КалейдоскопЪ

1988-1989

Как писал в январе 1988 года один из авторов журнала «Kerrang!» Малкольм Доум, «отмененные концерты. Спорное выступление в Сан-Сити. Неприятности с менеджментом. Финансовые проблемы. Для Тони Айомми и его бригады не­сколько прошедших месяцев стали не иначе как кошмаром. Та к будет л и „завтра" у группы, без преувеличения стоявшей у самых истоков метал-движения?».

Вопрос очевиден, но Айомми (через месяц ему должно было исполниться сорок) отнесся к нему со своим фирмен­ным безразличием. Несмотря на то что «Sabbath» в данный момент репетировала программу американского турне, кото­рому не суждено было состояться, он не видел причин для уныния, и именно это позволяло всей группе держаться на плаву даже в самое тяжелое время, например в 1979-м. Ходили слухи, что Тони Мартин в ближайшее время покинет группу. На все вопросы по поводу этих сплетен Айомми отвечал: «Ему предложил работу [гитарист групп „Thin Lizzy"/„WhitesnakeY „Blue Murder"] Джон Сайке, и даже получил предварительное согласие, но Тони решил остаться с нами, и, несмотря на раз­личные пересуды, я смело заявляю, что он никогда официаль­но не покидал „Sabbath"».

Но чтобы сохранить свой авторитет, Тони, которому теперь стало модно присваивать разные гордые прозвища вроде «Крестного отца металла», было необходимо что-то делать. К сожалению, в реальности он не предпринимал никаких дей­ствий. Более того: «Sabbath», недовольная убогим качеством записи «Eternal Idob>, даже расторгла свой контракт с лейблом

«Vertigo». Новый контракт группа заключила с американской компанией «IRS Records», которую в 1979 году основал ме­неджер группы «Police» и Стинга Майлз Коупленд. На этом лейбле издавались такие группы, как «R.E.M», «Buzzcocks», «The Go-Gos», и другие влиятельные коллективы того времени. Разрыв восемнадцатилетнего сотрудничества с «Vertigo», ко­торый затем был поглощен более крупной компанией - «Polygram», а затем - мейджором «Universal Music», был не самым многообещающим шагом.

До августа в лагере «Sabbath» царило полное затишье - музыканты словно взяли отпуск. Исключением стал только один концерт, состоявшийся 29 мая, в составе Айомми - Мартин - Чимис - Николе (тогда Николе играл на басу). Мартин немного поработал с Джоном Сайксом, записав с ним совместную песню под названием «Valley Of The Kings», но все-таки остался в составе «Sabbath», собиравшейся с сила­ми для записи новой пластинки. Линия Сайкса любопытна еще и тем, что у него проходил прослушивание Рэй Гиллен (которому было отказано), а также тем, что ударника его груп­пы «Blue Murder» Кози Пауэлла вскоре пригласили присоеди­ниться к «Sabbath».

Приглашение Пауэлла стало ключевым моментом. Сорока­однолетний британец, настоящее имя которого было Колин Флукс, благодаря своему потрясающему владению ударны­ми, уже успел заработать впечатляющую репутацию. Ему удалось поработать с такими известными артистами и груп­пами, как Джефф Бек, «Rainbow», «Whitesnake», Майкл Шенкер и команда Кита Эмерсона и Грега Лейка. Наряду с Иэном Пейсом и Карлом Палмером, Пауэлл был одним из лучших барабанщиков Великобритании: он даже попал в Книгу ре­кордов Гиннесса, после того как по телевизору продемон­стрировал свое умение играть на скорость.

В августе 1988-го Пауэлл и два Тони, Айомми и Мартин, вошли в студию, вместе с верным Николсом и сессионным «я стараюсь жить просто, как пещерный человек. Вот список того, чем я по жизни занимаюсь: активный секс с женой, за­бота о детях, гитара, написание песен, поднятие тяжестей и уборка дерьма за моим ротвейлером. Если в моей жизни воз­никает что-то еще, я сразу начинаю тупить - не понимаю, как себя вести… Вот почему цвета группы Закка Уайлда „Black Label Society" - черный и белый. Никакого серого, никаких градаций. Жизнь - это черное и белое, никаких пограничных состояний не существует. Ты либо засранец, либо хороший парень. У меня нет времени на жизненные сложности».

