КалейдоскопЪ

1995

Довольная выступлениями в составе Мартин - Айомми - Батлер - Николе - Рондинелли, в марте 1995 года «Sabbath» выпустила комплект, состоящий из компакт-диска и видео­кассеты, объединенных под общим названием «Cross Purposes Live». Среди прочих материалов в коллекцию, по поводу ко­торой сразу же разгорелись споры на тему, считать ли ее офи­циальным альбомом или нет (первую точку зрения косвенно подтвердил факт переиздания коллекции на DVD), вошли не­сколько песен, записанных в декабре 1994-го в зале «Hammersmith». В тот вечер Мартин был простужен, но его голос все равно звучит невероятно. По правде говоря, то вы­ступление можно назвать бенефисом Мартина. Отдельно сто­ит отметить его активный диалог с публикой. Сет-лист - «Time Machine», «Children Of The Grave», «I Witness», «Mob Rules», «Into The Void», «Anno Mundi», «Black Sabbath», «Neon Knights», «Psychophobia», «The Wizard», «Cross Of Thorns», «Symptom Of The Universe», «Headless Cross», «Paranoid», «Iron Man» и «Sabbath Bloody Sabbath» - был явно (а кто-то может сказать, что даже чрезмерно) ориентирован на представление новой программы. С другой стороны, группа нашла чем порадовать как поклонников старого творчества, так и тех, кто присоединился к армии ее фанатов в эпоху Дио и Мартина. Вскоре (если точнее - 17 июня 1995 года) вышел и пол­ноценный альбом «Sabbath», который назывался «Forbidden». На этом этапе каждый новый релиз группы неизменно стано­вился решительным шагом: в этот раз, на фоне новорожден­ного ню-метала, в авангарде которого стояли группа «Кот» и ее последователи, металл старой школы выглядел несколь­ко натужно.

Вспоминая то время, нужно отметить один любопытный момент: казалось, что «Sabbath» и ее менеджмент в каждом изменении на метал-сцене видели для себя возможность за­воевать любовь нового поколения фанатов, вследствие чего группа старалась черпать вдохновение из более и более не­обычных источников. Ню-метал движение, сделавшее себе имя на включении в музыку наряду со стандартными металличе­скими риффами элементов хип-хопа и фанка, не только пере­тягивало на свою сторону поклонников традиционного метал­ла, но и вышло за его границы. В свою очередь, поклонники металла стали боле открытыми по отношению к неметалличе­ской музыке. Одним из признаков всех этих веяний стало появление в Лос-Анджелесе группы под названием «Body Count», которую возглавил харизматичный рэппер, актер и медиа-персонаж Айс-Ти (настоящее имя - Трэйси Мэрроу). Смешав традиционный металл и хардкоровый панк с элементами трэша, Айс-Ти и его группа (целиком состоящая из чернокожих музы­кантов, что для металла, мягко говоря, необычно) быстро при­обрели определенную популярность. Во многом этому по­способствовала одна из их песен, «Сор Killer», которая вошла в дебютный их альбом «Body Count» 1992 года.

В то время в Америке оживленно муссировалась тема полицейской жесто­кости, особенно в этнических сообществах, - внимание прес­сы было сосредоточено на двух районах Лос-Анджелеса, Комптоне и Южном Централе. В результате песня стала гимном широко распространенных в этом и других городах анти­полицейских группировок. На этой волне Айс-Ти и его группа оказались в центре внимания. Любопытно, что главным ак­ционером «Warner Brothers», с которой у группы был заключен контракт, был не кто иной, как знаменитый актер Чарльтон Хестон. Он только подлил масла в огонь, подвергнув песню «Сор Killer» долгой и обстоятельной критике. Айомми и менеджеры «Sabbath» попросили гитариста и продюсера «Body Count» Эрни Си (который написал песню «Сор Killer», а также выступил звукооператором на демо-записях таких значимых групп, как «Rage Against The Machine» и «Stone Temple Pilots») поработать с «Sabbath» над новым альбомом. Он, будучи давним поклонником «Sabbath», со­гласился и незамедлительно вылетел в Британию, чтобы при­ступить к работе.

