КалейдоскопЪ

Подготовка фашистской агрессии против СССР

При заключении договоров 1939 г. как гитлеровское руководство, так и сталинское окружение понимали, что соглашения носят временный характер и военное столкновение в будущем неизбежно. Вопрос стоял только в сроках.

Уже в первые месяцы Второй мировой войны руководство СССР, опираясь на достигнутые с Германией соглашения, решило реализовать собственные военно-политические замыслы. С одобрения своего германского партнера сталинское руководство заключило договоры о взаимопомощи с прибалтийскими государствами: 28 сентября 1939 г. – с Эстонией, 5 октября – с Латвией, 10 октября – с Литвой. Характерно, что при заключении этих договоров Сталин заявил: «Ни вашу конституцию, ни органы, ни министерства, ни внешнюю и финансовую политику, ни экономическую систему мы затрагивать не станем», что сама целесообразность заключения таких соглашений объясняется лишь «войной Германии с Англией и Францией».

Впоследствии тональность переговоров заметно изменилась: они стали проходить в обстановке диктата со стороны советских участников. В июне 1940 г. по требованию Молотова были смещены некоторые члены кабинета А. Меркиса в Литве. Затем Молотов потребовал немедленного предания суду министра внутренних дел Литвы Скучаса и начальника департамента политической полиции Повилайтиса как «прямых виновников провокационных действий против советского гарнизона в Литве». 14 июня он же адресовал правительству Литвы ультиматум, в котором потребовал формирования нового, просоветского правительства, немедленного пропуска на территорию соседнего суверенного государства советских войск «для размещения их в важнейших центрах Литвы» в количестве, достаточном для предотвращения «провокационных действий» против советского гарнизона в Литве. 16 июня Молотов потребовал от правительства Латвии сформирования просоветского правительства и введения дополнительного количества войск. На обдумывание ультиматума было отведено 9 часов. В тот же день, с интервалом всего в 30 минут, советский нарком предъявил аналогичный ультиматум представителю Эстонии. Требования советского руководства были выполнены. 17 июня Президиум Верховного Совета СССР предоставил специальные полномочия на проведение сталинского курса на территории Прибалтики А.А. Жданову и А.Я. Вышинскому. Ранее такие полномочия были представлены В.Г. Деканозову. Сталинские представители занялись подбором новых составов кабинетов министров, а через Коминтерн и ЦК Компартий Литвы, Латвии и Эстонии – подготовкой общественного мнения к вхождению в состав Союза ССР. 14 июля в прибалтийских государствах прошли выборы в высшие экономические органы. А 21 июля в Литве и Латвии были приняты декларации о государственной власти (в которых принималась советская система ее организации) и декларации о вхождении в состав СССР. В тот же день Государственная Дума Эстонии приняла аналогичный документ о государственной власти, а днем позже – декларацию о вступлении Эстонии в состав СССР. Аналогичным образом руководство СССР решило вопрос о судьбе Бессарабии, оккупированной Румынией в 1918 г. 27 июня 1940 г. СССР предъявил ультиматум правительству Румынии, в котором предлагалось в течение 4 дней освобождение румынскими войсками и занятие советскими вооруженными силами территории Бессарабии и Северной Буковины. Обращение Румынии за помощью к Англии и Германии не дало положительных результатов. Вечером 27 июня предложения СССР были приняты Коронным советом Румынии. А 28 июня Красная Армия начала занимать эти территории.

Особым образом складывались отношения СССР и Финляндии. Еще весной 1939 г. Советское правительство «в интересах обеспечения безопасности Ленинграда и Мурманска» предложило Финляндии рассмотреть вопрос о передаче в аренду СССР некоторых островов в Финском заливе для обороны морских подступов к Ленинграду. Тогда же было предложено договориться о частичном изменении границы на Карельском перешейке с компенсацией за счет значительно большей территории в Карелии. Эти предложения финская сторона отвергла. Одновременно в Финляндии были приняты меры по обеспечению безопасности страны. В армию были мобилизованы резервисты, усилились прямые контакты финского командования с высшими военными чинами Германии, Англии и Швеции.

Новые переговоры, начатые в середине октября 1939 г. по инициативе СССР, о заключении оборонительного совместного договора со взаимными территориальными уступками также зашли в тупик.