Его уважение к Оззи всегда было огромным: «В тот день, когда я пришел к Оззи на прослушивание, он сказал мне: „Закк, просто будь собой, играй, как велит твое сердце ". Эту мудрость я унесу с собой в могилу. Нельзя притворяться тем, кем ты не являешься. Джими Хендрикс и Джимми Пейдж на­стоящие именно потому, что они - те, кто они есть, и самое прекрасное в них то, что оба они порядочные засранцы. Оззи тоже именно такой, каким кажется. Он - настоящий».

В 2003 году Уайлд провел со мной получасовую беседу. Результатом нашего разговора стало очень эмоциональное интервью, которое было опубликовано в журнале «Total Guitar». Закк: «Первый гитарный рифф, который я сыграл, был то ли из песни „Black Sabbath" „Iron Man", то ли из „Smoke On The Water" группы „Deep Purple". Мне было восемь лет, и у меня тогда была говеная акустика. Позже, когда я перешел на электрогитару, я выбрал „Gibson L6-S", такую же как у Карлоса Сантаны. Конечно, это была копия, не эксклюзив - у моих родителей просто не было такой чертовой уймы де­нег. С тех пор я всегда играю на гитарах марки „Gibson". Люди гонят, что они не держат настройку. Вроде как начинаешь играть в Нью-Йорке, а заканчиваешь в Кливленде, понимаешь, о чем я? Но мне кажется, в этом вся прелесть. Мне нравятся отстойный рычаг тремоло, отсутствие стопора и вообще все это говно. Мне становится смешно, когда я вижу всех этих ребят, каждый с десятком гитар, которые с серьезными ми­нами рассуждают: „Эй, я теперь играю на этой гитаре, а не на вон той!" Что ж, парни, у меня для вас новости. Я - фанат „Gibson Les Paul", и всегда им буду. Да я умру за гребаный „Gibson". Кто-то скажет: „На хрен «Gibson», у них струна соль всегда расстроена, я вот играю на «Stratocaster»". Ну так знай, тупица, - все гитары расстраиваются! Выбери одну и играй на ней».

Выражая свое давнее восхищение талантом Тони Айомми, Закк не жалеет слов: «Я всегда был помешан на „Sabbath". Вся ее история невероятна. „Sabbath" - живое доказательство того, что можно выступать долго и качественно. Возьмем, к примеру, семидесятые: в то время была такая группа, „Bay City Rollers", которая продавала гораздо больше пластинок, чем „Sabbath". И где теперь та группа? То же самое и сегодня. Если я подпишусь на лейбл „Interscope", значит ли это, что мне придется носить дебильную бейсболку, как у Фреда Дерста? „Limp Bizkit" - это какой-то невероятный пи**ец! И где они теперь? Может, мне отрастить сиськи, нацепить от­крытый топ и стать следующей гребаной Бритни Спирс? Я ведь сразу подниму продажи своих дисков, правда?»

Вместе с верными Бобом Дэйсли (бас) и Рэнди Кастильо (барабаны), Оззи и Закк сформировали просто убойную команду. Результатом работы этого состава и стал диск «No Rest…». Первая песня альбома - «Miracle Man» - это исто­рия про арестованного телепроповедника: Оззи с удоволь­ствием грозит «нашему малютке Джимми с экрана» (предпо­ложительно это намек на проповедника Джимми Суоггарта, который за восемь месяцев до этого оказался в эпицентре скандала с проститутками), в то время как Уайлд выжимает из гитары целый букет своих фирменных пронзительных гар­моний. В общем, эта песня записана в лучших традициях от­крывающих треков Оззи - скоростные риффы, позволяющие Уайлду вдоволь покрасоваться, бодрый темп, и много больше воодушевления, чем во всем, что «Sabbath» произвела за про­шедшие годы.