После Айомми сказал: «[Однажды] я встретил Эрни в отеле, и мы поговорили о музыке. Он и его группа оказались ярыми фанатами „Sabbath". А потом, когда пришло время вы­бирать продюсера для нового альбома, кто-то предложил Эрни Си, сказав, что тот обязательно заинтересуется. Чем дольше мы об этом думали, тем больше нам нравилась эта идея. Изначально мы собирались сделать с ним всего четыре-пять треков».

Эти несколько песен (на одной из них, «Illusion Of Power», впервые в истории «Sabbath» выступил приглашенный во­калист, которым стал Айс-Ти) получились такими удачными, что Эрни остался записывать весь альбом. Снова Айомми: «Он буквально зарядил нас энергией для записи нового альбома. Эрни просто лучился энтузиазмом. И конечно же, он очень помог нам не потакать своим желаниям. Нет, мы всегда очень довольны результатом, просто он не давал нам перебарщивать и тратить больше времени, чем по-настоящему необходимо… Было немного непривычно, потому что обычно это я подгоняю [продюсеров]. Я выбираю каждого, кто будет работать над альбомом, - звукооператоров, инженеров - по результатам нескольких собеседований. А здесь вышел один из немногих случаев, когда мы действовали наобум, но все удалось как нельзя лучше. Мы только подключили аппаратуру, как все уже было готово. Все сделали в момент. В студии мы находились десять дней, а непосредственно процесс записи занял восемь дней. Оставшиеся два дня ушли на всякую ерунду». Мартин согласился, что диск, записанный быстрее, чем лю­бой другой альбом «Sabbath» после семидесятых, по задумке должен звучать органично, но без излишеств: «Моей задачей было соответствовать той сырой мощи, которую ребята пере­дали в музыке. Если бы я увлекся гармониями, ничего бы не вышло. И в этот раз я решил испробовать совершенно иной подход к сочинению текстов: я не стал ничего записывать на бумагу, слова шли прямо из моего сердца, из глубины души. Мы подключили микрофоны, и я запел. Все было исполнено именно так, как можно услышать на пластинке. Первый раз тексты были напечатаны только в буклете готового альбома. Для этого я прослушивал кассеты с записью, чтобы разобрать конкретные слова… В этом и есть вся соль: еще до начала записи мы знали, что хотим вернуться к корням. Это значило, что мы просто включим аппаратуру и сыграем. А чтобы все получилось спонтанно, я решил ничего не готовить заранее, а специально выбрал единственно возможный вариант доба­вить в музыку больше импровизации - просто спеть. Так я и поступил. В тот момент, когда подключили микрофон, у меня в руках не было никакой бумажки с текстом».

Выражая свое мнение о «Body Count» (во всех смыслах уступающей «Sabbath», несмотря на растущую популярность рэпперов), Айомми был, как всегда, осторожен: «Я не скажу, что слышал много их музыки, нет. Я их послушал, только ког­да было решено, что они примут участие в записи нашего альбома. Не то чтобы я был в экстазе от их творчества, но да, у них есть несколько неплохих вещей». На самом деле это всего лишь его обычная вежливость: «Body Count» считалась в лучшем случае посредственной командой, а многие ее пес­ни («ККК Bitch», «Evil Dick», «Momma's Gotta Die Tonight») - слишком легкомысленными. Айс-Ти утверждал, что группа была всего лишь отдушиной, способом воплощения его рок-фантазий. Как он сообщил мне в 2006-м, «думаю, каждый хотел бы стать участником рок-группы. Даже исполняя дикий хип-хоп, по сути - всего лишь альтернативу року, нельзя оторваться по полной и позволить себе любые безумства». При таком подходе было понятно, что «Body Count» долго не удержится на пике успеха, особенно если учесть, что музыка группы никогда не была достаточно тяжелой и не блистала особенной техничностью. Так и случилось, и карьера Айс-Ти перешла из разряда головокружительных в категорию весьма успешных.

