КалейдоскопЪ

Игорь Старый

Игорь был сыном Рюрика. Летописи сообщают, что в 879 г., когда умер Рюрик, Игорю было всего три года, именно поэтому княжение перешло к Олегу как опекуну малолетнего князя. Когда Олег пошел завоевывать Киев, он взял с собой Игоря, потому что тот и был князем. До самой кончины Олега (предположительно в 912 году) Игорь был помощником князя. В 903 году Олег женил Игоря на Ольге, а в 907 г., во время похода на Царьград, младший князь оставался наместником в Киеве. В 912 году Игорь стал киевским князем.

Учитывая то, что сын Игоря и Ольги Святослав родился в 942 году, дата женитьбы Игоря выглядит крайне сомнительной.

И однако, с Игорем в летописях и без этой даты много неясного. Мы не знаем точно время рождения Рюрика, но вполне вероятно, что Игорь не был сыном первого князя. Любопытен тот факт, что в Киеве до конца XI века о Рюрике ничего не было известно, а родоначальником киевской княжеской династии считался именно Игорь Старый, как в середине XI в. назвал Игоря митрополит Киевский Иларион в своем «Слове о Законе и Благодати». И только летописец Нестор в «Повести временных лет» (начало XII века) рассказал историю о призвании Рюрика.

Известный историк А.Г. Кузьмин считал, что Игорь, как и Олег, был выходцем с «острова русов», который упоминается восточными авторами (о нем было рассказано в главе про русов). Кузьмин выдвигал идею, что это было государственное образование русов-алан на острове Сааремаа в Балтийском море и в западно-эстонских провинциях Роталия и Вик в IX веке после их переселения с Дона из пределов разгромленного хазарами и венграми Русского каганата. Это была так называемая Аланская Русь в Прибалтике. Предполагается, что уже в IX веке русы-аланы в Прибалтике были славянизированы. Именно оттуда и были выходцами Олег Вещий и его племянник Игорь Старый, а княжеская династия русов-аланов утвердилась у славянских племен уже после смерти варяжского князя Рюрика и его братьев.

Имя Игорь — это славянизированное произношение имени Ингер, известного из византийских и западных источников. Имя связано с территориями Ингрии — области в Прибалтике (в русских летописях ее называют Ижорой). Исходный корень «инг» — «муж, человек».

Далее. Киевским князем Игорь стал в 912 или 913 году после смерти Олега Вещего.

Причем, как мы помним, в разных летописях родство Олега и Игоря или отсутствие родства описывается по-разному Возможно, это зависело от того, что именно Игоря хотели представить основателем династии киевских князей. Тогда Олега стремились представить не родственником, а воеводой. А.Г. Кузьмин предлагает искать подтверждение или опровержение разных известий в других источниках, в данном случае — в богемских хрониках, опубликованных в конце XVIII в. Христианом Фризе. Кузьмин обращает внимание на сообщения об усобице, разразившейся в Киеве в 20—30-е годы IX века между Игорем и Олегом. Однако это не князь Олег Вещий, а его сын — тоже Олег. То есть трения начались между двоюродными братьями, а целью было киевское княжение. В результате Игорь изгнал Олега из княжества, и тот бежал в Моравию, которая в это время вела борьбу с вторгшимися в области Среднего Дуная венграми. В Моравии Олег принял христианство (христианское имя — Александр). Он отличился в войнах с венграми и был избран королем Моравии. Случилось это, скорее всего, в 935 году.

Олег помирился с Игорем, попытался объединить силы Моравии, Руси и Польши ради отражения натиска венгров. Однако из Руси пришло сообщение о гибели Игоря, и союз так и не состоялся. После нескольких лет борьбы Олег потерпел поражение от венгров и вернулся на Русь, где был воеводой у вдовы Игоря княгини Ольги. Умер Олег Олегович в Киеве приблизительно в 962 году.

А.Г. Кузьмин говорит, что сведения богемских хроник подтверждаются археологами: по их данным именно во второй четверти IX века отмечается волна миграции славянизированного населения, в том числе и русов, из Моравии в Приднепровье.

