КалейдоскопЪ

Герои и антигерои

Русские землепроходцы: Ермак Тимофеевич, Семен Дежнев, Ерофей Хабаров и другие

У атамана было с десяток имен и прозвищ: Ермак, Ермил, Герман, Василий, Тимофей, Еремей и др. Его иногда называют Алениным Василием Тимофеевичем. Имя Ермак считают сокращенной формой от имени Ермолай, а некоторые вспоминают, что «ермаком» среди казаков называли котел, в котором варили кашу на всех. Точных данных о месте и дате рождения Ермака нет. Известно, что около двадцати лет он служил на южной границе России, возглавлял отряды, посылаемые в Дикое поле для отражения татарских набегов. Участвовал он и в Ливонской войне.

Ермак Тимофеевич

Поход и приключения Ермака можно рассматривать в широком историческом контексте как часть эпохи великих географических открытий. В XV—XVIII вв. происходило освоение земного шара такими морскими державами, как Испания, Португалия, Голландия, Англия (ставшая Великобританией), Франция. У Московского государства не было не только сколько-нибудь приличного флота, но и сколько-нибудь надежного выхода на морские просторы. Русские люди шли на Восток по рекам, через горы и леса. Русский опыт освоения огромных, практически необжитых просторов во многом предвосхитил колонизацию европейцами Северной Америки. Бесстрашные казаки и служилые люди пришли в будущий нефтегазовый край за двадцать лет до того, когда первые колонисты ступили на землю Виргинии на территории современных США.

В 1581 г. казачий атаман Ермак выступил в поход, имея 1650 человек, 300 пищалей и 3 пушки. Пушки стреляли на 200—300 метров, пищали – на 100 метров. Скорострельность была небольшой, на перезарядку уходило 2-3 минуты. Охочие люди Ермака имели дробовые ружья, испанские аркебузы, луки со стрелами, сабли, копья, топоры, кинжалы. Снаряжали Ермака купцы Строгановы. Средством передвижения служили струги, вмещавшие до 20 воинов с запасами оружия и продовольствием. Дружина Ермака двигалась по рекам Каме, Чусовой, Серебрянке, за Уралом – по Тагилу и Туре. Здесь начинались земли Сибирского ханства и произошли первые столкновения с сибирскими татарами. Казаки продолжили движение по реке Тоболу. Они занимали небольшие городки, которые превращали в тыловые базы.

Ермак был умелым воином и военачальником. Татарам ни разу не удалось неожиданно напасть на караван. Если татары нападали, то сначала огнем из пищалей казаки сбивали натиск и наносили противнику значительный урон.

Затем сразу шли в наступление, в рукопашный бой, которого татары боялись. В сентябре 1582 г. отряд Ермака у Чувашского мыса разбил десятитысячное войско царевича Маметкула. Татарская конница разбилась о круговую оборону казаков, а сам Маметкул был ранен. Ханское войско стало разбегаться. Вогулы и остяки ушли. В октябре 1582 г. хан Кучум покинул свою столицу – город Искер (или Кашлык, в 17 километров от современного Тобольска), а также другие населенные пункты и территории по Оби и Иртышу.

Подавляющего военно-технического превосходства казаки над татарами, как, например, белые американцы над индейцами, не имели. Но отряд был хорошо организован. Пять полков с есаулами делились на сотни, полусотни и десятки со своими командирами. Ближайшие соратники Ермака Иван Кольцо и Иван Гроза были признанными воеводами, а казаки – дисциплинированными, искусными, закаленными бойцами. Против слабо организованных туземцев действовали профессионалы военного дела, можно сказать, часть специального назначения (спецназ). Так в 1583 г. казак Ермак Тимофеевич добыл для русского царя Западную Сибирь. Он последовательно подчинял местных царьков Москве, стараясь их не обижать, как это позволял себе Кучум. Сибирское ханство прекратило свое существование. Сам Ермак погиб в бою через два года, в 1585 г. Через 13 лет после гибели Ермака царские воеводы окончательно разгромили Кучума.

Оба похода Ермака обошлись Строгановым примерно в 20 тысяч рублей. Воины в походе довольствовались сухарями, овсяной крупой с небольшим количеством соли, а также тем, что удавалось добыть в окружавших лесах и реках. Русскому же правительству присоединение Сибири ничего не стоило. Иван IV милостиво принял посольство Ермака, положившего к его ногам сотни тысяч квадратных километров богатейших земель. Царь приказал направить Ермаку подкрепления, но после его смерти о сибирской экспедиции забыли. Казаки долгое время держались сами. Вслед за ними двинулись крестьяне, звероловы, служилые люди. Первым Романовым, побывавшим в Сибири, стал цесаревич Александр Николаевич, будущий император Александр II. Зато у русских царей появилось место для каторги и ссылки – «куда Макар телят не гонял».