Вернемся к «Sabbath». Новый материал звучал сыро, но в то же время очень прогрессивно: Айомми и остальные опти­мистично смотрели на будущее группы, возлагая особые на­дежды на мощную ритм-секцию Пауэлла/Мюррея. Айомми: «Мы все очень довольны [новой программой]: не можем до­ждаться начала турне. Обожаю это чувство! Самый правиль­ный настрой перед началом гастролей. Если выходить на сцену с мыслями о том, как же тебе не хочется этого делать, ничего хорошего и впрямь не выйдет. В прошлом у нас уже так бывало, кое-кто не хотел выступать. Если же ты любишь свою музыку и настроен подарить публике бесподобное шоу, лучшего и пожелать нельзя».

Об ушедшем Гизере Батлере гитарист сказал следующее: «Очевидно, был какой-то барьер, который нас разделил, но зато теперь мы свободны. Сейчас каждый из нас с нетерпе­нием ждет турне, потому что больше никто не говорит: „Я не буду этого делать", „Нет уж, я не желаю там выступать" или „Я так путешествовать не согласен". У нас не было ни одной серьезной проблемы, а ведь раньше они то и дело возникали. Дела у нас идут прекрасно, и это хорошо уже само по себе… Я всегда верил в то, что мы делаем. Я единственный проси­живал в студии ночи напролет и все выходные, когда другие уже сидели по домам или где-то развлекались. Поэтому я воспринимаю все, что сейчас происходит, как должное, ведь я всегда посвящал музыке большую часть своей жизни, с са­мых первых дней». При взгляде на новый альбом многие поклонники встре­вожились: для начала им не понравилось «забавное» оформ­ление обложки. На лицевой стороне буклета была изобра­жена Смерть (в такой же отталкивающей инкарнации, как и на обложке вышедшего парой лет раньше «Dehumanizer»). Смерть сидела на кладбище, полном восстающих из могил мертвецов, среди которых можно было видеть карикатурно нарисованных участников группы и просто каких-то байке­ров. Айомми стойко защищал оформление, так объяснив его необходимость: «Это именно то, чего мы хотели. Нам надое­ло, что люди ассоциируют „Sabbath" только с мраком и сме­ртью. Я просто хотел, чтобы люди почувствовали обратную сторону всего этого. Когда я увидел эскизы… я подумал: „Отлично, это подходит, как раз то, чего мы хотели"».

Однако открывающая песня, «Illusion Of Power», была очень достойная - тяжелый, насыщенный риффами боевик, с от­менным жутким вокалом и дьявольским смехом. Плюс Айс-Ти на подпевках, со своим фирменным не то пением, не то ре­читативом: «Ты пойман в паутину собственной неадекватно­сти и жалкого бессилия!» - с нехарактерным для него крас­норечием поет он. Заканчивается песня, погружаясь в облако демонических бормотаний и гитарных шумов. Айс-Ти так ото­звался об этой композиции: «Музыканты „Sabbath" восхища­лись моим проектом „Body Count" - они слышали отголоски своей музыки в наших песнях, вроде „There Goes The Neighbor­hood", поэтому они позвали Эрни и записали с ним „Illusion Of Power"». Работа с Айомми и остальными наложила на Айс-Ти свой отпечаток: «Когда они вошли в помещение, где я сидел, я подумал: „Обалдеть, как же мне повезло работать с такими крутыми людьми!"»

