КалейдоскопЪ

Воскрешая Зверя: 1993-2006

1993-1994

Противоречивое шоу в Коста-Меса пришло и ушло - а в 1993-м оставшимся участникам «Sabbath» необходимо было собрать новый состав, ведь Ронни Джеймс Дио и Винни Эписи вернулись обратно в «Dio». Нужны были такие музыканты, которые не ушли бы из группы при первой же возможности. Кроме того, они должны были продолжать успешную работу, начало которой было положено на альбомах «Headless Cross», «Tyr» и «Dehumanizer».

Первоочередной задачей было нахождение нового вока­листа, и Тони Айомми незамедлительно позвонил работав­шему в то время над сольным проектом Тони Мартину. «Это случилось вскоре после того, как я начал работу над сольным альбомом. Мне позвонили и предложили снова вступить в группу, - вспоминает Мартин. - Но я решил продолжать сольную карьеру. Через несколько месяцев со мной связа­лись еще раз, и я сдался. С ребятами мы встретились на концерте в бирмингемском „NEC", они оказали мне такой теплый прием, что я с радостью к ним присоединился. Тони обмол­вился, что с Дио работать непросто, но развивать тему не стал, ну а я решил его не расспрашивать…»

В феврале Тони нашел нового ударника - Бобби Рондинелли, в проекте которого в 1986-м пел Рэй Гиллен. Как мне рассказал сам Бобби, «я немного играл с Доро Пеш, а ее тур-менеджер Роберт Гамбино в свое время работал с „Sabbath"». Рондинелли узнал, что Эписи вернулся в «Dio», и решил узнать, свободно ли место ударника: «Итак, я сказал Гамбино, что мне очень нравится „Sabbath" и что я действительно хотел бы с ними играть, а через какое-то время он позвонил мне и сообщил, что группе как раз нужен ударник. Тогда я попросил его позвонить им и замолвить за меня словечко, а он отказался, объяснив, что они с Айомми поругались или что-то типа того… Может, дело было в тогдашней жене Айомми. Так вот, он дал мне номер Тони, и я ему позвонил. Трубку взяла его жена Вэл. Я представился и сказал, что слы­шал о том, что „Sabbath" нужен барабанщик, и что я пре­тендую на эту вакансию. Через десять минут мне перезвонил Айомми и сообщил, что я у них в списке и что он будет дер­жать со мной связь. Мы проговорили около часа».

Все остальное, по словам Бобби, прошло как по маслу: «Мы пообщались еще пару раз, и он спросил: „Хочешь присоеди­ниться к группе?" А потом добавил: „Не против джем-сессии?" Оказалось, что Тони очень любит импровизировать, а я так просто обожаю играть без подготовки. Я вырос на подобной музыке - на „Cream" и других группах, играющих в свободном стиле. Мы душевно поиграли, и дело было в шляпе. Первая джем-сессия с моим участием состоялась в Хенли-на-Ардене, что возле Бирмингема. Там был дом, в котором группа репе­тировала; там я и поселился».

Тони Мартин смеется: «Некоторое время мы сидели без ударника. Бобби позвонил нам и сказал: „Я - ваш новый барабанщик". Мы тогда подумали: вот выдержка у парня, так спокойно это говорить! Естественно, нам захотелось попробовать его в деле, и парень оказался чертовски хо­рош. Он играл с „Rainbow", и как ударник он выше всяческих похвал».

Как только группа - Мартин, Айомми, Батлер, Николе и Рондинелли - собралась в своем доме в Хенли, начались репетиции материала для нового альбома (выход которого и так уже затягивался на год из-за подготовки к объединению с Оззи). Ходили слухи, что Айомми и его команда начали ра­боту, ожидая, что они успеют закончить новый материал как раз к моменту запланированного окончания несостоявшегося турне с Оззи, но официально никто их не подтвердил. В любом случае, к лету 1993 года новые песни были готовы, хотя никто не мог придумать подходящего названия для альбома. В ре­зультате Гизер предложил назвать его «Cross Purposes» («Недоразумения»), с намеком на кресты, так долго бывшие частью имиджа группы (дословно название переводится как «Перекрестные мнения»).

Как вспоминает Рондинелли, часть новых песен сочинили еще до его прихода (который случился в феврале 1993-го), то есть группа начала репетировать еще зимой: «Некоторые песни с „Cross Purposes" были уже написаны, часть была еще в процессе создания, а остальные появились уже после мое­го прихода. Играть с ребятами было одно удовольствие, мы моментально сработались. Отлично получалось действовать в паре с Гизером. Он великий басист: мастер импровизации и настоящий музыкант. С Тони очень легко поладить, к тому же у него отличное чувство юмора. Я спрашивал его: „Тони, как мне лучше сыграть - вот так? А может, вот так?" А он отвечал: „Дело твое парень, оба варианта звучат отлично!" Гизер был посуше, потише, но он тоже очень веселый парень, когда до него достучишься. Отличный мужик! Тони Мартин тоже славный, мы с ним быстро подружились».