«Devil's Daughter» - еще одна вещь в том же духе; теперь Оззи предупреждает о «священной войне», а гитара Закка бук­вально заходится плачем. «Crazy Babies» - почти блюз в духе «Aerosmith», где Оззи отличился, выдав заумное: «Кому идти - идет,/ Кому вести - ведет».

И в следующей композиции - «Breaking All The Rules» - певец не показывает слушателю ничего выдающегося, зато Уайлд радует фанатов шикарным затяжным соло. «Bloodbath In Paradise» наконец-то привлекает текстом: тема песни - убийства Шэрон Тейт и семейства Ла Бьянки в 1969-м, ко­торыми руководил знаменитый сектант Чарльз Мэнсон. В плане музыки композиция не представляет собой ничего экстраординарного, зато она стала славной порцией дров в костер споров вокруг Оззи. А ведь перед выходом альбома эти споры только-только начали затихать: на дворе все-таки был конец восьмидесятых, и фанаты уже попривыкли к шокирующим текстам.

«Еще ребенком он страдал сердечной болью», - начина­ет Оззи нетипично скупую для себя «Fire In The Sky», историю о человеке, слишком рано узнавшем неприглядную сторону жизни. Уайлд изо всех сил поддерживает невыразительность этой песни, упорно сопротивляясь возможности показать себя с лучшей стороны. «Tattooed Dancer» - еще одна (по крайней мере, с точки зрения стихов) песня в духе «Evil Woman»: подобные композиции ни «Sabbath», ни Оззи не удавалось поднять на уровень выше посредственного. С дру­гой стороны, любому ценителю хорошей музыки стоит по­слушать этот номер хотя бы ради великолепных скоростных тремоло Уайлда.

Однако на альбоме есть и выдающиеся вещи, например «Demon Alcohol». «Одна бутылка - явный перебор, / Зато десяток - это слишком мало», - поет Оззи свой антиалко­гольный памфлет, который мог написать только человек, уже прошедший реабилитацию и не горящий желанием начать все по новой. Как сам Оззи рассказывал журналистам, фана­ты поддержали его тогдашнее решение лечь на реабилитацию в центр Бетти Форд - одну из лучших клиник, работавших с рок-звездами: «Когда я выхожу на сцену, подростки бросают мне такие штуки, „медальоны трезвости", которые можно взять только в реабилитационном центре… [фанаты] все еще со мной, хоть я теперь и изменился. Вот это я и называю пре­данностью».

Он сообщил, что решение завязать с алкоголем пришло после осознания того факта, что «последние десять лет я ми­нимум раз в неделю просыпался в тюремной камере», и слу­чая, когда Оззи пропустил день рождения дочери, проснувшись «на вонючем полу в доме какого-то барыги - я даже не пом­ню, как туда попал. Так что я, приняв для храбрости на грудь, вышел оттуда и сел в самолет до Лондона. Причем и по сей день я совершенно себе не представляю, как пережил тот по­лет. Я жутко боялся, что ко мне может кто-нибудь подойти и сказать: „Вот человек, который сбил моего ребенка" или „Этот тип зарезал моего мужа". Я отменил турне и решил лечь в больницу».

Может быть, Оззи и опасался, что за песни вроде «Demon Alcohob его могут обвинить в ханжестве и лицемерии, свою позицию он доказал весьма, как сейчас понятно, весомыми словами: «Если своими текстами я смогу предостеречь хоть одного бедного лоха от той агонии, через которую прошел сам, то я залезу на Эмпайр-Стейт-Билдинг и буду орать свои песни оттуда на весь мир».

Закончил Оззи довольно непривычными (по крайней мере, для него) словами: «Все эти чудесные вещи происходят теперь со мной именно потому, что я не пью. Меня никто не аресто­вывает, и до сих пор не случалось ни одной серьезной про­блемы. Я чувствую себя просто потрясающе… Долго, очень долго я сражался за свою жизнь, и теперь я всем телом чув­ствую, что у меня осталось еще немного этой самой жизни в запасе, понимаете?»