В последние дни ноября Советский Союз в ультимативной форме предложил Финляндии в одностороннем порядке отвести свои войска в глубь территории на 20–25 км. В ответ прозвучало предложение финнов об отводе советских войск на такое же расстояние, что означало бы увеличение вдвое расстояния между финскими войсками и Ленинградом. Однако официальные советские представители, которых не устраивало такое развитие событий, заявили об «абсурдности» предложений финской стороны, «отражающей глубокую враждебность правительства Финляндии Советскому Союзу». После этого война между двумя странами становилась неизбежной. 30 ноября советские войска начали боевые действия против Финляндии. В развязывании войны решающую роль сыграло не столько стремление обеспечить безопасность северо-западных границ СССР, сколько политические амбиции Сталина и его окружения, их уверенность в военном превосходстве над слабым небольшим государством.

Первоначальный замысел Сталина состоял в создании марионеточного правительства «народной Финляндии» во главе с Куусиненом. Но ход войны сорвал эти планы. Боевые действия развернулись главным образом на Карельском перешейке. Быстрого разгрома финских войск не получилось. Бои приняли затяжной характер. Командный состав действовал робко, пассивно, сказалось ослабление армии в результате массовых репрессий 1937–1938 гг. Все это обусловило большие потери, неудачи, медленное продвижение вперед. Война грозила затянуться. Посредничество в урегулировании конфликта предложила Лига Наций. 11 декабря XX сессия Ассамблеи Лиги Наций образовала специальный комитет по финляндскому вопросу, а на следующий день этот комитет обратился к советскому и финскому руководству с предложением прекратить военные действия и начать мирные переговоры. Правительство Финляндии сразу приняло это предложение. Однако в Москве этот акт восприняли как проявление слабости. Молотов ответил категорическим отказом на призыв Лиги Наций. В ответ на это 14 декабря 1939 г. Совет Лиги принял резолюцию об исключении СССР из Лиги Наций, осудил действия СССР, направленные против Финляндского государства, и призвал страны – члены Лиги оказать поддержку Финляндии. В Англии началось формирование 40-тысячного экспедиционного корпуса. Правительства Франции, США и других стран готовились направить Финляндии военную и продовольственную помощь.

Тем временем советское командование, перегруппировав и значительно усилив войска, 11 февраля 1940 г. началось новое наступление, которое на этот раз завершилось прорывом укрепленных районов линии Маннергейма на Карельском перешейке и отступлением финских войск. Финское правительство согласилось на мирные переговоры. 12 марта было заключено перемирие, и 13 марта военные действия на фронте прекратились. Финляндия приняла предлагаемые ей ранее условия. Безопасность Ленинграда, Мурманска и Мурманской железной дороги была обеспечена. Но престижу Советского Союза был нанесен серьезный ущерб. Советский Союз был исключен из Лиги Наций как агрессор. Упал престиж и Красной Армии. Потери советских войск составили 67 тыс. человек, финских – 23 тыс. человек. На Западе, и прежде всего в Германии, сложилось мнение о внутренней слабости Красной Армии, о возможности достижения легкой победы над ней в короткий срок. Итоги советско-финляндской войны утвердили Гитлера в агрессивных замыслах в отношении СССР.

Нараставшая опасность войны учитывалась руководством СССР в планах развития экономики страны. Шло широкое экономическое освоение восточных районов страны, модернизировались старые и создавались новые промышленные центры в глубоком тылу. Строились предприятия-дублеры на Урале, в республиках Средней Азии, в Казахстане, в Западной и Восточной Сибири, на Дальнем Востоке.

В 1939 г. на базе Наркомата оборонной промышленности были созданы 4 новых Наркомата: авиационной промышленности, судостроительной, боеприпасов, вооружения. Оборонная промышленность развивалась более высокими темпами. За 3 года третьей пятилетки ежегодный прирост промышленной продукции составил 13 %, а оборонной – 33 %. За это время вступило в строй около 3900 крупных предприятий, построенных с таким расчетом, чтобы их в короткий срок можно было перевести на производство боевой техники и оружия. Выполнение планов в области промышленности было сопряжено с большими трудностями. Металлургическая и угольная промышленность не справлялись с плановыми заданиями. Производство стали снизилось, прироста добычи угля практически не было. Это создавало серьезные затруднения в развитии народного хозяйства, что особенно было опасно в условиях нараставшей угрозы военного нападения.