Информация о родителях, месте рождения (возможно, Великий Устюг), детских и юношеских годах Семена Ивановича Дежнева имеет предположительный характер. На Лену он прибыл в 1638 г. Дежнев находился на государственной службе, собирал ясак с местного туземного населения. В 1641 г. был отправлен на реку Оймякон, приток Индигирки. К 1643 г. казаки дошли до Колымы, заложили нижнеколымское зимовье.

Поход от устья реки Колымы по Великому «морю-океану» начался 20 июня 1648 г. В начале сентября суда Дежнева достигли Большого Каменного носа – самого восточного мыса Азиатского континента. Повернув на юг, они оказались в Беринговом море. Шторм разбросал суда. Дежнев с двумя десятками храбрецов построил зимовье в устье реки Анадырь. Из Анадыря в Якутск Дежнев вернулся лишь в 1662 г. За моржовую кость, которую он привез, казна не сразу смогла с ним расплатиться. В 1664 г. в Москве он получил жалованье за многие годы, чин казачьего атамана и крупную сумму за доставленные моржовые клыки. Впоследствии Семен Дежнев продолжал службу, выполнял ответственные поручения и скончался в Москве в 1673 г. в возрасте около 70 лет.

В 1638 г. из Москвы в Сибирь для постройки острога на реке Лене был послан Василий Данилович Поярков (дата рождения точно неизвестна, умер не ранее 1668). В 1643—1644 гг. он возглавил экспедицию, вышедшую из Якутска в Приамурье. Поярков со своим отрядом поднялся вверх по Лене и через водораздел вышел в бассейн реки Амур. По Амуру землепроходцы спустились до устья. Затем Охотским морем экспедиция достигла устья реки Улья и вернулась в Якутск. Поярков сделал первое полное описание Приамурья, которое пополнило русские владения на Дальнем Востоке.

Ерофей Павлович Хабаров, по прозвищу Святитский (ок. 1610 – после 1667), был родом из Сольвычегодска. Сначала он обосновался на реке Лене. С отрядом всего в 70 человек осенью 1649 г. прошел по Олекме, Тугирю и волоком вышел на Амур. Хабаров сделал «Чертеж реке Амуру». Он совершил еще несколько походов в Даурскую землю, обращая в русское подданство местных гиляков и собирая «мягкую рухлядь» – местную пушнину. Успехи Хабарова заметили, его произвели в дети боярские. Из очередного похода он не вернулся. Место и время его гибели точно не известны.

В честь землепроходца назван город Хабаровск на месте слияния Амура и Уссури, а также таежная станция Ерофей Павлович.

Покоритель Камчатки Владимир Васильевич Атласов (ок. 1661/64-1711) начинал свою жизнь как устюжский крестьянин. В поисках лучшей жизни, убегая от бедности, он переселился в Сибирь, где сделался якутским казаком. Атласов дослужился до пятидесятника и был назначен (1695) приказчиком Анадырского острога.

После разведки, проведенной казаком Лукой Морозко, весной 1667 г. Атласов с сотней людей совершил поход на полуостров Камчатку. Он взял четыре корякских острожка, на реке Кануч поставил крест, а на реке Камчатке заложил острог. В 1706 г. возвратился в Якутск, после чего побывал в Москве. Затем был отправлен приказчиком на Камчатку со служилыми людьми и двумя пушками. Ему предоставили значительные полномочия, вплоть до возможности казнить инородцев за неуплату ясака и непослушание, а также право наказывать своих подчиненных «не токмо батогами, но и кнутом». Здесь стоит упомянуть, что наказание кнутом представляло собой зачастую замаскированную смертную казнь, так как люди умирали или во время экзекуции или после нее от ран, потери крови и т. д.

Полученная власть бывшему крестьянину вскружила голову, он возомнил себя местным царьком. Произволом, суровыми наказаниями первопроходец восстановил против себя и местное население, и своих подчиненных. Ему едва удалось спастись бегством в Нижне-Камчатск. Здесь он был то ли зарезан, то ли скоропостижно скончался. «Нечего из себя конкистадора строить», – могли бы сказать Атласову местные жители.