КалейдоскопЪ

Промышленно-рабочий вопрос

По замыслу П.А. Столыпина, параллельно с крестьянской реформой преобразования должны были проводиться и в области индустрии. Промышленность развивалась довольно интенсивно и заметно обретала капиталистические очертания. Именно этой стороне дела правительство уделяло основное внимание. А то, что за промышленностью стояли рабочие, а за ее ростом увеличение их числа, – этого многие реформаторы как-то не заметили. В результате, промышленное производство с 1908 по 1913 г. выросло более чем на половину, количество рабочих увеличилось более, чем на треть, а планка их материального жизненного уровня почти не поднялась. Законы о страховании (1903) и о десятичасовом рабочем дне (1906) практически не действовали, профсоюзы были где «карманными», где «под колпаком» у полиции и т.д., так что отстаивать интересы рабочих было некому.

О запущенности рабочего вопроса напомнили Ленские события 1912 г. Там в ходе стачки протеста против тяжелых жизненных условий отрядом солдат было убито 270 и ранено 250 человек. Государственная дума, не полагаясь на обвинительный для рабочих доклад правительства, назначила свою комиссию во главе с А.Ф. Керенским. Были вскрыты факты вопиющего нарушения рабочего законодательства. Дума и правительство помогли рабочим приисков избавиться от беззакония. Но сколько еще таких больных точек имелось в России?

Ленский расстрел послужил толчком к усилению революционного подъема: в стачках протеста и митингах участвовало около 300 тыс. человек.

В целом накануне Первой мировой войны промышленное и сельское хозяйство развивались сравнительно устойчиво. Еще в 1909 г. П. Столыпин заявил: «Дайте государству 20 лет покоя, внутреннего и внешнего, и вы не узнаете нынешней России!» Руководитель правительства строил столь оптимистический прогноз, исходя из достигнутых успехов в предыдущее 20-летие.

(О столыпинской реформе образования см. в параграфе «Развитие культуры и духовности в России».)

ПЕРВОИСТОЧНИК

«В Москве за последнее время появилось огромное количество нищих и оборванцев, назойливо пристающих к проходящей публике. Мало того, что отдаленные части города, такие как Замоскворечье, кишмя кишат ими, но и центральные не избавлены от этой столичной язвы».

«Московские ведомости», 21 (8) марта 1911 г.