«Get A Grip» не настолько впечатляющая, вполне типичная для «Sabbath» вещица: ее обычный рифф, со сменой в сере­дине песни, все уже сто раз слышали на предыдущих альбо­мах, начиная с ранних семидесятых. Несмотря на критику, работа Эрни Си прекрасно подходит как для этого, так и для остальных треков: особое внимание, которое он уделил басу Мюррея, и отшлифованный звук ударных идут песне только на пользу. «Can't Get Close Enough» на порядок лучше: здесь «Sabbath» использует свой проверенный трюк: чередование тихих зловещих проигрышей с громкими и энергичными ча­стями. Созданное этим чередованием напряжение только усиливается вокалом Мартина, поющего о разочаровании и отчуждении.

Основным недостатком «Shaking Off The Chains» является обилие раздражающих моментов, когда вокал и гитара выво­дят мелодию в унисон. Они лишены всякого смысла и портят в остальном адекватную песню. «Я стряхиваю цепи, устав от этой боли», - рычит Мартин, в то время как гитара взрыва­ется вихрем сложнейших пассажей.

Следом идет вполне ожидаемая баллада - «I Won't Cry For You», которая начинается с уже традиционного интро: акустическая гитара плюс клавиши. «Ты будто тонешь в сво­их слезах», - печалится Мартин незадолго до вступления мощной волны гитар. Учитывая то, что запись заняла всего восемь дней, многослойную гитару можно считать значитель­ным достижением. Песня неплоха, но она практически ничем не отличается от любой баллады, которую можно найти в твор­честве «Sabbath» начиная с эпохи Оззи.

Аккорды «Guilty As Hell» напоминают слушателю о той угрожающей, но мелодичной музыке, которую группа играла на ранних этапах своего творческого пути, но в остальном она ничем не примечательна. Так же невыразительна и «Sick And Tired», чересчур слащавая баллада, слишком зацикленная на соло Айомми и назойливых, плотных ударных Кози Пауэлла.

Мелодия «Rusty Angels» гораздо более веселая - песня начинается в духе этакого поп-рока для мачо. Но виртуозная ритм-гитара Айомми вкупе с нисходящим припевом (Мартин томно выводит строки вроде «Дряхлый ангел не может летать») делает ее гораздо более интересной, чем две предыдущие. В самой «Forbidden» Мартин задается вопросом: «Какого черта я должен нравиться всем?» - хороший вопрос, ведь многие критики буквально разгромили альбом в пух и прах, в то время как остальные встретили его вполне добродушно. Мелодия здесь вполне достойная, но - и вот уже в который раз приходится с сожалением это констатировать - ничего, что принципиально отличалось бы от столь многих средне-темповых песен «Sabbath», тут нет. К счастью для слушателей, этого нельзя сказать про финальный аккорд Айомми - «Kiss Of Death». Эта эпичная композиция с сочными медленными риффами раз и навсегда доказывает, что Тони стал величай­шим виртуозом.

Итак, отзвучали последние росчерки слившихся в единый хор гитар, альбом завершился под тиканье гигантских часов… оставив слушателя в полном смятении чувств. Вроде бы Эрни Си проделал серьезную, даже выдающуюся работу, большин­ство композиций сточки зрения качества не вызывают ника­ких претензий - но чувствуется, что явно не хватает изюмин­ки, которая сделала бы пластинку яркой и запоминающейся. Это подтвердили и продажи: в Британии альбом занял только 71-е место - худший результат в истории «Sabbath».

Айомми, которого теперь смело можно было называть ма­стером необоснованного оптимизма, высказался так: «Я на­деюсь, что альбом будет тепло принят, и верю, что людям он понравится. Я не скажу, в чем его плюсы и минусы, я в это во­обще никогда не лезу. Я просто продолжаю делать свою ра­боту. Если бы я начал следовать трендам, это было бы равно­сильно самоубийству. Мне просто нравится выходить на сце­ну и получать кайф от игры. Честно говоря, в последние пару лет я получаю от этого гораздо больше кайфа, чем когда-либо раньше. В частности, прямо сейчас, с новым составом. У нас нет никаких проблем, и это здорово. Никаких трений и разбо­рок… Когда берешь в группу человека, который чем-то не­доволен, с ним невозможно рассчитывать на хорошее турне». Он добавил: «Чтобы делать карьеру в музыке, нужно все время придумывать что-то новое и, конечно же, важно ве­рить в свое дело. Я всегда верил в то, чем занимаюсь. „Black Sabbath" существует вот уже двадцать семь лет или около того, и все эти годы я считал выпуск альбомов основной целью груп­пы. До этого главной целью были выступления хоть где-нибудь, потом - концерт в Лондоне, а затем - концерт в США».