Айомми сочинял в свое удовольствие: «Я бы скорее от­резал язык, чем сказал это, но надо признать, что у меня ни­когда не было никаких проблем с риффами и прочим. Сейчас они даются мне даже легче, чем обычно. Не знаю, что проис­ходит… Думаю, что сочинил за свою жизнь несколько ужас­ных риффов… да что там, уверен, что сочинил. Дома у меня записаны тысячи риффов, которые никогда не войдут ни на один альбом. Я могу просто сидеть, бренчать по струнам и записывать результат, который потом будет всю жизнь пы­литься в коробках».

У Мартина, несмотря на всю его радость по поводу воз­вращения в «Sabbath», были некоторые сомнения в мате­риале, записанном во время второго пришествия Дио в груп­пу. Позже он так высказывался о «Dehumani2er»: «Я думаю, на том альбоме есть неплохие песни. В целом диск не вы­зывает у меня отторжения, чего не скажешь о его концепции. Мне кажется, выбор этой идеи был большим шагом назад. Но если рассматривать конкретные песни, ничего особо ужасно­го в них нет, хотя кое-что и звучит немного грубовато. На этом альбоме чувствуется, что музыканты сочиняли все вместе, но тем, как будет звучать вокал, они явно озаботились только в студии. Видимо, Ронни не особо напрягался на репетициях, поэтому никто не представлял себе, каким окажется итоговое звучание».

В этот раз запись прошла очень быстро, что подтвержда­ет и Гизер: «Мне нравится новый альбом, потому что мы се­рьезно подошли к его созданию. Весь процесс записи занял шесть недель. Хотя, конечно, если бы двадцать пять лет назад мне кто-нибудь сказал, что мы потратим целых шесть недель на запись альбома, я бы рассмеялся ему в лицо. Наша первая пластинка была готова за два дня. Если сегодня сказать звукорежиссеру, что собираешься закончить всю работу за два дня, он подумает, что ты говоришь только о процессе заправ­ки ленты в рекордер… Даже воду нам подносят не с такой скоростью!» 

Отмененные по вине Оззи шоу означали, что остаток 1993 года «Sabbath» может отдыхать от турне. В результате отдых затянулся до 12 февраля 1994 года, когда «Cross Purpo­ses» поступил в продажу. На обложке альбома был изобра­жен ангел с горящими крыльями - в принципе это можно трактовать как некий философский ход, особенно по срав­нению с ужасным оформлением «Dehumanizer». Если про­водить аналогии с «No More Tears», оформление которого означало для Оззи явное движение в сторону некоей утонченности, можно смело говорить, что здесь перед нами пред­стала повзрослевшая, не лишенная вкуса «Sabbath».

Так ли это? Сейчас попробуем выяснить. Трек номер один, «I Witness», оказался резвой, постепенно ускоряющейся ро­ковой мелодией - не такой тяжелой, как ностальгические боевики с «Dehumanizes, но все же значительно лучше уны­лого материала времен «Eternal Idol». Если говорить откро­венно, «I Witness» сочетает в себе элементы музыки с обоих упомянутых альбомов. Вокал Мартина не вызывает ни малей­ших нареканий, занимая место ровно посередине между раз­дражающими импровизациями некоторых ранних песен и несколько искусственным интонированием, которое привнес в «Sabbath» Дио. Затронутая в песне тема религии в дальней­шем раскрывается и в других композициях альбома. Как по­яснил Мартин, «„I Witness" написана под впечатлением от того, что я увидел по телевизору в передаче об амиши (Одна из христианских сект менонитского происхождения, осно­вана Якобом Амманом)… Они живут в полной изоляции, им совершенно не нужен осталь­ной мир. Свидетели Иеговы тоже немного странные».

Песня «Cross Of Thorns» звучит так, будто музыканты ре­шили обратиться к теме средневековья: «Мы все еще ждем, теряя терпенье, четыреста лет эту слушая ложь». Музыка обильно приправлена клавишами и взрывными ударными (Рондинелли в прекрасной форме). По словам Мартина, на самом деле песня скорее о политике: «„Cross Of Thorns" на­писана о ситуации в Северной Ирландии. Тамошняя моло­дежь настроена очень агрессивно. Я говорил с одним парнем о религии, и вот что он мне сказал: „Быть религиозным здесь - все равно что держать в руках крест, утыканный шипами" (название композиции переводится на русский как «Крест в шипах»). Я это запомнил и написал песню о гневе и разочаровании этих людей».

