В.М. Чернов (министр земледелия) и Н.Д. Авксентьев (военный и морской министр). От меньшевиков вошли в правительство И.Г. Церетели (министр почт и телеграфов) и М.И. Скобелев (министр труда). Во главе Временного правительства остался Г.Е. Львов, на ведущих постах – кадеты и октябристы.

3 июня в Петрограде открылся I Всероссийский съезд советов рабочих и солдатских депутатов, на котором было 1090 делегатов. Большевистская фракция съезда (105 человек) настаивала на том, чтобы съезд взял в свои руки власть. В поддержку этого 8 июня Центральный Комитет РСДРП(б) совместно с Петроградским комитетом РСДРП(б), Военной организацией при ЦК РСДРП(б), и представителями всех районов Петрограда приняли решение о проведении 10 июня мирной демонстрации. Это решение поддержали руководители Центрального совета фабзавкомов. Предлагали выйти с лозунгами: «Долой десять министров-капиталистов!», «Вся власть Советам!», «Хлеба, мира, свободы!», «Против политики наступления!».

9 июня на Всероссийском съезде Советов эсеро-меньшевистское большинство приняло решение, запрещающее демонстрацию. Большевики не могли противостоять. В результате недовольство масс усилилось. Тогда меньшевики и эсеры пошли на другой маневр: разрешить провести демонстрацию 18 июня, надеясь, что она пройдет под флагом доверия коалиционному Временному правительству. Однако демонстрация 18 июня прошла в большинстве под большевистскими лозунгами – и в Петрограде, и в ряде городов Центральной России и национальных районов.

В целом I Всероссийский съезд Советов не решил в интересах народа ни одного коренного вопроса: о власти, о прекращении войны, о земле, о преодолении экономической разрухи. Избрав ВЦИИК во главе с Н.С. Чхеидзе, съезд посчитал свою миссию выполненной.

Провал наступления на фронте 18 июня, расформирование революционных воинских частей (сведения об этом докатились в начале июля до Петрограда) вызвали возмущение солдат и рабочих в столице. 3 июля в Петрограде вспыхнули стихийные демонстрации. Начали солдаты 1-го пулеметного полка. Они находились под сильным влиянием анархистов, призывающих к антиправительственной вооруженной демонстрации. Большевики были против, т. к. в армии и в провинции революционный кризис еще не назрел. Но уже вечером 3 июля Московский гренадерский, Павловский, 180-й, 1-й запасные полки и 6-й саперный батальон вышли на улицу под лозунгами: «Долой 10 министров-капиталистов!», «Долой Временное правительство!». К ним присоединились рабочие Путиловского и других заводов столицы.

Большевики решили возглавить движение, придав ему организованный мирный характер. 4 июля 500 тыс. рабочих, солдат и матросов вышли на демонстрацию под лозунгом «Вся власть Советам!» и двинулись к Таврическому дворцу, где заседал ЦИК. 90 представителей от 54 предприятий, явившись в ЦИК, предложили ему взять всю власть, заявив: «Мы доверяем Совету, но не тем, кому доверяет Совет».

ЦИК объявил демонстрацию «большевистским заговором» и отклонил требование масс. Одновременно с этим в правительственную комиссию, созданную для борьбы с революционным народом, были направлены представители ЦИК – меньшевик М.И. Скобелев, эсеры Н.Д. Авксентьев и А.Р. Гоц.

В то же время с фронта были вызваны в Петроград части 5-й армии Северного фронта, на которые Временное правительство могло положиться. В результате мирная демонстрация была расстреляна войсками Временного правительства. Было убито 56 человек и ранено 650. Меньшевистско-эсеровский ЦИК Советов одобрил действия правительства по разгону демонстрации и дальнейшим репрессиям.

К решительным мерам Временное правительство подтолкнули кадеты, которые вышли 2 июля из правительства и вызвали тем самым правительственный кризис. Князь Г.Е. Львов вынужден был уйти в отставку.

Так последовавшие три политических кризиса показали, что в массах растет недовольство буржуазной политикой правительства, что обострение борьбы продолжается. Правда, если в апреле массы оказались на стороне революционных рабочих, то в июльские дни, наоборот: средние слои поддержали Временное правительство.