Кое-что Айомми рассказал и о том, как он справляется с ужасами гастрольной жизни: «Я уже многие годы живу в до­роге, но до сих пор считаю, что к такой жизни не так уж и просто приспособиться. Потому что, живя на одном месте, делаешь все по-другому: не приходится жить совсем без ве­щей, которые потерялись где-то в пути, тесниться в автобусах или самолетах… Иногда жизнь в дороге помогает мне со­браться, ведь я попадаю в определенный рутинный режим, существовать в котором у меня получается очень хорошо». Осложняет ли любовь к рутинным действиям его взаимоот­ношения с другими людьми? «Нет, просто так складывается жизнь, - отвечает он. - Посмотри на Ронни: у него уже долгое время есть своя группа. Мы с ним пошли каждый сво­ей дорогой, то же и с Оззи, и многими другими, кто создал свои группы. Когда они пытаются вернуться [в „Sabbath"], у них не получается работать в команде. Если ты член группы, нуж­но уметь работать сообща. Нельзя, чтобы кто-то один говорил: „Я хочу, чтобы все было именно так, и никак иначе!", потому что это не работает».

По поводу выходящего альбома участники высказыва­лись со всем оптимизмом, на который они были способны. Например, Мартин сказал следующее: «Я могу лишь надеять­ся, что [поклонники] воспримут его как шаг в будущее, на­чало новой эры. После двух неудачных попыток вернуть про­шлое - с Дио, а затем с Оззи - нужно уже перестать огляды­ваться назад и посмотреть в будущее. Единственное движение, которое принесет группе успех, - движение вперед. Именно к этому нам нужно приложить все усилия.

С момента ухода Оззи ушло уже много времени, а мы все еще исполняем песни того периода. Но я думаю, что время не стоит на месте и наш альбом достаточно хорош для того, чтобы не забивать концер­ты таким количеством старых вещей».

Айомми: «Я хотел, чтобы в альбоме было больше живых чувств, хотел передать эту атмосферу - пришел в студию, подключил оборудование, начал играть - и все. Вместо того чтобы три дня записывать ударные, потом три дня - гитару и так далее, я хотел просто прийти и сыграть… К тому же альбом получился не таким тяжелым, как я опасался». Крити­ки не упустили возможности пройтись по этой затее, и, как ясно из слов Тони, он запомнил их комментарии: «Однажды эти критики станут старше. Но станет ли их кто-нибудь осуж­дать, если они все еще будут писать хорошо? Мне нравится заниматься музыкой. Я получаю искреннее удовольствие от того, что делаю. Если бы я хотел всего лишь заработать по­больше денег, альбом вышел бы другим. И даже тогда его не стоило бы осуждать. Я люблю свою работу, поэтому и считаю, что осуждать кого-то - неправильно. Каждому найдется место по вкусу. „Black Sabbath" всегда была моей жизнью. Я в груп­пе с самого начала и всегда в нее верил. В противном случае я бы не стал этим заниматься. Мои чувства все те же, что и в самом начале».

Он прибавил: «Люди спрашивают: „Неужели ты до сих пор не устал играть «Iron Man», «Black Sabbath» и «Paranoid»?" Отвечаю: совсем нет. Возможно, у меня просто короткая па­мять, но мне все это еще не надоело. От большинства [старых песен] я по мере возможности стараюсь отказываться. Но в последнее время я полюбил их сильнее, чем прежде, и мне это нравится».