«Psychophobia» - тяжелая блюз-роковая вещь, работа, в которой Мартин поет в манере Стива Тайлера. Как сказал Мар­тин, идею этой песни он почерпнул в суровой реальности: «Песня „Psychophobia" написана о городке Вако, штат Техас. Само слово „психофобия" означает нетерпимость к душев­нобольным. Англичане говорят, что тот парень [Дэвид Ко­реш1] - полный, абсолютный псих. Он думал, что является вторым Мессией или кем-то вроде того. От таких людей, как этот парень, следует держаться подальше. Они то и дело по­являются в нашей жизни».

«Virtual Death» - очевидное возвращение к временам расцвета «Sabbath». В основе песни лежит леденящий душу басовый рифф (для большей четкости Гизер, по всей види­мости, использовал медиатор, изменив своей фирменной манере игры пальцами), который затем переходит в грязную, тягучую гитарную линию, подобную тем, что активно использовали дум-металлисты вроде «Cathedral». Многослойный, мелодичный вокал Мартина выведен чисто, в полном соот­ветствии с традициями звукозаписи, появившимися в девя­ностые. Одним словом - мечта продюсера. Изобилие неж­ных, атмосферных эффектов (песня завершается, погружаясь в легкий шелест, чуть усиленный эхом) делает «Virtual Death» лучшим творением «Sabbath» за последние годы.

«Immaculate Deception» просто очаровательна: нечасто слышишь столь удивительное сочетание медленных, сладко­звучных клавиш, звучащего им в унисон вокала и необычно тяжелого риффа. А если прибавить сюда несколько смен тем­па, становится ясно, что Айомми со товарищи возвращаются к написанию полупрогрессивных композиций, которыми «Sabbath» отличалась в первой половине семидесятых. «Dying For Love», с традиционными клавишными аранжировками и чистым, без овердрайва, риффом, кажется менее вырази­тельной, зато она позволяет слушателю немного передохнуть. Некоторая вычурность видна лишь в тексте: «Кто-то там, вда­леке, зажигает от солнца свечу» и так далее.

Слова «Back To Eden» весьма эклектичны - упомина­ния «звездных демонов» и прочей ерунды, - зато основной рифф достаточно энергичный и тяжелый, чтобы удовлетво­рить большую часть слушателей. Немного необычные аккор­ды переходят в одно из лучших традиционных соло Айомми: очевидно, у группы все еще полно идей. Депрессивная «The Hand That Rocks The Cradle» («Ты дал святую клятву - так жизни ты спасай, а не кради…») написана о трагедии, слу­чившейся в реальной жизни. Мартин поясняет: «Эта песня - об одном английском серийном убийце. Женщина, которая ра­ботала в больнице, убивала детей. Какое-то безумие. Между прочим, можно заметить, что во всех песнях мы рассказы­ваем о реальных событиях или проблемах современности. В этом их основное отличие от того, что я писал на предыду­щих альбомах. Там речь шла об исторических событиях. „Headless Cross", скажем, название старинной английской деревушки, в которой мне довелось пожить». Благодаря спо­койной, мягкой мелодике эту композицию можно смело назвать одной из лучших, нарочито легких композиций «Sabbath».

Песня «Cardinal Sin» не так проста, как можно подумать. Казалось бы, перед нами - классическая история об одер­жимости демонами, в духе, скажем, «Iron Man». Взять хотя бы тексты вроде «Как там твои сны? Тревожат ли они тебя ноча­ми?» - все просто и ясно. Но на самом деле эта композиция тоже основана на реальных событиях. Мартин: «„Cardinal Sin" на самом деле называлась „Sin Cardinal Sin", но при издании альбома название напечатали неправильно. Песня написа­на про католического священника из Ирландии, который со­вратил ребенка и скрывал этот факт двадцать один год. Когда ребенок вырос, он сбежал и обо всем рассказал. В результа­те этого священника отлучили от церкви». О религии вока­лист высказался так: «В ней слишком много двуличия. Говорят одно, а делают совсем другое. Именно религия несет ответственность за многие войны. Сложно относиться к религии с оптимизмом, но у меня все же есть определенные верования. Я не могу сказать, что полностью отвергаю ее принципы». Лю­бопытно, что в некоторых местах, особенно ближе к концу, песня очень напоминает «Kashmir» группы «Led Zeppelin». Этот факт даже вызвал недоумение у фанатов обеих групп.

Закрывает альбом композиция «Evil Eye», очередная вещь в духе классической «Sabbath»: ее доисторический рифф будто откопали в старых записях времен Астона. Единствен­ный штрих, который отличает ее от раннего творчества груп­пы, - это мелодичный вокал. Центральная тема песни - паранойя: за всеми нами наблюдает Око Зла (название песни - «Evil Eye» - можно перевести как «Око Зла»).