Отставали темпы роста в авиационной промышленности, не был налажен массовый выпуск новых образцов вооружения. Огромный ущерб нанесли репрессии против кадров конструкторов и руководителей оборонных отраслей промышленности. Кроме того, из-за экономической изоляции нельзя было приобрести за границей необходимый станочный парк, передовую технологию. Некоторые проблемы с новой техникой удалось решить после заключения экономического соглашения с Германией в 1939 г., но выполнение этого соглашения, особенно в 1940 г., Германия постоянно срывала.

Правительством принимались чрезвычайные меры, направленные на укрепление трудовой дисциплины, усиление интенсивности труда и подготовку квалифицированных кадров. Осенью 1940 г. было принято решение о создании государственных трудовых резервов – школ фабрично-заводского ученичества (ФЗУ).

Принимались меры по укреплению Советских Вооруженных Сил. На нужды обороны в 1941 г. ассигновалось в 3 раза больше средств, чем в 1939 г. Возросла численность кадровой армии (1937 г. – 1433 тыс., 1941 г. – 4209 тыс.). Усилилось оснащение армии техникой. Накануне войны были созданы и освоены тяжелый танк КВ, средний танк Т-34 (лучший танк в мире в годы войны), а также самолеты-истребители ЯК-1, МИГ-3, ЛА-4, ЛА-7, штурмовик Ил-2, бомбардировщик Пе-2. Однако массовое производство новой техники еще не было налажено. Сталин рассчитывал закончить перевооружение армии в 1942 г., надеясь «перехитрить» Гитлера, точно соблюдая достигнутые договоренности.

В целях усиления боевой мощи Вооруженных Сил был проведен ряд организационных мероприятий.

1 сентября был принят Закон о всеобщей воинской обязанности и переходе Красной Армии к кадровой системе комплектования. Призывной возраст снижался с 21 до 19 лет, увеличивая число призывников. Расширялась сеть высших и средних учебных заведений – было создано 19 военных академий и 203 военных училища. В августе 1940 г. в армии и на флоте было введено полное единоначалие. Одновременно укреплялись армейские парторганизации, принимались меры по улучшению партийно-политической работы. Большое внимание уделялось повышению дисциплины как основы боеспособности войск, активизировалась боевая и оперативная подготовка.

Гитлеровское руководство с середины 1940 г. после победы над Францией, продолжая наращивать военное производство и развертывание армии, приступило к непосредственной подготовке к войне с СССР. На границах с Советским Союзом началось сосредоточение войск под видом отдыха при подготовке к операции «Морской лев». Советскому руководству внушалась мысль о развертывании войск в целях продвижения на Ближний Восток для захвата британских владений.

Гитлер развернул дипломатическую игру со Сталиным, вовлекая его в переговоры о присоединении к «тройственному пакту» (Германия, Италия, Япония) и разделе сфер влияния в мире – «наследства Британской империи». Зондаж этой идеи показал, что Сталин благосклонно отнесся к такой возможности. В ноябре 1940 г. в Берлин на переговоры был послан Молотов.

12 и 13 ноября 1940 г. Гитлер провел с Молотовым две продолжительные беседы, в ходе которых обсуждались в принципиальном плане перспективы присоединения СССР к «пакту трех». В качестве вопросов, в решении которых заинтересован СССР, Молотов назвал «обеспечение интересов СССР в Черном море и проливах», а также в Болгарии, Персии (в направлении к Персидскому заливу) и некоторых других регионах. Гитлер поставил перед советским премьер-министром вопрос об участии СССР в «разделе британского наследства». И здесь он также нашел взаимопонимание, правда, Молотов предложил вначале обсудить другие вопросы, которые представляются ему на данный момент более актуальными. Вполне возможно, что Молотов опасался давать повод Англии для осложнения советско-английских отношений. Но возможно и другое – Молотов хотел подтверждения своих полномочий на ведение переговоров по данным вопросам от Сталина. Так или иначе, заявив Гитлеру, что он «со всем согласен», Молотов отбыл в Москву.