Командующий Петроградским военным округом генерал Половцев, расстреляв мирную демонстрацию рабочих и солдат в Петрограде 4 июля 1917 г., обратил далее свой удар против большевиков. 5 июля по приказу Половцева был осуществлен налет на помещение редакции «Правды» и разгромлена типография «Труд», где печатались большевистские газеты.

Объединенное заседание ЦИК Советов рабочих и солдатских депутатов и Исполкома Всероссийского Совета крестьянских депутатов 6 июля, обсуждая вопрос о расстреле демонстрации, заявило, что правительственные меры соответствовали интересам революции. Большевики же утром получили ультиматум: в течение 45 минут очистить дворец Кшесинской и Петропавловскую крепость.

Матросы ушли из Петропавловской крепости и вернулись в Кронштадт. Партия большевиков вывела из-под удара передовые отряды пролетариата. ЦК РСДРП(б) принял решение – В.И. Ленину немедленно уйти в подполье.

Контрреволюция продолжала наступать. Петроград был объявлен на военном положении. Против партии большевиков началась травля. Оставаться в Петрограде лидерам большевиков было опасно. В.И. Ленин и Г.Е. Зиновьев по решению ЦК уехали на станцию Разлив. Были заключены в тюрьму Л.Б. Каменев, Ф.Ф. Раскольников, Л.Д. Троцкий и другие видные работники.

Временное правительство ввело смертную казнь на фронте. А.Ф. Керенский запретил издание и распространение среди солдат большевистских газет, были запрещены собрания, съезды и митинги солдат.

События 3–5 июля в Петрограде явились переломным моментом в революции. Двоевластие закончилось. Вся полнота власти перешла в руки буржуазии, которая в борьбе против народа пустила в ход оружие. Хотя Советы и не были распущены, они превратились в бессильный придаток Временного правительства. Поэтому временно большевикам (на VI съезде партии в конце июля – начале августа) был снят лозунг «Вся власть Советам!» В сложившихся после июльских событий условиях этот лозунг не мог быть реализован мирным путем. Наступило время решительной вооруженной борьбе между силами революции и контрреволюции.

«Контрреволюция организовалась, укрепилась и фактически взяла власть в государстве в свои руки»[43], – такой диагноз этапу, начавшемуся в июле, дал В.И. Ленин. Обнаружилось вместе с тем, что ликвидировать революционное движение масс невозможно. Авангард российской революции – пролетариат и воинские части Петрограда, находившиеся под влиянием большевиков, после июльских событий пережили непростое время.

Под воздействием обвинений в получении денег от Германии в отдельных большевистских организациях наблюдались выходы из партии. Замешательство, колебания оказались недолгими. Проведение очередного VI съезда РСДРП(б) с 26 июля по 3 августа как и предшествовавших ему конференций на местах, доказывает, что партия сохранила силы.

В июле – августе 1917 г. прошли съезды не только большевиков, но и других всероссийских партий: меньшевиков, эсеров и кадетов в резолюциях которых определялась тактика поведения партий.

Временное правительство на гребне событий попробовало овладеть ситуацией, взять под контроль процессы в обществе. Однако идеология, а в конечном счете социальная природа правительства не позволили ему обрести поддержку в массах. Вынужденное лавировать, оттягивать решение волновавших народ проблем, оно все время как бы сидело между стульями, маневрировало между контрреволюцией и промежуточными группами, стремившимися приглушить классовую борьбу, примирить трудящихся с буржуазией. Сложилась благоприятная ситуация для политических авантюристов, претендентов в диктаторы. Историки заметили, что русская революция как бы игралась во французских костюмах. Имеется в виду широкое распространение в политическом словаре 1917 г. понятий, отразивших уроки французских революций. По опыту Франции, и в России ждали Бонапарта – генерала республики, затем директории, ставшего бы консулом и монархом. Но если во Франции взлет Бонапарта длился годы, в спрессованной и более просвещенной политической атмосфере России 1917 г. все решилось гораздо быстрее. Претенденты в диктаторы не замедлили появиться.