КалейдоскопЪ

Восстание декабристов

Тайные общества дворян из высшего сословия существовали в России ко времени вступления Николая I на престол уже более 9 лет. Таких обществ было два – Южное и Северное. Члены этих тайных обществ хотели свергнуть самодержавие, добиться отмены крепостного права и введения в стране конституции.

10 декабря 1825 года Николаю стало известно о готовящемся заговоре членов тайного общества против будущего самодержца (власти давно знали о заговорщиках и более полугода пристально следили за ними).

12 декабря 1825 года Николаю привезли пакет из Таганрога с письмом от генерала Дибича, где он информировал Николая Павловича о зреющем заговоре на юге России. И в этот же день Николай получил предупреждение о возможном покушении на него в Петербурге, если он примет престол.

Вечером того же дня, 12 декабря, из Варшавы привезли письма с подтверждением отречения Константина от престола. Николай понял, что действовать надо без малейшего промедления. Он поручил провести в Петербурге аресты заговорщиков и срочно все приготовить к новой присяге, которая должна была состояться ранним утром 14 декабря 1825 года.

Заговорщики, которых в будущем назовут «декабристами», тем временем лихорадочно готовились к осуществлению переворота. Вечером 12 декабря план действий и обязанности каждого руководителя заговора были тщательно разработаны и утверждены.

Ранним утром 14 декабря Николай собрал полковых командиров и гвардейских генералов и прочел им манифест о своем восшествии на престол. Все генералы и полковые командиры единогласно признали его законным императором, затем присягнувшие отправились в свои части приводить к присяге младших офицеров и солдат.

К 8 часам утра Николаю доложили о совершении церемонии присяги в Сенате и Синоде. Начали поступать сведения о присягнувших полках.

Но не все шло гладко с принятием присяги на верность Николаю I. Первым отказался присягать Московский полк. Почти в полном составе и в полном вооружении этот полк двинулся к Сенатской площади. Николай I, узнав об этом, распорядился подтянуть к площади верные ему войска и окружить восставших. Московский полк построился в каре и ожидал подхода других полков. Вокруг восставших собрался народ, толпа с каждой минутой увеличивалась.

О беспорядках в городе и неповиновении войск было доложено генерал-губернатору Петербурга графу Михаилу Андреевичу Милорадовичу. Он был героем войны 1812 года, отличился в Бородинской битве и имел немало высоких наград за другие сражения. За всю войну граф ни разу не был ранен и шутил по этому поводу: «На меня еще пуля не вылита». Узнав о том, что происходит на Сенатской площади, Милорадович, которого все солдаты хорошо знали, любили и уважали, отправился уговорить мятежников мирно разойтись.

Милорадович понимал, что, возможно, идет на верную смерть, но в своем решении остался непреклонным, а на все возражения отвечал так: «Что это за генерал-губернатор, который не сумеет пролить свою кровь, когда кровь должна быть пролита». С этими словами он вскочил на лошадь и поскакал к мятежникам.

Милорадович обратился к Московскому полку с пламенной речью, призывая их вернуться в казарму и присягнуть новому императору. Но скоро генерал Милорадович был смертельно ранен выстрелом из пистолета, стрелял Петр Каховский.

Вскоре на площадь подошли полки, уже присягнувшие Николаю I, и окружили восставших. Но и к восставшим тоже подтянулись новые силы под командованием офицеров-заговорщиков: рота лейб-гренадеров, Гвардейский морской экипаж. Теперь императорским войскам противостояла мощная сила.

В конце короткого зимнего дня, когда уже стало смеркаться, Николай I послал за артиллерией. Прибывшей на площадь артиллерии был дан приказ произвести залп. Несколько выстрелов картечью поразили множество народа и разрушили строй восставших.

Но войска под предводительством офицеров-декабристов не пожелали сложить оружие и когда заговорили пушки, они ответили ружейной пальбой. Целый час тяжелые орудия обстреливали восставших.

«В промежутках выстрелов можно было слышать, как кровь струилась по мостовой, растопляя снег, потом сама, алея, замерзала», – вспоминал впоследствии декабрист Николай Бестужев. В конце концов, восставшие (у которых не было пушек) были вынуждены обратиться в бегство. Началась паника, люди бежали по набережной, выбегали на лед и проваливались в полыньи.

Восстание было подавлено. Когда все было кончено, восставших стали отлавливать и свозить в Петропавловскую крепость. На Сенатской площади было подобрано восемьдесят трупов, кровь полиция засыпала снегом.

Суду были преданы 121 человек. Среди них было много бесстрашных героев, закаленных в войне 1812 года. Это были в большинстве своем молодые люди. Многим из них не было и двадцати лет, когда они вступали в тайное общество.

Все осужденные были разделены на одиннадцать разрядов. Николай I смягчил вынесенные судом приговоры, хотя это смягчение было довольно незначительным.

Пять человек были поставлены вне разрядов и повешены. Роль Николая I в осуждении на казнь пяти главарей заговора была решающей. Николай I молча согласился со смертным приговором, вынесенным судом, хотя внешне все делалось так, что решение было принято не императором, а судом.

К смертной казни были приговорены:

П. И. Пестель, К. Ф. Рылеев, С. И. Муравьев-Апостол, М. П. Бестужев-Рюмин, П. Г. Каховский. Тела казненных положили в гробы и тайком увезли на остров Голодай, где тайно похоронили. Могила казненных декабристов не найдена до сих пор. В 1939 году на острове Голодай, на месте предполагаемого захоронения, был поставлен обелиск.

Каховский, Муравьев, Бестужев, Рылеев, Пестель

Так начиналось правление Николая I.