В это же время произошло в некотором роде объединение «Sabbath» и Оззи: Джейк И. Ли, Рэй Гиллен и Эрик Сингер (вместе с еще одним музыкантом - басистом Грегом Чейс-соном) основали рок-группу «Badlands», к которой у публи­ки, благодаря прошлому участников, сразу же появился не­который интерес. Ли, очевидно, был рад уйти из группы Оззи, хоть и не выразил особого желания поведать миру о причинах своего решения. «Я теперь гораздо счастливее, - признался он. - Мне нравится играть на гитаре. Я обожаю музыку, но ненавижу все, что связано с ее деловыми сторонами. А биз­неса там было гораздо больше, чем мне требуется. Все дело в мотивации. Кроме того, расставшись с Оззи, я хотел сделать перерыв. Мне попались на глаза несколько интервью, в ко­торых он отзывался обо мне не очень-то по-доброму. Это несколько приспустило пелену с моих глаз. Я-то думал, что он мне друг».

На прямой вопрос о том, почему он покинул группу Оззи, Ли ответил: «Потому что он меня об этом попросил. Уволил меня. Он настолько запутал всю эту историю, что я даже не знаю, что думать. Сначала Оззи сообщил, что пришла пора мне заняться чем-нибудь самостоятельно. Самое замечательное, что я узнал об этом от друзей, вызвал его на разговор, и он все подтвердил».

Почему же Оззи уволил гитариста? Вполне возможно, он решил, что с Ли «трудно сработаться»: «Оззи слишком все драматизирует. Я всегда опаздываю, но он об этом прекрас­но знал. Я тысячу раз говорил Оззи, что он засранец и что ему следует заткнуться, и не собираюсь отказываться от сво­их слов. Я не умею копаться в мозгах у людей. Если мне что-то не нравится, я это четко говорю. Я всегда опаздываю, опоздал даже на прослушивание. Сразу после него я упустил самолет и опоздал на первый концерт американского турне. Оззи ис­пользует это как оправдание своего решения, но я опаздывал с самого начала. Я, конечно, пытаюсь приходить вовремя, но у меня никогда не получается. И это одна из вещей, которые меня в нем бесят. Он преподносит это как проблему, которая у меня возникла во время нашей совместной работы».

Гиллен тоже дал пару намеков на причины разрыва от­ношений с «Sabbath», подметив: «Последний гитарист, с ко­торым я сотрудничал, был немного чокнутым. Остальные были нормальными, но у них у всех было свое видение того, как надо работать. Они не воспринимали новые идеи». Об участии в собственной группе он высказался так: «У нас с Джейком были похожие роли в „Sabbath" и группе Оззи. Когда действу­ешь четко по указке других, не остается возможностей вы­ражать свои чувства. Теперь все не так, я пою свои песни, пишу собственные тексты и делаю что хочу. Это, конечно, не значит, что я указываю, как и что все должны делать. Просто группа по стилю близка именно мне».

В 1989 году карьера Оззи снова была на подъеме (а на самом деле подъем продолжался с 1982-го), в то время как «Sabbath» безвозвратно сносило в сторону от музыкального успеха. А окончательно певец добил своих бывших коллег, ког­да позвал играть на басу в турне «No Rest For The Wicked» - кого бы вы думали? - Гизера Батлера, тем самым полностью смешав все планы «Sabbath». Уже договорившись в прошлом году с Глорией Батлер, Айомми, Николе, Чимис и Мартин жда­ли, что Гизер к ним присоединится, и после такого поворота событий, вероятно, испытали настоящий шок. Впрочем, они сразу начали поиски другого музыканта.

В марте, когда Гизер зажигал с Оззи (как сказал об этом Батлер: «Мои сорванцы играли в это время с его детишками, и он попросил меня записать с ним альбом. В конце концов я провел с ним все турне „No Rest For The Wicked" и получил море удовольствия»), Айомми обратился с просьбой посо­действовать ему в летнем турне «Headless Cross» к известно му сессионному басисту Нилу Мюррею. Последний, с учетом его опыта игры в «Whitesnake», группе Гэри Мура и других британских коллективах, был прекрасным кандидатом на роль басиста «Sabbath», даже с учетом очевидного в последние годы злоупотребления группы сессионными музыкантами.