Видимо, именно с этой волной вернулся в Киев и Олег Олегович. И в связи с этой теорией любопытен тот факт, что в Киеве известна не одна, а две могилы

Олегов, расположенные в разных частях города. Возможно, это были могилы Олега-отца и Олега-сына.

Что же касается собственно Игоря, то он стал киевским князем после изгнания Олега (или без него, если не рассматривать эту версию).

Князь решил совершить поход по Волге. Возможно, он хотел иметь беспрепятственный выход в Каспий, чтобы легче было купцам добираться до Ирана и Арабского халифата. Чтобы не тратить силы заранее, он договорился с хазарами о свободном проходе в обмен на часть добычи. В 913 году 500 судов из Киева пришли на Каспийское море. До этого в 909–910 годах русы на 16 кораблях появились на южных берегах Каспия.

Вот что пишет араб Ал-Мас’уди о походе 913 года: «… суда русое рассеялись по морю, и их отряды отправились в Гилян, Дейлем, Табаристан, Абаскун на гурганском берегу, в область нефтяных источников и в Азербайджан, потому что главный город Азербайджана отстоит от моря на три дня пути. Они проливали кровь, захватывали женщин и детей, грабили имущество, снаряжали отряды для набегов, уничтожали и жгли [дома]. При возвращении из набегов они удалялись на острова, расположенные у нефтяных источников и в нескольких милях оттуда».

Судя по свидетельству, первоначально поход проходил успешно для русов, но после нападения на Баку и Ширван что-то случилось. Договор между русами и хазарами был нарушен, и в ходе трёхдневного сражения войско русов было почти полностью истреблено мусульманской гвардией лариссиев. О причинах внезапной вражды русов и хазар можно гадать долго.

Когда известия об этом поражении пришли в Киев, начались неприятности в Древнерусском государстве. Попытались восстановить свою независимость древляне, и внутренний мятеж подавлял воевода Свенельд, а затем он начал войну с уличами, и войскам Свенельда пришлось осаждать столицу племени три года. Радимичи и северяне вновь приняли власть хазар и стали платить им дань. Уличи и тиверцы в итоге ушли под власть болгар, а их земли заняли кочевники печенеги, в результате чего Киевское княжество навсегда потеряло контроль над черноморским побережьем. В 915 г. Игорь заключил мир с печенегами, а в 920 году снова воевал с ними. В 940 году, после долгого сопротивления, уличи снова покорились Киеву.

В «Повести временных лет» описан поход на Царьград в 941 году, и окончился он неудачно: большая часть из 10 тысяч ладей русов были сожжены греками при помощи «греческого огня».

«Когда же пришли с востока воины — Панфир-деместик с сорока тысячами, Фока-патриций с македонянами, Федор-стратилат с фракийцами, с ними же и сановные бояре, то окружили русь. Русские же, посовещавшись, вышли против греков с оружием, и в жестоком сражении едва одолели греки. Русские же к вечеру возвратились к дружине своей и ночью, сев в ладьи, отплыли. Феофан же встретил их в ладьях с огнем и стал трубами пускать огонь на ладьи русских. И было видно страшное чудо. Русские же, увидев пламя, бросились в воду морскую, стремясь спастись, и так оставшиеся возвратились домой. И, придя в землю свою, поведали — каждый своим — о происшедшем и о ладейном огне. «Будто молнию небесную, — говорили они, — имеют у себя греки и, пуская ее, пожгли нас; оттого и не одолели их». Игорь же, вернувшись, начал собирать множество воинов и послал за море к варягам, приглашая их на греков, снова собираясь идти на них походом».

Однако на самом деле это не полное описание. Да, Игорь с частью дружины вернулся в Киев. Однако он фактически бросил войско, от которого вовсе не осталось «10 ладей». Византийские источники: Хроника Амартола и житие Василия Нового — описывают продолжение похода 941 года, которого нет в русских летописях.