25 ноября в Кремль был приглашен посол Германии в Москве граф Шуленбург для секретной беседы. Молотов ему сообщил, что Советское правительство может при определенных условиях присоединиться к «пакту трех». Условия советской стороны были такими: немедленный вывод германских войск из Финляндии; обеспечение черноморских границ СССР; создание советских баз в районе проливов Босфор и Дарданеллы; признание советских интересов в районах южнее Баку и Батуми в направлении Персидского залива; отказ Японии от прав на угольные и нефтяные концессии на острове Сахалин. Изложив условия, Молотов выразил надежду на скорое получение ответа из Берлина. Но ответа не поступило. 18 декабря 1940 г. был подписан план «Барбаросса», Германия вплотную включилась в подготовку нападения на СССР, а ее дипломатическая служба регулярно заявляла через советского посла в Берлине, что ответ Сталину готовится, согласуется с остальными участниками пакта и вот-вот поступит. Это утверждало Сталина во мнении, что в 1941 г. войны не будет, а все предостережения о готовящемся нападении он расценивал как интриги Англии, видящей свое спасение в конфликте между СССР и Германией.

В марте 1941 г. войска Германии были введены в Болгарию. В апреле – первых числах мая Германия оккупировала Югославию и Грецию. В конце мая – начале июня немецким воздушным десантом был захвачен остров Крит, что обеспечивало господство в воздухе в восточной части Средиземноморья.

Весной 1941 г. становилось все более ясным, что обстановка становится угрожающей. В марте – апреле в советском Генеральном штабе шла усиленная работа по уточнению плана прикрытия западных границ и мобилизационного плана на случай войны с Германией. В конце мая – начале июня по требованию военного руководства было призвано из запаса 500 тыс. резервистов и одновременно еще 300 тыс. приписного состава для укомплектования специалистами укрепленных районов и специальных родов войск. В середине мая было дано указание приграничным округам форсировать строительство укрепленных районов на государственной границе.

Во второй половине мая из внутренних округов по железным дорогам к западным границам началась переброска 28 стрелковых дивизии.

К этому времени на границах с Советским Союзом от Баренцева до Черного моря в соответствии с планом «Барбаросса» завершали развертывание основные силы гитлеровского рейха и его союзников – 154 немецкие дивизии (из них 33 танковые и моторизованные) и 37 дивизий союзников Германии (Финляндия, Румыния, Венгрия).

Сталин получил большое число сообщений по различным каналам о готовящемся нападении Германии, ответа же из Берлина на предложения по новому соглашению не поступало. Для зондажа позиции Германии было сделано заявление ТАСС от 14 июня 1941 г. о том, что СССР и Германия выполняют свои обязательства по договору. Позицию Гитлера это заявление ТАСС не поколебало, о нем даже не было сообщения в германской прессе. Зато советские люди и Вооруженные Силы были введены в заблуждение.

Несмотря на требования военного руководства, Сталин и в этой угрожающей обстановке не разрешил приводить войска приграничных округов в боевую готовность, а органы НКВД по указанию Берии проводили аресты за «паникерские настроения и неверие в политику дружбы с Германией».

В ходе предвоенного кризиса, созданного подготовкой войны с фашистской Германией против Польши, произошла завязка мирового военного конфликта, который не сумели, а некоторые политические круги западных государств и не захотели предотвратить. В свою очередь, и усилия СССР по организации отпора агрессору не были до конца последовательными. Заключение договора о ненападении СССР с Германией вывело Советский Союз из-под угрозы войны на два фронта в 1939 г., оттянуло на два года столкновение с Германией и позволяло укрепить страну в экономическом и военно-стратегическом плане. Но и эти возможности не были использованы в полной мере.

Западные страны стали жертвой политики поощрения агрессии и потерпели крах от ударов гитлеровской военной машины. Однако и поддержка Германии со стороны Советского Союза, осуществлявшаяся по инициативе Сталина, нанесла ущерб антифашистским силам и способствовала укреплению Германии в ходе начального периода мировой войны. Догматическая вера в соблюдение договоров с Гитлером и неспособность Сталина оценить реальную военно-политическую обстановку не позволили использовать полученную отсрочку военного столкновения для полноценной подготовки страны к неминуемой войне.