КалейдоскопЪ

Первый русский генералиссимус А.С. Шеин и самый знаменитый генералиссимус А.В. Суворов

Первым в мире высший воинский чин генералиссимуса носил Генрих Анжуйский во Франции в 1569 г. Всего в мире этот чин имели свыше 50 человек.

Первым генералиссимусом был Алексеи Семенович Шеин (1662—1700). Русский полководец второй половины XVII в. был награжден этим званием 28 июня 1696 г., когда участвовал во втором Азовском походе и осаждал Азов, командуя сухопутными силами русских войск.

А. В. Суворов

В сентябре 1696 г. Шеин получил первую самую большую награду в войске – золотой весом и достоинством в 13 золотых червонцев. 30 сентября 1696 г. в Москву в раззолоченных каретах ехали впереди войска два командующих: генералиссимус А. С. Шеин и адмирал Франц Лефорт. За ними в пешем строю шел капитан Петр Алексеев – царь Петр I. Шеин участвовал в подавлении бунта стрельцов, но смерть его осталась незамеченной.

Звание генералиссимуса после Шеина получали А. Д. Меншиков, Антон Ульрих герцог Брауншвейг-Люнебургский (муж регентши Анны Леопольдовны), А. В. Суворов и И. В. Сталин.

Самым знаменитым среди отечественных генералиссимусов является Александр Васильевич Суворов. Великий полководец родился 13 ноября 1730 г. Суворовы вели свою родословную от выходцев из Швеции, которые в XIV в. начали службу при Симеоне Ивановиче Гордом.

Генералиссимус А. В. Суворов. Кройценгер. 1799 г.

Александр с детских лет изучал военную историю, а также другие дисциплины, необходимые для будущего военного. Ему хорошо давались языки: сначала французский, немецкий, итальянский, позже польский, арабский, турецкий и даже финский. Суворов, не обладая богатырским здоровьем и физической статью, путем тренировок закалил себя физически и отличался исключительной выносливостью. Солдатская служба Суворова была реальной, а не «виртуальной», как у многих дворянских сыновей, которых «с пеленок» записывали в гвардейские полки. Некоторые умудрялись к 25 годам стать полковниками и даже генералами, а будущий генералиссимус на двадцать пятом году от роду получил скромный чин поручика Ингерманландского пехотного полка. «Я не прыгал смолоду, зато прыгаю теперь», – говорил позже автор многих остроумных изречений.

Суворов исполнял службу по провиантскому ведомству в звании премьер-майора и в должности обер-провиантмейстера. В условиях начавшейся Семилетней войны в 1758 г. Суворов получил чин подполковника и принял участие в боевых действиях. Александр Васильевич проявил себя как лихой кавалерийский командир, побывал во многих военных операциях и не раз выходил из опасных переделок. В 1761 г. он временно командовал Тверским и Архангелогородским драгунскими полками, а с 1762 г., уже в звании полковника, был командиром Астраханского и Суздальского пехотных полков.

Между Семилетней (1756—1762) и русско-турецкой (1768—1774) войнами образовался небольшой перерыв, который Суворов потратил на осмысление своего опыта и внедрение в своих частях осознанного отношения солдат к военному делу. «Каждый воин должен понимать свой маневр», – говорил Суворов в то время, когда крепостных мужиков брали в рекруты на всю жизнь и относились к ним как к пушечному мясу. «Суздальское учреждение», система обучения в Суздальском полку, обозначило новые подходы к солдату и его подготовке.

С 1768 г. в чине бригадира А. В. Суворов успешно воюет против польско-литовских конфедератов, и в Польше знаменитого русского полководца совсем не любят. С 1 января 1770 г. Суворов – генерал-майор. Ему 40 лет. Александр Македонский закончил свою жизнь в 33 года. Румянцев на суше, Спиридов и Орлов на море громят турок, а Суворову приходится заниматься устройством карантинов, перекапыванием дорог и прочими мероприятиями, чтобы остановить эпидемию чумы. К 1773 г. благодаря усилиям Суворова конфедератам был нанесен ряд поражений, состоялся первый раздел Польши, и Суворова наконец-то отпустили на турецкий фронт.

На реке Дунай в районе крепости Туртукай Суворов, имея меньшее число воинов, нанес туркам ряд существенных поражений в 1773—1774 гг. После окончания русско-турецкой войны он усмирял Поволжский край, добивая остатки пугачевских отрядов.

Суворов не только воевал. Он выполнял огромный объем разнообразной работы, которая требовала настойчивости, организации, учета множества самых разных обстоятельств. Так, в 1778 г. на Кубани Суворов возглавил все войска, составил топографическое и этнографическое описание края, за три месяца появилось до тридцати новых укреплений. Суворов наводил или поддерживал порядок, укреплял русские позиции в Крыму, на Украине, на границе с Персией. Именно Суворов, используя мирную дипломатию, в 1783 г. привел в российское подданство ногайцев, а затем подавил их восстание. В 1786 г. он становится генерал-аншефом.

В русско-турецкой войне 1787—1791 гг. полководческий талант А. В. Суворова проявился в полной мере. В начале октября 1787 г. был наголову разгромлен турецкий десант на Кинбурнской косе, что имело огромное значение для борьбы за Крым, район Херсона. Суворов получил ленту Св. Андрея Первозванного (до этого он был награжден многими другими орденами). 11 сентября 1788 г. последовал разгром турок при Рымнике, что позволило русским войскам (под руководством Г. А. Потемкина) занять Бендеры, Аккерман и очистить от турецких войск Молдавию.