В целом «Evil Eye» стала прекрасным завершением альбома - мрачным и таинственным, пусть даже заканчивается она быстрее и не так угрожающе, как начинается.

«Cross Purposes» стала еще одним шагом наверх, шагом, который необходимо было сделать, чтобы логично завершить работу, проделанную «Sabbath» в предыдущие годы. Следую­щим шагом стало традиционно грандиозное турне, которо­му не помешали даже плохие продажи альбома, занявшего в чартах лишь 41-ю позицию. Раскупаемость билетов держа­лась на высоте, во многом благодаря невероятной по напря­женности атмосфере, которую группа создавала на своих концертах. На разогреве засветились «Motorhead» (любопыт­но, что лишь «Sabbath» и «Priest» играли металл дольше, чем команда Лемми) и, что удивительно, брутальная команда из Флориды «Morbid Angel», которая в то время находилась в авангарде нового жанра - коммерчески успешного дэт-метала.

Пригласив на разогрев именно эти команды, «Sabbath» и ее менеджеры показали, что им не чужда дальновидность. Оззи, например, маскировал свой не самый сильный голос и простейшие сценические движения за невероятными гита­ристами и целыми спектаклями, в которые превращались все его шоу. «Sabbath» поступила похожим образом: скрыла тот факт, что ее музыканты уже пережили пик своего творческо­го развития, отправившись в турне с группами, у которых тогда было намного больше поклонников, чем у нее самой. Цинично? Не сказал бы - в любом случае, при таком рас­кладе выигрывали все: «Motorhead» было необходимо по­казаться на публике (тогда группа переживала не лучшие времена), a «Morbid Angel», несмотря на весь ее напор и агрес­сию, было тесно в рамках дэт-металлической сцены, поэтому ей нужна была команда «высшей лиги», способная вытянуть ее на новый уровень популярности.

Разнообразие жанров, которым отличалось турне, смуща­ло: было немного странно наблюдать ураганные бластбиты и сатанинско-лавкрафтовские богохульства «Morbid Angel» (не говоря уже о рычащем вокале солиста группы Дэйва Винсента) рядом со старым добрым байкерским металлом Лемми и мелодичным, тонущем в клавишах шоу «Sabbath». Однако все шло как нельзя лучше. Как вспоминает Рондинелли, «группа шикарно звучала вживую. Мы записывали поч­ти каждое шоу, а затем слушали все это в автобусе во время переездов. Очень тяжелый, очень цельный материал. Мне не шибко нравится дэт-метал, но „Morbid Angel" была за­бавной. A „Motorhead" мне и сама по себе нравится. Турне было долгим, но совсем не утомительным. Мне оно очень по­нравилось».

Мартин позднее тепло отзывался о турне, припомнив как-то: «Ближе к концу одного из концертов я решил прыгнуть в партер и, оказавшись там, пошел вдоль сцены, пожимая всем руки, ну и так далее. Но на другом конце меня поджидал охранник - всем охранникам охранник, который не обращал внимания на шоу. Этот парень был просто огромен, и, когда я до него добрался, он схватил меня за шею и попытался вы­кинуть подальше от сцены! Хорошо, его остановил другой охранник, который наблюдал за концертом… Я забрался на сцену и продолжил».

В феврале турне охватило все Восточное побережье США и Канаду, а в марте, пройдя сквозь центральные штаты, пере­бралось на Западное побережье, один раз прервавшись ради нескольких концертов в Токио. В апреле состоялись британ­ские и европейские концерты, при поддержке известных дум-металлистов из «Cathedral», в чем-то переплюнувших даже основательницу дума, каковой «Sabbath» по праву может счи­таться. Пройдя через Германию и Восточную Европу, группа приблизилась к последнему шоу в этой части света, состо­явшемуся в Финляндии. Затем последовали три концерта в Бразилии (точнее - в Сан-Паулу).

На время этих трех шоу «Sabbath» заменила Рондинелли не кем-нибудь, а Биллом Уордом, который как раз спросил, не может ли он снова присоединиться к группе. По мнению Томми, Уорд оказался не таким бодрым, как его более юный, сильный и приспособленный к длительным переездам предшественник: «Мы пригласили его сыграть с нами три концерта в Бразилии, и он с радостью согласился. Для нас все это было немного не­привычно, ведь мы только что провели такое плотное турне. А потом три выступления пришлось давать с Биллом, под ко­торого еще нужно было подстраиваться. Здорово, что он смог приехать и сыграть, ведь мы не выступали вместе вот уже три­надцать лет». Айомми, конечно же, просто не учел пятнадца­тиминутное выступление на «Live Aid».