Потом группа отправилась в турне: музыканты заплани­ровали огромное количество концертов, обеспечив себя ра­ботой до конца года. В июне 1995-го группа посетила Данию и Швецию, а потом отправилась в США (в июле на разогре­ве у них снова выступила «Motorhead», а также прогрессив-дэт-металлическая группа «Tiamat»). Промчавшись по Штатам и Канаде, музыканты повернули обратно, и 3 августа дали концерт в Калифорнии. В это же время Айомми совсем заму­чил кистевой туннельный синдром, поэтому он вернулся в Британию, где перенес небольшую операцию. Дальше - больше: когда гастроли по США подошли к концу, группу ре­шил покинуть Кози Пауэлл. В качестве причины своего ре­шения он назвал усталость от постоянной жизни в дороге. Заменил его Бобби Рондинелли, на удивление легко согла­сившийся вернуться - ведь прошел всего год с того момен­та, как его заменили Биллом Уордом.

В новом составе «Sabbath» начала свое турне по Европе, сосредоточившись на ее центральной части: Германии, Польше, Венгрии, Италии, Швейцарии и Австрии. Затем последовали продолжавшиеся до декабря концерты в Скандинавии, Ве­ликобритании и на Дальнем Востоке, а на конец года у музы­кантов был запланирован отдых. Любопытно проследить, как со временем поменялось мнение участников группы о «Forbid­den», - скажем, покинувший коллектив Кози был им не то чтобы доволен: «Конечно же, у Эрни Си свой взгляд на музы­ку „Sabbath". Он привык к совсем другому стилю, но нам пред­ложили именно его кандидатуру. Мы записали несколько песен, и дело пошло. Он музыкант, большой фанат „Sabbath", за это его и наняли. В студии он выкладывался по полной, потому что хотел доказать, что выбрали его не зря. И все-таки диск звучит слишком похоже на альбом самого Эрни, поэтому я и не соглашался с его решениями. Музыка, конечно, принад­лежит „Black Sabbath", но в записи все звучит слишком грубо. Справедливости ради скажу, что он не всегда делал все по-своему. К счастью, у четырех опытных музыкантов было пра­во голоса».

На вопрос, что ему особенно не понравилось в альбо­ме, Пауэлл сказал: «Думаю, что восприятие сильно меняется из-за ударных: они звучат не так, как обычно. Эрни гитарист и знает все о звучании гитар, но не уверен, что он разбирает­ся в ударных. Я бы никогда не выбрал такой звук… часто он просто не понимал, чего я хочу добиться. На „Headless Cross" я был гораздо больше вовлечен в процесс записи, чем на той пластинке. Я решил вернуться в группу, а рекорд-компания приняла решение нанять именно этого человека в качестве звукооператора: эти два события я считаю шагом назад в моей карьере. Даже Тони не был сильно вовлечен в процесс запи­си, потому что менеджеры лейбла решили, что он не сможет объективно оценить свою работу. Всю подготовительную ра­боту мы сделали сами, и на демо-записях мои барабаны зву­чали как нужно. Я готовился к тому, что придет кто-то со своими мыслями по поводу записи, но, когда дело касается особенностей звучания твоего инструмента, очень сложно стоять в стороне. Иногда изменения бывают к лучшему, но, если бы я был продюсером „Forbidden", он бы звучал совсем по-другому. Может, и это решение было к лучшему, кто знает? Время покажет».

К несчастью, вскоре Пауэллу, у которого в то время были вполне конкретные планы на будущее («Теперь я свободен и, возможно, соберу новую группу вместе с Нилом Мюрреем, Тленном Типтоном и Джоном Уэстом»), было суждено погиб­нуть. Три года спустя, 5 апреля 1998 года, на шоссе М4 непо­далеку от Бристоля, он попал в аварию. Британские поклонники рок-музыки были в шоке, а рок-музыке столь ранняя смерть одного из всемирно известных английских ударников нанесла непоправимый ущерб.

