КалейдоскопЪ

Иван Барков у истоков «потаенной литературы»

XVIII в. стал временем рождения неофициальной литературы. Это было связано с именем Ивана Семеновича Баркова (1732—1768), сына священнослужителя. Иван Барков (иногда писалось Борков) должен был стать священником и с 12 лет учился в Александро-Невской духовной семинарии, очень уважаемом учебном заведении. Вопреки воле семинарского начальства Барков явился к М. В. Ломоносову, отбиравшему наиболее даровитых учеников в Академический университет. Экзамен закончился, но Барков настоял на проверке своих знаний. Блестящее знание латинского языка позволило ему распрощаться с семинарией.

В Академическом университете Барков продолжал совершенствоваться в латинском языке, но плохо занимался по другим предметам и не отличался благопристойным поведением. Во время учебы в Академическом университете Баркова часто наказывали, штрафовали за кутежи и грубость. В пьяном виде он пытался выяснять отношения с ректором Крашенинниковым, за что подвергся публичной порке. В 1751 г. был исключен из университета. От сдачи в матросы его спас перевод наборщиком в Академическую типографию. Ему разрешили посещать занятия и заниматься русским, немецким и французским языками.

Барков был талантливым копиистом и переводчиком. В качестве копииста он переписывал «Российскую грамматику» М. В. Ломоносова, снял точную копию с «Повести временных лет», с «Древней российской истории» Ломоносова и многих других литературных текстов. В качестве переводчика он представил публике перевод «сатир» Горация, басен Федра, отредактировал «Сатиры» А. Кантемира.

Службой И. Барков явно тяготился. Иногда его приходилось подолгу разыскивать с помощью полиции. Но знаменитый президент Академии наук Андрей Разумовский, брат еще более знаменитого фаворита Елизаветы Петровны Кирилла Разумовского, относился к толковому переводчику снисходительно.

В 1760-х гг. появились его стихи «в честь Вакха и Афродиты», которые ходили по рукам, переписывались и создали Баркову широкую известность, но не могли быть напечатаны. Оды, басни и сатиры на эротическую тему составили рукописный сборник под названием «Девичья игрушка». Поэт умер тридцати шести лет от роду в 1768 г. Его произведения ходили в рукописных списках. Имя И. Баркова стало обрастать легендами, мифами, анекдотами.

Один анекдот появился в напечатанном виде сравнительно недавно. Некий поэт написал огромную поэму, в которой в возвышенных тонах описывал любовь богатыря Добрыни и замечательной девушки. И. Барков внимательно выслушал поэта и всю длинную историю изобразил в самом кратком виде:

Добрыня богатырь, что сделал из п…

Скотину прогонять, ворота для езды.

Стихи Ивана Семеновича Баркова появились в напечатанном виде в конце XX в.[82] Составитель этого занятного сборника В. Сажин поставил свою фамилию лишь под «Указателем мифологических и собственных имен, географических и иных названий». При этом объяснил, что основу для публикации составил сборник «Девичьей игрушки» 1777 г. Он хранился в Отделе рукописей Государственной публичной библиотеки и долгое время не был доступен.

С именем И. Баркова связан занятный случай. На территории спиртзавода в Псковской области стоял памятник В. И. Ленину. Покупатель памятника «снял» с объекта кепку и одежду, подкорректировал позу. Получилась скульптура поэта Ивана Баркова.[83] По-видимому, единственный памятник поэту в нашей стране. Пока в частной коллекции.

Время от времени в современном российском обществе возникают дискуссии о возможности и приемлемости использования ненормативной, непечатной лексики (или мата) в повседневной жизни и в средствах массовой информации. В телепередачах мы все чаще слышим писк, маскирующий острые словечки, без которых многие, даже вроде воспитанные, люди не могут обойтись. Станет ли страна духовно богаче, если мат займет в ней такое же место, как уже заняли современный бюрократический новояз, иноязычные слова и тюремно-лагерная «феня»? По тому, сколько людей уже не может обойтись без мата, можно заметить, что процесс деградации этой части населения зашел достаточно далеко.

При чем здесь И. С. Барков? В общем-то ни при чем. Вот только умер слишком молодым. Видимо, односторонние увлечения не всегда полезны.