Сам Уорд смеется: «Меня заставила выступить злость. Все произошло из-за „Sabbath" - когда я говорю „Sabbath", я подразумеваю участников оригинального состава, которые собирались объединиться ради турне. Причем мы уже прак­тически подписали все необходимые документы. Но затем Оззи отказался ставить свою подпись. Я был очень, очень расстроен и разочарован. Я действительно надеялся, что мы сможем снова собраться и надрать всем задницы. А потом подвернулась эта возможность: оба Тони [Мартин и Айомми] получили возможность выступить в Южной Америке. Я уже долгое время не играл. Я знал кое-какие песни „Sabbath", но не знал материала, над которым работали Мартин и Тони. Так что пару песен я вообще не представлял как играть. Я при­ложил немало усилий, чтобы выучить их для того турне».

Билл добавил: «Я думаю, что у меня совсем не получилось сыграть их так, как это делал Кози… Я играю как Билл и не могу делать это как кто-то другой. К тому же возможность выступить подвернулась неожиданно. У меня не было вре­мени хорошо подготовиться к самому первому шоу, поэтому кое-где пришлось импровизировать. Я попытался выучить эти песни настолько, насколько мне позволила ситуация».

Эти шоу, где «Sabbath» выступала перед «Slayer» и хед-лайнером, группой «Kiss», имели бешеный успех - как, впро­чем, и большинство южноамериканских концертов, на которые приходит множество любителей металла, жаждущих запад­ной музыки. Как и можно было ожидать, Рондинелли был, мягко говоря, раздосадован тем, что его неожиданно замени­ли Уордом. Масла в огонь его недовольства добавил тот факт, что Айомми, как и в случае с Гленном Хьюзом, не стал лично сообщать ударнику плохие новости. Как поведал мне сам Бобби, «нет, мне не предоставили ни единой возможности все узнать из первых рук. Это было бы нормально. Но узнать о том, что ты больше не в „Sabbath", услышав no „MTV" о том, что в группу возвращается музыкант оригинального состава! „Что, правда? Прелестно!" За два дня до этого я разговаривал с Тони, и никто ни слова не сказал об этом… Мне просто решили не говорить о том, что случилось! Они никогда не отличались осо­бой болтливостью… Я несколько раз то уходил, то возвра­щался… Честно говоря, конкретные дни я не помню. Что бы там ни случилось, все произошло из-за того, что они не могли отказаться от этого предложения, и я это прекрасно пони­маю - но я до сих пор не могу понять, почему они не счита­ют нужным сообщать об этом людям. Я уже большой мальчик, скажи мне прямо, и я это переживу… Но вот что я хочу до­бавить: мне всегда везло в работе. Мне нравится Тони, и у меня не осталось к нему никакого негатива. Жизнь продолжает­ся. Я считаю, что „Cross Purposes" - это великий альбом. Мне нравилось быть членом группы и участвовать в записи этого альбома. В конце концов, нет музыки тяжелее, чем „ Black Sabbath"».

Как только турне стало набирать обороты, Мартин сообщил прессе: «„Cross Purposes" - это новый альбом „Black Sabbath", и он очень крут. Он звучит иначе. На протяжении всей своей истории „Black Sabbath" постоянно ставила эксперименты с различными музыкальными жанрами, звуком, ритмом и так далее. Еще со времен Оззи Тони вставлял в музыку классиче­ские гитарные интерлюдии, вплетал в оригинальное звучание группы все что угодно - от губной гармошки до оркестра. Сделать что-то необычное для „Sabbath" - в порядке вещей… К сожалению, мы не планируем играть во время гастролей некоторые наши старые номера, потому что хотим сосредото­читься на новом материале. К тому же мы решили подготовить кое-какие старые, времен Оззи, песни, которые до сих пор ни разу не исполнялись на концертах».

Состав с Мартином оказался самым плодовитым в истории «Sabbath», не считая, конечно, оригинальной четверки, чем вокалист заслуженно гордился. Он пояснил: «Один из момен­тов, с которыми мне приходится считаться, - это то, что „Black Sabbath" не зациклена на какой-то одной части своей истории, это группа, которая существует вот уже двадцать пять феноменальных лет. Оззи нет в группе целых пятнадцать лет, и это довольно долгий срок. За все это время к музыке „Sabbath" приложили руку очень многие люди. Без таких личностей, как Ронни Джеймс Дио, у нас не было бы альбомов вроде „Heaven And Hell". Без меня мир не увидел бы „Headless Cross* или „Туг". Каждому из этих периодов будет посвящена отдельная часть шоу: мы не станем концентрироваться на чем-то одном, а пройдем сквозь всю историю группы. Если кому-то интере­сен только материал времен Оззи, он может отправиться на концерт Оззи, если вы хотите услышать песни Дио - идите на его выступление. Но если вам интересна „Black Sabbath", готовьтесь услышать всю историю, а не отдельные ее части».

