КалейдоскопЪ

Неудачи 1915 года

Простой почтовый служащий из Малой Вишеры на новгородчине И.В. Волынкин в первый день нового года записал в своем дневнике фразу, отразившую состояние народа всей России: «1915 год. 1 января. Встречен миллионами слез».

В начале года моральный дух русской армии был еще достаточно высок. Выигранные сражения на Кавказе и Восточном фронте способствовали этому. Одержав ряд побед над турками, наша армия спасла от полного уничтожения армянскую нацию. Из 1 651 тыс. человек армянской национальности, проживавших в Турции, турки вырезали около 1 млн человек. Во исполнение указа Николая II, 375 тыс. армян были приняты в России (23% от всего населения).

Был еще один взлет в действиях русской армии – когда в марте был захвачен Перемышль, а вместе с городом 120 тыс. солдат и 900 орудий противника. После этого победы надолго оставили нашу армию. Почему?

Главное – усиление немецкой и австро-венгерской армий за счет переброски войск на Восточный фронт, что позволило объединенным силам противника вывести из строя почти половину русской армии. А тут еще взыграло «самовеличие» у Николая II: он назначил себя Верховным главнокомандующим, отправив Николая Николаевича на Кавказский фронт.

ВЕРСИИ

Дискредитации Николая Николаевича способствовал интриган Распутин. Он убедил императрицу, а она в свою очередь Николая II, что будто бы великий князь готовит государственный переворот с целью захвата трона. Была запущена и другая дезинформация: Николай Николаевич будто бы собирается отделить от России ее польские губернии и провозгласить себя королем Польши. Документальных подтверждений Николай II не получил, но не прислушаться к советам жены не мог. Русская армия была обезглавлена.

Министры умоляли царя не брать на себя командование, ведь он, в отличие от Николая Николаевича, не имел военного образования, хотя и имел чин полковника.

СПРАВКА

Николай II уже в 7-летнем возрасте (1875) получил звание «прапорщик», в 12 лет – «поручик», в 24 года – «полковник». Имел множество наград и воинских званий почти всех государств Европы. В 1915 г. король Англии Георг V, двоюродный брат русского царя, произвел его в фельдмаршалы. «Вообрази, – как ребенок радовался новоиспеченный маршал в письме к своей жене, – Джорджи произвел меня в фельдмаршалы британской армии!»

Переназначение не вызвало, как думал царь, радостный шок в армейской среде. Судя по дневниковым записям нового верховного главнокомандующего, по прибытии в Ставку (через 2 месяца после самоназначения), он, вместо руководства войсками, «осматривал окружающую местность», «пил чай», «делал прогулки за Днепром», «гулял в хорошем лесу», «ездил на велосипеде», «играл в кости» и т.д. На фронте неразбериха усиливалась.

В 1915 г. с особой остротой встал вопрос о боеспособности русской армии. Ресурса боеприпасов хватило лишь до начала года. Фронт требовал 250 млн патронов в месяц, заводы же производили 350 млн патронов в год.

В армии усилились происки «шпионов и изменников», расползалось дезертирство, все чаще звучал открытый ропот недовольства затянувшейся войной. Генералы докладывали председателю Совета министров И.Л. Горемыкину:

– «…Наше отступление развивается с возрастающей быстротою, во многих случаях принимающею характер чуть ли не панического бегства»;

– «…пользуясь огромным преобладанием артиллерии и неисчерпаемыми запасами снарядов, немцы заставляют нас отступать одним артиллерийским огнем»;

– «…неприятель почти не несет потерь, тогда как у нас люди гибнут тысячами…» и т.д.

Русский солдат, стойка перенося тяготы и лишения, проигрывал сражение, за сражением, но каждый с верой вступал в очередной неравный бой с противником.

Отступая с самой весны 1915 г., к сентябрю русская армия потеряла 15 губерний с несобранным урожаем. Этот же год дал огромное число беженцев. Неблагоприятные погодные условия предсказывали серьезный недород в следующем году. Это сложное положение с продовольствием, чреватое голодом, видели все. Царица, «главный советник» Николая II, и та наставляла супруга: «Важнейшим для нас вопросом является сейчас продовольствие».