Главным достоинством вышедшего 29 апреля 1980 года альбома «Headless Cross» стало великолепное качество за­писи. Тяготеющих к металлу фанатов «Sabbath» очень пора­довали яркие гитары - на их фоне поклонников не напря­гала даже меланхолическая манера тэппинга Коттла, типичная для сессионных музыкантов конца восьмидесятых. Зато по вине басиста (Мюррей умудрился создать плотную, довольно неприятную на слух шумовую завесу) потеряли свою вырази­тельность слегка задвинутые на задний план ударные Кози Пауэлла. По словам поклонников, качество звука было отлич­ным, а уровень музыкантов (взять того же сладкоголосого Тони Мартина) делал пластинку на порядок лучше, чем предыдущие две или три.

«Никуда не деться от силы Сатаны», - поет Мартин в за­главной композиции, которая разгорается постепенно, за­ряжаясь энергией ритм-секции и наполняясь чистыми риф­фами Айомми. Конечно, эта песня далека от ранних, почти сатанинских боевиков группы, но, с другой стороны, только самый злобный критик сможет сказать, что по качеству ей место на альбоме «Seventh StaD> или «The Eternal Idol». Тем не менее, когда «Headless Cross» была выпущена в виде синг­ла, в чартах ей удалось занять лишь жалкое 62-е место.

«Devil And Daughter» более явно обращается к оккультной тематике («Дьявол не внемлет словам, что к нему обращают»), и, если бы не сомнительный текст, она бы стала прекрасным радиохитом. Семиминутная «When Death Calls» гораздо слож­нее: чего стоят одни клавиши Николса, которые скорее до­полняют, чем сглаживают эпичные риффы. Бэк-вокал, сопровождающий песню до ее помпезного завершения, тоже добавляет ей колорита. «Kill In The Spirit World» сама по себе слишком ровная и незапоминающаяся, но самые преданные фанаты получат удовольствие и от ее прог-роковых риффов, которые дались музыкантам с явным трудом. Что любопытно, эта вещь по сво­ей структуре гораздо более амбициозна, чем все, что Айомми записывал в то время. Это особенно чувствуется, когда сред­няя секция стихает, замерев перед жестким соло, звучащим в обрамлении атмосферных эффектов. Песня «Call Of The Wild» выглядит беспомощно, хоть и патетично: пару очков в плюс ей добавляет чуть более агрессивное звучание, чем на альбоме в целом.

В «Black Moon» есть несколько неплохих риффов, а жест­кий, в роковой манере, ритм Пауэлла и непередаваемый ар­тистизм Мартина только придают им энергичности. Вообще, Мартин в этой песне делает все, чтобы его можно было по праву назвать лучшим вокалистом «Sabbath» со времен Дио. Еще раз стоит отметить великолепную работу звукорежис­сера, которая была как никогда актуальна (следует помнить, что в то время началась эра компакт-дисков, и покупатели стали уделять чистоте звука почти такое же внимание, как и самой музыке).

Завершает альбом композиция «Nightwing» (любопытно, что одна готик-блэк металлическая группа взяла себе назва­ние в честь именно этой композиции, выразив таким образом уважение «Sabbath»). Начинается она с виртуозного акусти­ческого пассажа Айомми вкупе со спокойным, типичным для восьмидесятых, басовым соло от Коттла, который, наряду с Пино Палладино и другими музыкантами, прославил тот пе­риод в британской музыке именно как время выдающихся басистое. Постепенно композиция превращается в эпичную балладу, которой не вредят даже чрезмерно вычурные пасса­жи Мартина.