Кроме того, «IRS» наконец-то оказала «Sabbath» необхо­димую поддержку. Мартин: «Просто супер, что в Европе нам помогает „MTV": каждые полчаса в эфир выходят наши роли­ки. Кроме того, мы готовим видеоклип на „The Hand That Rocks The Cradle",,. „IRS" сейчас поддерживает нас намного энергичнее, чем во время выхода „Headless Cross" и Дуг". Если бы тогда они оказали нам такую же поддержку, как сей­час, группа смогла бы обойтись без Роини».

Как он сообщил журналисту издания «Psychedelic», неко­торые площадки не могли вместить всех желающих, особенно учитывая размер совокупной армии поклонников «Sabbath», «MotOrhead» и «Morbid Angel»: «Залы, где мы выступали, были слишком маленькими. Иногда нам банально не удавалось раз­местить на сцене оборудование всех трех групп. Барабанные установки „Motorhead" и „Morbid Angel" стояли буквально впритирку друг к другу, Передняя часть басового бараба­на чуть ли не выпирала за сцену. Ни для кого из музыкантов толком не оставалось места. Но, даже несмотря на все эти неудобства, обе группы играли невероятно. Публика была в полнейшем экстазе, люди прыгали со сцены в зал, устраивали слэм и все такое».

Сами участники «Sabbath» отлично ладили, Гизера вдох­новлял новый состав. Вот как он отозвался о Мартине: «Он великолепен! У парня никакого самомнения, он считает себя обычным человеком. Тони, в отличие от большинства музы­кантов, открыт для критики. Если кому-то что-то не нравится, он возьмет и переделает. К тому же всегда помогает с текста­ми. В моем возрасте меньше всего хочется работать с эгоцентриками. Он же дарит группе свежие идеи».

Айомми тоже наслаждался жизнью: после окончания тур­не он планировал поработать с компанией-изготовителем усилителей «Laney» и уважаемым производителем гитар Пат­риком Эгглом над серией авторизованного оборудования. «Я начал разработку собственных гитары и усилителя, - со­общил он. - Усилители будет делать английская компания „Laney", чье оборудование я использовал на самых первых альбомах. Компания была основана примерно в те же годы, что и наша группа, - четверть века назад. Мы одними из первых приобщились к их усилителям, используя их на га­стролях. Я подумал, что это отличная идея - объединиться с ними и создать для моих нужд современный усилитель. Все эти годы я работал с разными усилками и точно знаю, чего хочу. Так что мы с этими технарями объединили усилия и, думаю, сделаем отличный усилитель… Компания Патрика Эггла - совсем новая. Им около двух лет, но они производят очень неплохие инструменты. Я был впечатлен методами их работы и качеством результата. Так что я приехал в Лондон и мы начали работать над этой гитарой».

На вопрос о том, как продвигается турне «Cross Purposes», Айомми, подумав, ответил: «Нам все еще есть чему поучить­ся… Некоторые крупные площадки… выступать там стано­вится труднее, потому что половины людей, для которых игра­ешь, не видно. Первые два клуба вмещали в себя примерно по полторы-две тысячи человек, зато там было очень уютно и удобно. Сегодня, в нашем возрасте, глупо себя обманывать. Мы уже не тянем шоу на двадцать тысяч человек. Лишь немногие могут позволить себе стадионные шоу. Мне очень нравится выступать перед публикой. Не важно, три там тыся­чи человек или все двадцать, лишь бы не три тысячи в двад­цатитысячном зале. В этом случае все выглядит просто ужас­но. А когда выступаешь перед аудиторией в три тысячи, атмо­сфера просто супер. Даже можно общаться со зрителями, черт побери!»

О планах на будущее Тони сказал: «В Европе мы сверх-популярны. Следующую пару месяцев я буду стопроцентно занят. А потом - кто знает? Возможно, летом мы вернемся, чтобы дать несколько концертов или записать альбом. На­верняка ничего не известно».

Билл Уорд во время своего краткого воссоединения с «Sab­bath» заверил, что шоу ему понравились: «Я все еще изучаю новые песни. Чувствую себя новичком, хоть и играю на ба­рабанах со школы. Но то было тогда, а сейчас - совсем дру­гое дело. Чувствую себя прекрасно, а играю намного лучше, чем ожидал». О новых песнях Билл высказался так: «Это от­личный рок-н-ролл. Думаю, что песни действительно стоя­щие. Я уже долгое время не участвовал в сочинении новой музыки, так что не судите строго: есть песни, которые мне пришлись по душе, а есть такие, которые совсем не понра­вились, но, думаю, не из-за того, что они так уж плохи. Просто они не захватили меня, может, из-за того, что я над ними не работал. Иногда я думаю, что прошло целых десять лет, и будет здорово посмотреть, чем все обернется дальше».