А. С. Шеин

В 3 часа ночи 11 декабря 1790 г. начался и к 11 часам утра закончился знаменитый штурм крепости Измаил. Турки потеряли 26 тысяч человек убитыми и 9 тысяч пленными, 265 орудий, 42 судна, 345 знамен, 7 бунчуков. Русские потери составили 1815 человек убитыми и около 2,5 тысяч ранеными.

После блестящей победы – снова черновая работа. Суворов укрепляет оборону в Финляндии. А в 1794—1795 гг. «разбирается» с новым польским восстанием, проявляя, впрочем, великодушие, которого поляки не видели со стороны австрийцев и пруссаков. И получает от Екатерины II звание фельдмаршала. После смерти императрицы последовали отставка, арест и ссылка по приказу Павла I. В своем имении Кончанское в Новгородской губернии уставший фельдмаршал занимался хозяйственными делами, увлекся религией и даже хотел постричься в монахи.

Если бы жизнь Суворова закончилась в монастыре, то для некоторых писателей это был бы замечательный сюжет и повод лишний раз покопаться в глубинах человеческой психики. Еще бы! Человек, посылавший людей на смерть и сам многократно находившийся на волосок от гибели, страдавший от болезней, лихорадок, ранений, оскорблений, обращается к Богу. Не случилось. В Европе начиналась полоса Наполеоновских войн, которая закончилась лишь в 1815 г. и унесла около 6 миллионов жизней. И это до появления авиации, танков, пулеметов и т. д. «Широко шагает мальчик, пора бы его унять!». Так, по свидетельству современников, отзывался русский полководец, не проигравший ни одного сражения, о Наполеоне I.

Не будем вдаваться в характеристику глобального европейского противостояния. Ссыльный Александр Васильевич Суворов из Кончанского, готовясь в монастырь, внимательно следил за европейскими театрами войны. Павел I, вызвавший Суворова в Петербург, вынужден был на его единственное требование полной независимости в ведении военных действий сказать: «Веди войну по-своему, как умеешь».

Суворов предусматривал наступление в Северной Италии, захват Ломбардии и Пьемонта, поход через Лион на Париж. Вспомогательные удары предполагалось нанести в Бельгии, Южной Германии, Швейцарии с выходом во Францию. Генералиссимусом А. В. Суворов стал потому, что возглавил союзные войска русских и австрийцев. На последних, правда, особо не рассчитывал. 4 апреля 1799 г. он принял командование в Валеджио и начал наступление во главе 47,5 тысяч русских и австрийских солдат. Уже через 10 дней союзные войска форсировали реку Адда и быстро освободили всю Северную Италию (Милан, Тортона, Маренго, Турин).

В дальнейшем Суворову пришлось воевать на два фронта. Против главного противника – французов. И против «союзников» – австрийцев, главной задачей которых было упрочить свое влияние в Северной Италии за счет побед Суворова. 4 августа французы были разбиты при Нови. Их командующего Жубера убили. Действия Суворова колоннами в сочетании с рассыпным строем при быстром маневрировании не оставили французам никаких шансов, кроме одного – учиться у Суворова.

Поскольку Итальянская кампания закончилась, англичане и австрийцы уговорили Павла I осуществить поход в Швейцарию, где находились 84 тысячи солдат генерала Массены. 10 сентября 1799 г. Суворов выступил на север во главе немногим более 20 тысяч солдат. Русские чудо-богатыри прошли по горным тропам и, спустившись в Муттенскую долину, узнали, что часть войск, на соединение с которыми они шли, разбита французами, а часть ушла. Суворовские войска, в командовании которыми отличился Петр Багратион, успешно отбились от превосходивших сил противника и в Аугсбурге встали на зимние квартиры, закончив Швейцарский поход. 29 октября 1799 г. указом Павла I Суворову было присвоено звание «генералиссимуса всех российских войск».

Готовилась торжественная встреча, но Павел I передумал. Суворову был объявлен выговор по армии за «превышение полномочий» («имел при себе… непременного дежурного генерала»). Император не принял героя, прибывшего в Петербург 23 апреля 1800 г., а 6 мая героя не стало.

Во время похорон Суворова произошла заминка. Лестница, по которой несли гроб, оказалась слишком узкой. Профессионалы с проблемой никак не могли справиться, и тогда гренадеры, служившие под началом Суворова, поставили гроб себе на головы и с возгласами «Суворов везде пройдет!» отнесли его в назначенное место. На могиле в Нижней Благовещенской церкви в Александро-Невской лавре никто не проходит мимо плиты с надписью: «Здесь лежит Суворов».

Если смерть первого генералиссимуса прошла незаметно, то похороны Суворова превратились в настоящую оппозиционную демонстрацию. Это было первое в русской истории особое прощание с лучшими людьми (Пушкин, Добролюбов, Тургенев в XIX в., Толстой, патриарх Тихон, Владимир Высоцкий в веке XX). Даже в условиях реакции, застоя, всеобщего уныния смерть знаковых фигур своего времени заставляла вспомнить о чувствах личного и национального достоинства.

В XX в. генералиссимусом стал И. В. Сталин. О большом любителе незаслуженных званий и незаработанных орденов Л. И. Брежневе говорили, что он мог бы получить это звание, если бы сумел выговорить само слово «генералиссимус».