С коммерческой точки зрения альбом, конечно, не стал вторым «Paranoid», но все же ему удалось отчасти возместить тот ущерб репутации, который «Sabbath» нанесла себе откровенно слабым «Eternal Idol». В Британии пластинка стала тридцать второй, хотя музыканты утверждали, что результат был бы лучше, если бы лейбл «IRS» поживее занимался про­движением альбома. Айомми: «Я знаю, всегда проще винить других, чем признавать свои ошибки, но тут дело действитель­но в „IRS" - ребята просто не умеют работать… хотя они пытались. Если никто не знает, что у тебя вышел альбом, кто же его купит? Вот этого я никогда не понимал: выпустить аль­бом, а потом просто на него забить… Мы с Кози приходили в музыкальные магазины в Торонто, где нас прекрасно знают, - при этом ни у кого не было пластинки, она просто отсутствовала в магазинах. Невероятно! У нас была целая война с мест­ным представителем лейбла - я чуть ему не врезал! Все было просто ужасно. В конце концов, страдаем именно мы: они про­сто говорят: „Ой, чего-то альбом не продается". Да как он может продаваться, если вы не доставили пластинку в ма­газины?»

Во время последовавшего турне Тони Мартин добавил в одном из интервью: «Рекорд-компания не сделала ничего, а ведь ее поддержка всегда серьезно влияет на ход турне. Люди просто не в курсе, что мы к ним приезжаем. Знаешь, это очень странно, ведь на американском рынке позиции „Sabbath" всег­да были сильны, но теперь все стало по-другому. Нас теперь прекрасно встречают в Европе, только в Западной Германии мы продали больше ста тысяч копий „Headless Cross". Сейчас основная задача как никогда ясна: нам нужно возродить слав­ное имя „Black Sabbath" и поднять его на уровень тех времен, когда трудности еще не начались. Так что нам предстоит чер­товски хорошо поработать».

Мартин продолжил здравые рассуждения: «„Headless Cross" - это самая важная пластинка „Black Sabbath" со вре­мен выхода „Heaven And Hell". Тот альбом тоже вышел в переломный для группы момент, и я могу смело сказать, что Ронни Джеймс Дио тогда проделал отличную работу, особен­но если представлять себе то напряжение, которое он должен был чувствовать. Я говорю о том, что он был первым, кто по­пытался заменить Оззи… самое прекрасное для „Black Sabbath" в нынешней ситуации - это реальная возможность нового взлета. Причем стало ясно, что у нашей музыки появи­лась новая аудитория, которая нас поддерживает, причем, когда группа начинала, львиной доли новых поклонников еще не было на свете, многие родились уже после выхода „Heaven And Hell". Мы гордимся тем, что поклонникам есть до нас дело, несмотря на все перестановки в составе, проблемы с менед­жерами, лейблами и остальные неприятности. У нас есть фа­наты из Англии, которые готовы ездить за нами из города в город, чтобы попасть на максимальное количество концертов. Фанаты рока гораздо более преданны своей любимой музы­ке, чем поклонники диско. Настоящий рок-фанат отдаст по­следнюю рубашку, чтобы попасть на концерт. Он будет под­держивать любимую группу многие годы, несмотря на ее взлеты и падения».

Вскоре «Sabbath» отправилась в дорогу. Многолетний опыт Айомми, Пауэлла и Мюррея вселял в музыкантов энтузиазм. На американских концертах, состоявшихся в мае и июне, груп­па выступала при поддержке клона «Led Zeppelin» - группы «Kingdom Come» (любопытный поворот, не правда ли?), а за­тем, ближе к осени, турне переместилось в Великобританию и Европу. Далее концерты в поддержку альбома «Headless Cross» состоялись в Японии и, что совсем необычно, - в России, где группа провела почти две недели, выступив в Москве, Ленинграде и других городах (и удачно попав в период рас­цвета пресловутой «гласности»). Музыканты, вдохновленные постепенным возвращением группы в форму, принялись за своих поклонников из различных стран мира.

В то же время не кто иной, как Билл Уорд, активно пробивал себе дорогу назад, в большую музыку. Он выступал с группой независимых музыкантов «Blue Thunder», в которую кроме него входили Уолтер Траут и Тим Богерт.

