КалейдоскопЪ

Развал Тушинского лагеря

С осени 1609 г. в Тушинском лагере начались «разброд и шатание». Причина заключалась не только в том, что к Москве приближалось сильное войско М.В. Скопина-Шуйского, с которым предстояло сразиться, но и в том, что на территории Русского государства появилась третья сила – польский король Сигизмунд III с хорошо вооруженным отрядом. Используя русско-шведский договор о военной помощи как предлог для своего вторжения (Швеция и Польша находились в состоянии войны друг с другом), король решил отторгнуть Смоленск от России. Он полагал, что у него хватит сил сломить оборону защитников города, которые в условиях двоевластия ни от кого не получат помощь.

Уже 19 сентября король подошел со своим войском к Смоленску и занял наиболее выгодные позиции в его окрестностях. После этого он решил связаться со своими подданными, находящимися в Тушинском лагере. Он решил привлечь их на свою сторону, чтобы с их помощью не только захватить Смоленск, но и попытаться сесть на московский престол. Свои права на него он объяснял так: «В числе моих предков был великий князь Литовский Ягайло, сын русской княжны и муж русской княжны». Возможно, для европейской общественности его аргументы звучали убедительно, но для русских людей – вряд ли, поскольку Ягайло никогда не правил Русским государством.

Входившие в окружение Лжедмитрия II поляки сначала ответили Сигизмунду решительным отказом и даже потребовали, чтобы он отошел от Смоленска. Но потом в Тушинский лагерь прибыли королевские комиссары, которые стали распространять слухи о том, что у Сигизмунда много денег и что он готов заплатить их тем, кто запишется к нему на службу. Взамен лишь требовалось выдать ему самозванца.

Естественно, что переговоры воинства с посланцами Сигизмунда не остались без внимания со стороны Лжедмитрия и его русских сторонников. Они поняли, что им следует бежать. Первая попытка в середине декабря 1609 г. оказалась неудачной. Тогда в ночь на 27 декабря Лжедмитрий переоделся в простую одежду и на телеге с горсткой сторонников тайно выехал из табора. Он сразу же направился в Калугу, где надеялся на радушную встречу. Действительно, местные жители во главе с духовенством с радостью приняли его. Построили хоромы и снабдили всем необходимым. Сюда же к нему приехали русские сторонники во главе с князем Д.Т. Трубецким, касимовский хан Ураз-Магомед, казаки во главе с И. Заруцким, а потом и Марина Мнишек.

Первое время после бегства мужа Марина Мнишек пребывала в полной растерянности. Она не знала, что ей делать, и даже написала письмо Сигизмунду с просьбой стать ее покровителем: «Всего лишила меня превратная фортуна, одно лишь законное право на московский престол оказалось при мне, скрепленное венчанием на царство, утвержденное признанием меня наследницей и двукратной присягой всех государственных московских чинов. Теперь я все это представляю на милостивое и внимательное рассмотрение вашего королевского величества. Я убеждена, что ваше королевское величество после мудрого обсуждения обратите на это внимание и по природной доброте своей примете меня, а семью мою, которая в значительной мере способствовала этому своею кровью, храбростью и средствами, щедро наградите. Это будет служить несомненным залогом овладения Московским государством и прикрепления его обеспеченным союзом, с благословенья Божья, которое щедро вознаграждает за справедливость. Желая чего, я препоручаю себя защите и милостивому вниманию вашего королевского величества». (Дневник Марины Мнишек. СПб., 1995. С. 190–191.)

Марина надеялась, что король учтет ее права на московский престол и, возможно, даже поможет ей его получить. Но у Сигизмунда были свои планы на этот счет. Поняв это, она решила бежать к мнимому мужу. В середине февраля, переодевшись в мужское платье, вместе с одной служанкой и верхом на коне, Марина покинула Тушинский лагерь. Сбившись с дороги, она оказалась в Дмитрове, где стоял со своим отрядом П. Сапега. Гетман решил стать покровителем «московской царицы» (так называла себя Марина). Однако вскоре на город напал отряд И.С. Куракина, посланный М.В. Скопиным, и пришлось отражать его атаки. Марина вновь надела мужское платье и с отрядом казаков бросилась на прорыв. Ей удалось покинуть Дмитров и направиться в Калугу. Там ее достаточно радушно встретил Лжедмитрий, нуждавшийся в поддержке мнимой жены. П. Сапега же был выбит из Дмитрова и был вынужден отправиться к королю.

В Тушинском лагере ситуация продолжала оставаться все более непонятной. Поляки вознамерились отбыть к королю под Смоленск. Некоторые из представителей русской знати поехали в Калугу, часть вернулась в Москву. Но нашлись и такие, которые решили вступить в переговоры с польским королем по поводу избрания на московский престол его юного сына королевича Владислава (родился в 1595 г.). В январе 1610 г. они сформировали посольство во главе с боярином М.Г. Салтыковым, князем Ю.Д. Хворостининым, князем В.М. Мосальским-Рубцом, окольничим М. Молчановым и дьяками И. Грамотиным и И. Чичериным и послали его под Смоленск. Там в ходе переговоров было подписано соглашение о том, при каких условиях Владислав может быть избран новым царем.

В итоге уже в феврале 1610 г. Тушинский лагерь перестал существовать. Последние его обитатели выехали по направлению к Смоленску но в районе Иосифо-Волоколамского монастыря были настигнуты отрядами Скопина и по большей части взяты в плен. Гетман Р. Рожинский по дороге к Смоленску скончался, поскольку уже давно страдал от тяжелых ран.

Таким образом, из-за развала Тушинского лагеря Москва полностью освободилась от осады. Войскам Скопина пришлось сражаться лишь с небольшими разрозненными отрядами поляков, которые занимались грабежами и разбоями и серьезной опасности не представляли.

В начале марта 1610 г. М.В. Скопин-Шуйский с основным войском двинулся из Александровой слободы в Троице-Сергиев монастырь. Там воины-освободители были с большой радостью встречены оставшимися в живых монахами. Были организованы массовые молебны и праздничная служба. Вскоре и Москва встречала победителей. Торжественный въезд Скопина и его соратников был организован 12 марта. Все горожане вышли на улицы, чтобы их встретить и поприветствовать. В Кремле главных воевод ждал царь Василий. В честь них был устроен пир, на котором многие воины получили награды.

Всем казалось, что главные беды уже позади и впереди ждет спокойная и благополучная жизнь.