Кроме того, на вопрос, хочет ли он снова сочинять музыку с «Sabbath», Уорд достаточно ясно дал понять, что новый ма­териал не за горами: «Да, я бы хотел снова участвовать в создании песен. После этих шоу в Буэнос-Айресе у нас будет почти месяц, и, думаю, мы начнем записывать материал для нового альбома». На октябрь 1994 года был запланирован выход альбома-трибьюта «Black Sabbath», состоящего из каверов на песни группы, записанных другими музыкантами. В записи альбо­ма «Nativity In Black», который должна была выпустить ком­пания «Sony», приняли участие такие группы, как «Biohazard», «Sepultura», «Faith No More» (с их фирменной «War Pigs»), «White Zombie» и другие металл-проекты середины девяно­стых. Уорд раскрыл небольшой секрет: оказывается, он сам поучаствовал в создании альбома: «Там где-то десять-двена-дцать групп, включая нас с Тони, Гизером и Робом Халфордом. Мы исполнили „The Wizard", выступив под именем „Bullring Brummies"». Он оптимистично добавил: «Волшебство наконец возвращается, но это должно занять некоторое время. Мы очень давно знаем друг друга, но я чувствую, что заново учусь понимать ребят: они так повзрослели, так сильно изменились. Я очень надеюсь снова прийти к гармонии с самим собой и даже спрашиваю себя каждый вечер перед сном, все ли в порядке. Каждый раз я отвечаю себе - да, и это значит, что все идет как надо. Я никуда не тороплюсь - уж лучше сде­лаю паузу и посмотрю, что у меня получается, а что - нет. Это настоящее приключение!»

Айомми о трибьюте высказался так: «Я очень польщен, что все эти группы приняли участие в посвящении „Sabbath", продемонстрировав, что мы оказали определенное влияние на их творчество. Это прекрасно, я чувствую, что это настоя­щий успех, потому что давным-давно, когда группе было око­ло двух лет, мы давали интервью различным английским из­даниям, и нам все время задавали вопросы типа: „Что вы думаете о будущем? Похоже, скоро вы развалитесь!" Они пы­тались поставить на нас крест всего через два года после того, как мы собрались вместе! А теперь прошло уже двадцать безумных лет. Может, из-за того, что… ну, мне трудно назвать причину того, почему мы до сих пор на плаву, я ведь всего лишь гитарист. Я просто работаю и получаю удовольствие от того, чем занимаюсь, ну и верю в то, что делаю. Когда речь идет о твоем детище, очень трудно что-либо объективно оце­нивать. Лучше всего спросить у фанатов. В любом случае, все просто прекрасно, и я очень доволен. События вроде этого трибьюта придают нам сил. Я получаю почту от поклонников, кое-что читаю, и это правда здорово - знать, что пишут все эти люди, эти дети. Им по-настоящему нравится то, что мы делаем. Они пишут: „Без вас жизнь была бы скучной…", ну и все в таком духе. Просто потрясающе».

Однако подобный оптимизм кажется очень странным в свете последовавших событий: в сентябре Гизер и Билл сно­ва покинули группу.

В случае Уорда все было понятно - он по-прежнему не представлял себе «Sabbath» без Оззи. Забавно, но он сразу понял, что шоу в Сан-Паулу были не такими прекрасными, как он ожидал: «Когда я выступал на тех концертах, то, несмотря на всю мою любовь к Тони Мартину, который, в общем-то, отличный парень, снова вернулось все то же самое чувство. Я был на сцене, а вокалистом был не Оззи. И снова, как тогда, в восемьдесят четвертом, с Дэйвом Донато, я почувствовал, что я так больше не могу. [Южноамериканские шоу] были одноразовым событием. Я не сожалею о том, что сделал, по­тому что я кое-что понял о себе и в целом это был отличный опыт. Мне нужно было увидеть все эти ужасы Южной Амери­ки, эту невероятную нищету…»

Все еще под влиянием борьбы с пагубными привычками, Уорд со своей традиционной склонностью к самоанализу по­грузился в размышления: «Знаешь, хорошенько поразмыслив, я пришел к выводу, что вполне мог тогда поступить по-другому. Я мог бы остаться верным своим принципам. Но все же (и я очень рад, что это именно так) я так и не присоеди­нился к Тони или Гизеру без Оззи. У меня были принципы. и я придерживался их очень долгое время. Возможно, имен­но поэтому многие так долго меня не видели и ничего обо мне не слышали. Еще в восемьдесят четвертом я принял твердое решение никогда не играть в „Black Sabbath", если не будет оригинального состава. И долгое время я держал данное самому себе слово. Во многом все это было связано именно с Оззи. Я чувствовал некоторую зависимость от него, и един­ственно верным способом сохранить наши отношения было решение никогда не пытаться играть без него в „Sabbath". Вот как я все это вижу».