«Мы только что встрети­лись, - рассказывал Билл изданию «Sabbathlive», - и на первых порах занимались просто совместной импровизацией. На самом деле, долго все это не продлилось. У меня все еще оставались некоторые проблемы с трезвым образом жизни - я имею в виду не то, что я все еще пил, а просто жизненные неурядицы. Так вот, мы собрали этот проект ради самовыра­жения и просто чтобы повеселиться. Мы отлично проводили время, просто выступали там и сям, никакой конкретики, по­нимаешь? Пару концертов, конечно, пришлось пропустить, но да, я - именно тот парень, что играл в „Blue Thunder"».

В ответ на просьбу рассказать, как развивалась его карь­ера с момента ухода из «Sabbath» и до текущего времени, Уорд объяснил, что большую часть времени он провел вдали от му­зыки, восстанавливая свое здоровье: «Что произошло со мной с восемьдесят четвертого? Ну, меня пригласили высту­пить на „Live Aid". Я приехал туда и исполнил свою партию абсолютно трезвым, хоть и был слегка не в форме. К тому времени я вел трезвый образ жизни уже около полутора лет (если быть точным, четырнадцать месяцев), и „Live Aid" стал для меня серьезным испытанием. Поверьте, мне было дей­ствительно нелегко просто сесть на самолет до Филадельфии, чтобы встретиться с группой. А основная проблема была в том, что в годы алкоголизма в самолетах меня неизменно под­жидал специальный передвижной бар, а теперь мне пришлось провести всю поездку трезвым как стеклышко: сесть в само­лет, прилететь в Филадельфию и выступить на фестивале, не приняв на грудь ни капли. „Live Aid" стал первым концертом, который я провел абсолютно трезвым: раньше такого не слу­чалось. Этого выступления я боялся не меньше, чем боялся участвовать в записи „Bom Again". Во время подобных событий я всегда пил. Но в этот раз все было по-другому: я снова завязал, и „Live Aid" стал самым первым концертом, на котором я играл трезвым. Что произошло после? Ну, я решил начать жить для себя и стал писать собственную музыку. Вот чем я тогда зани­мался, это же я делаю и сейчас».

Оззи, конечно, тоже не бездействовал и дал несколько грандиозных концертов в России с Закком Уайлдом, Гизером Батлером и Рэнди Кастильо. 12 и 13 августа группа выступи­ла на широко известном фестивале «Moscow Music Peace Festival», вместе с «Bon Jovi», «Scorpions», «Motley Criie» и многими другими. Что и говорить, публика приняла музыкан­тов очень тепло.

Однако поворотным моментом в новой, вроде бы беспо­рочной жизни Оззи стало событие, которое произошло после его возвращения из России. Дома, в своем поместье в Букингемшире, после поистине марафонского запоя (по не­которым сведениям, в ту ночь он выпил минимум четыре бутылки водки), он поднялся в спальню жены и сказал ей: „Я решил, что тебе следует уйти". Затем он попытался ее за­душить. Освободившись из его хватки, Шэрон вызвала мест­ных полицейских, которые оперативно приехали, арестовали певца и доставили его в близлежащий полицейский участок, где он и провел ночь.

Годы спустя Шэрон вспоминает это происшествие с не­которым юмором: «Я вызвала полицейских, которые упрята­ли его в камеру, - рассказывает она. - Я не стала выдвигать обвинений, но он прошел трехмесячный курс реабилитации. От всей этой выпивки и наркоты, которую он принимал, у него совсем съехала крыша, и время от времени происходили та­кие случаи».

В самом деле, подобные происшествия имели место быть. Но что-то должно было измениться. Карьеры Оззи (которому пришлось с таким трудом карабкаться к успеху) и «Sabbath», чьи дела постепенно становились все хуже, так долго двигав­шиеся рядом, но сами по себе, похоже, синхронно подошли к водоразделу. С этого момента в обеих группах все стало по-другому.

Может быть, даже наступило время объединить усилия…