Игорь с малым числом войска вернулся в Киев, пишет Лев Диакон, но была и другая часть флота, и она укрылась у берегов Малой Азии. Там было достаточно мелководно, и тяжелые корабли византийцев не могли достать русов. И эти воины начали набеги на Вифинию, Пафлагонию, Никомидию и ряд других земель. Еще три месяца они находились у берегов Малой Азии, но в сентябре 941 года флот русов был блокирован византийцами и разгромлен. Какая-то часть воинов после этого поражения вернулась в Киев, о чем есть сообщения и в русских источниках, а другая часть отправилась грабить Персию. Только в 943 году последние остатки русского войска, которое отправлялось на Царьград, вернулись на родину.

А в это время Игорь уже готовил второй поход. «Повесть временных лет» относит его к 944 году, историки говорят о 943.

«Игорь же собрал воинов многих: варягов, русь, и полян, и словен, и кривичей, и тиверцев, — и нанял печенегов, и заложников у них взял, — и пошел на греков в ладьях и на конях, стремясь отомстить за себя. Услышав об этом, корсунцы послали к Роману со словами: «Вот идут русские, без числа кораблей их, покрыли море корабли». Также и болгары послали весть, говоря: «Идут русские и наняли себе печенегов». Услышав об этом, царь прислал к Игорю лучших бояр с мольбою, говоря: «Не ходи, но возьми дань, какую брал Олег, прибавлю и еще к той дани».

Также и к печенегам послал паволоки и много золота. Игорь же, дойдя до Дуная, созвал дружину, и стал с нею держать совет, и поведал ей речь цареву. Сказала же дружина Игорева: «Если так говорит царь, то чего нам еще нужно, — не бившись, взять золото, и серебро, и паволоки? Разве знает кто — кому одолеть: нам ли, им ли? Или с морем кто в союзе? Не по земле ведь ходим, но по глубине морской: всем общая смерть». Послушал их Игорь и повелел печенегам воевать Болгарскую землю, а сам, взяв у греков золото и паволоки на всех воинов, возвратился назад и пришел к Киеву восвояси».

Таким образом, в 944 г. князь Игорь заключил новый договор с греками. В перечислении делегации от Киевской Руси кроме кельтских, фракийских, иранских, финно-угорских появляются славянские имена: Войко, Володислав, Предслава, Синко. При Олеге Вещем такого не было. Даже сын Игоря носит славянское имя Святослав. Это может свидетельствовать о том, что продолжалась славянизация дружинников из «рода русского» и что славяне появляются в составе правящей элиты Древнерусского государства.

Еще одна любопытная деталь: «Мы — от рода русского послы и купцы, Ивор, посол Игоря, великого князя русского, и общие послы: Вуефаст от Святослава, сына Игоря; Искусеви от княгини Ольги; Слуды от Игоря, племянника Игоря; Улеб от Володислава; Каницар от Предславы; Шихберн Сфандр от жены Улеба;… Прастен Акун от племянника Игоря.»

То есть некоторые послы представляют отдельных князей, воевод, бояр, купцов. Даже члены семьи князя Игоря представлены разными послами. Из этого следует, что князь лично не мог представлять интересы своей земли и рода, а был своеобразным главой союза. Его личная власть не была абсолютной.

Кроме того, среди послов русов появились христиане. Летописец подчеркивает: «Было много христиан среди варягов». Известно, что у русов-христиан была и своя церковь в Киеве — церковь св. Ильи. Возможно, что христианами были переселенцы из Моравии. Именно к середине X в. относятся погребения по христианскому обряду, в массовом порядке появившиеся в Киеве и находящие аналогии только в христианских погребениях Моравии.

Под 945 годом «Повесть временных лет» рассказывает о гибели киевского князя. Этот отрывок приведен выше, в главе про древлян. Видимо, та часть дани, которая не была предназначена для внешней торговли, распределялась между той дружиной, которая эту дань собирала, иначе почему бы дружина киевского князя завидовала дружине воеводы? Может быть, древляне перетерпели бы двойную дань, но вот третью подряд они не выдержали. Возмущенные люди убили жадного князя и дружинников. Похоронен он близ столицы древлян города Искоростеня.