Но, по его словам, в этот раз все было по-другому. Оззи сам сделал шаг к долгожданному воссоединению: «Когда на­конец у нас появилась возможность воссоединиться и Оззи не пожелал этого делать, пару месяцев мне казалось, что, уж если Оззи сам от этого отказался, значит, все нормально и я могу с чистой совестью попробовать выступить с другим вокалистом. Теперь я вижу, что по некоторым причинам это решение было ошибочным. Я преступил свои принципы. За эти десять лет [с 1984 по 1994 год] я очень часто скучал по выступлениям вместе с Тони и Гизом. И разумеется, с Оззи. Много раз я был готов поднять трубку, набрать номер и сказать: „Я бы с радостью вернулся, чтобы играть с вами". Я скучал по ним - ужасно, невероятно скучал. Но я старался жить пра­вильно. Я очень плохо поступал, когда пил, и теперь хотел жить по-другому, правильно».

Что касается Гизера, по поводу его ухода из «Sabbath» в момент, когда музыканты почти вернули себе утраченные в восьмидесятые позиции (взять хотя бы трибьют), ходило множество предположений. В июле следующего года Айомми сказал следующее: «Ну, была пара вещей, которыми я был недоволен. У меня были некоторые разногласия с женой Гизе­ра [Глорией], ну, вы понимаете, чем обычно все это заканчи­вается». Однако сам Гизер утверждает, что ушел, потому что хотел начать собственный проект: «В какой-то момент я осознал, как мне трудно работать с остальными участниками „Sabbath". Меня больше не устраивала музыка, которую они создавали, потому что она шла в сторону, далекую от моих предпочтений. Я решил, что сейчас самое время уйти из „Sabbath" и сосредоточиться на собственном творчестве… Пре­бывание в группе давило на меня тяжким грузом, потому что эта версия группы была бесконечно далека от оригинальной задумки. Вот одна из причин моего ухода - нежелание оста­ваться живой легендой. Мое решение позволило мне оставить это в прошлом. Появилась свобода делать то, что захочу, вме­сто того чтобы жить под гнетом „Paranoid", „Iron Man" и „War Pigs". Теперь мне не приходится все время сравнивать. Просто мое нынешнее творчество совершенно не связано с изначаль­ной концепцией „Black Sabbath"».

На место старожилов пожаловали - сюрприз, сюр­приз! - не кто иные, как Нил Мюррей и Кози Пауэлл, вер­нувшиеся в строй, получив персональные приглашения от Айомми. Пауэлл сказал одному журналисту: «Мне приходит­ся признать, что я очень уважаю Айомми, и тот факт, что он сам попросил меня о возвращении в группу, очень мне по­льстил. Он сказал, что ему нравится моя игра и что я снова могу кое-что сделать для „Sabbath". Во всех моих конфлик­тах с группой не было ничего личного. То же самое и с Ни­лом. Много лет мы с ним работали в паре, и наше звучание снова понадобилось „Sabbath". Именно в этом составе мы записали лучшие за последние годы альбомы. Если спросить Тони, думаю, он подтвердит, что остался не очень доволен альбомами „Dehumanizer" и „Cross Purposes"».

Пауэлл очень пафосно отозвался об индустрии, которая за последние годы принесла ему столько неприятностей: «Музыкальный бизнес - большая помойная яма. Немногим молодым группам удается получить контракт с рекорд-компаниями. В прежние годы они договаривались с гораздо большим количеством групп, но теперь они инвестируют только в тех, кто может принести им реальную прибыль. Сегодня большинство молодых команд - штамповка, изго­товленная рекорд-лейблами. Музыкантов собирают в студии, и при помощи чертовой кучи оборудования и дорогостоящих продюсеров они записывают хит. Сегодня меня цепляют очень немногие песни, - возможно, это просто возраст».

Однако Кози добавил: «Здорово видеть, что так много мо­лодых команд черпают вдохновение в творчестве „Black Sabbath". В период расцвета гранджа песни в духе ранних семидесятых можно было по пальцам пересчитать. Честно говоря, нас удивили неожиданно успешные продажи в США трибьюта „Nativity In Black". Последние десять лет почти ни­кто не интересовался группой, а тут мы вдруг снова просну­лись знаменитыми. Особенно удивил положительный настрой прессы. Несмотря на всю мою критику, я не могу не отметить, что горжусь статусом члена этой группы».

Вот так за 1992 и 1993 годы «Black Sabbath» совершила огромный скачок к полноценному воссоединению с Оззи, по­терпела неудачу, записала крепкий альбом и провела в его поддержку внушительное турне, несколько раз перетряхнула состав и в конце концов вернулась туда, откуда начинала. Пройдет ли для них остаток девяностых под девизом «вос­соединение и переоценка творчества»?