КалейдоскопЪ

Владимир Мономах – Великий князь Киевский

Годы жизни 1053–1125

Годы правления 1113–1125

После смерти Святополка Окаянного киевляне назвали самым достойным из князей русских Владимира Всеволодовича Мономаха и призвали его править. Он сначала отказался от чести занять престол великого князя. Киевляне же не хотели другого правителя, и в городе начались волнения. Много тогда домов в Киеве было разграблено. Испугавшись беспорядков, граждане вторично призвали Мономаха на княжение, и он согласился.

Всеобщая радость царила на улицах Киева, когда Мономах въехал в город. В настоящий праздник превратилось 2 мая 1115 года, когда состоялось перенесение останков князей Бориса и Глеба из обветшавшей деревянной церкви в новый великолепный каменный храм в Вышгороде. Это событие стало достойным началом правления Мономаха. Чтобы дать возможность торжественной процессии двигаться по улицам Вышгорода, Мономах приказал бросать в толпу дорогие одежды, шубы, звериные шкуры, деньги. Затем был устроен пир, где три дня угощали бедных и странников.

Следующим большим делом, которым ознаменовал Мономах начало своего великого княжения, стало создание нового закона на Руси – «Устава Владимира Всеволодовича».

Согласно этому «Уставу», годовой процент с денег, взятых в долг, был снижен с 50 до 20; был введен запрет на продажу задолжавшего русича; разрешено уходить со двора рабам-должникам, если они идут искать деньги на выкуп или с жалобой к судье или князю. Новый «Устав» вызвал у народа доверие к новому правителю, и все признали его своим защитником.

Мономах не желал кровопролития, но он считал, что для спокойствия государства надо сделать так, чтобы внешним врагам стало неповадно нападать на Русь, и сыновья Мономаха совершили много победоносных походов.

Старший сын Мономаха – Мстислав – в походе завладел городом Оденпе в Ливонии. Сын Всеволод совершил трудный военный поход в Финляндию и вернулся с победой; сын Георгий правил в Суздале и ходил по Волге завоевывать волжских болгар, откуда вернулся победителем и с богатой добычей. Сын Ярополк покорил три города в половецких землях: Балин, Чешлюев и Сугров.

Владимир Мономах

В это же время сам Мономах прогнал с Русской земли остатки племен печенегов и берендеев, которые кочевали возле Переяславля и доставляли много хлопот местным жителям.

Долго длилась междоусобица Мономаха с минским князем Глебом, который не хотел повиноваться. Владимир Мономах вместе с сыном Ярополком взял города Вячеславль, Оршу, Копыс, осаждал Минск. Князя Глеба захватили и привезли в Киев.

А когда новгородцы подняли мятеж, Мономах призвал всех знатных новгородских бояр в Киев и приказал им принародно присягнуть великому князю в верности. Некоторые из них были посажены в темницу, а отпущенные домой поняли сами и другим передали, что великий князь – мудрый, справедливый и никогда виновных не оставит без наказания. В Новгород Владимир Мономах назначил наместником киевского боярина Бориса.

Покорив Минск и Владимир, Мономах максимально укрепил свою власть внутри государства.

Шапка Мономаха

Военные успехи Мономаха и его детей прославили его имя во всем мире. Греческая империя откровенно боялась одного имени Мономаха.

Владимир Мономах отправил сына Мстислава с огромным войском в Адрианополь. Император Алексий Комнин после стремительного завоевания Мстиславом Фракии захотел примириться с Владимиром Мономахом и прислал в Киев дары: сердоликовую чашу Августа-кесаря, Крест Животворящего дерева, венец, золотую цепь и бармы деда Владимира – Константина Мономаха.

Дары привез митрополит Эфесский. По преданию, он не просто вручил их Мономаху, но и венчал его на царство присланной шапкой, как императорским венцом, в Киевском соборном храме (однако это лишь предание, и Мономаха не принято считать первым русским царем). Но с той поры шапка Мономаха, цепь, скипетр и бармы стали непременными атрибутами венчания русских правителей на царство и передавались от государя государю.

Опять же по преданию, Мономах перед смертью отдал символы царской власти своему сыну Юрию (Долгорукому) и «велел хранить их как зеницу ока и передавать из рода в род без употребления до тех пор, пока Бог не умилостивится над бедной Русью и не воздвигнет в ней истинного самодержца, достойного украситься знаками могущества».