Вот так завершился для «Sabbath» 1995 год.

Тем временем двое из трех ушедших музыкантов ориги­нального состава группы были погружены в активную деятель­ность. Гизер Батлер, который работал над сольным материалом с конца 1994 года, собрал группу под названием «G/Z//R» и 10 октября выпустил в новом качестве первый альбом - «Plastic Planet». В состав группы Гизера вошли вокалист «Fear Factory» Бертон Си Белл (великолепный исполнитель, обла­датель одновременно агрессивной и мелодичной манеры пе­ния), новый ударник Оззи Дин Кастроново и неизвестный доселе гитарист по имени Педро Хоузе. Вот что Гизер рассказал о приглашении Белла (очень удачный ход, учитывая то, что «Fear Factory» не только находилась на вершине успеха, вы­пустив свой альбом «Demanufacture», но и уже считалась клас­сикой одновременно металла и электронной музыки): «„Plastic Planet" изначально задумывался как разовый совместный проект с Бертоном Беллом, потому что его основная группа все же „Fear Factory"… Это первый альбом, который я выпу­стил под своим именем, точнее под именем своей группы, и я совершенно не представлял, как его примут. Я хотел, чтобы он звучал по-особенному. Многие восприняли „Plastic Planet" как альбом „Fear Factory", потому что они тогда не знали о „G/Z//R"».

Хотя музыка и была тяжелее, чем все, что когда-либо де­лала «Sabbath», в этом альбоме Гизер воплотил только часть своих творческих идей: «Некоторые риффы были придуманы еще пару лет назад. Все это я давно хотел сделать - особен­но в последние десять лет, когда написал много материала. Кое-что вошло в последние два альбома „Sabbath" [„Dehuma-nizer" и „Cross Purposes"]… Что касается музыки - так я ее всегда и сочинял. Я считаю, что „Sabbath" должна была оста­ваться тяжелой группой, а не облегчать свое звучание вплоть до превращения в очередной клон „Deep Purple". Всегда хотел записать действительно тяжелый альбом».

Гизер также рассказал, что записал партии баса для но­вого альбома Оззи (ставшего не просто студийным проектом, вопреки всем заявлениям певца об отказе от гастролей). Кстати, так Батлер и познакомился с Кастроново: «Когда материал был готов, мы стали прослушивать английских удар­ников и вокалистов, но я никак не мог найти тех, кто был мне нужен. А тут Оззи пригласил меня принять участие в записи своего альбома. Там я и познакомился с ударником - Дином. Я сыграл ему пару своих песен, он одобрил их и спросил, мо­жет ли он поучаствовать в записи. Потом я вернулся в Англию и продолжил поиск вокалиста, но безрезультатно. Почти от­чаявшись, я спросил у менеджера „Biohazard" и „Fear Factory" Скотта Кенига, знает ли он приличных певцов из Нью-Йорка или откуда угодно. Скотт послал мне несколько кассет, а за­одно и копию диска „Fear Factory" [„Demanufacture"]. Я по­слушал кассеты, а потом диск, и понял, что Бертон - имен­но тот, кого я искал: человек, способный петь агрессивно, но в то же время мелодично. Я спросил Скотта, знает ли он кого-нибудь, кто может петь как Бертон, а он ответил, что у „Fear Factory" как раз намечается шестинедельный перерыв в га­стролях, так что сам Бертон сейчас свободен. В результате Бертон приехал в Англию, послушал материал, и ему настоль­ко все понравилось, что он решил участвовать в проекте».

И пара слов о Хоузе, о котором до этого момента ничего было не известно: «У Педро была здесь, в Англии, группа под названием „Crazy Angel", одна из первых трэш-команд. Они играли очень тяжелую музыку, может, слишком тяжелую даже по нынешним временам. Он участвовал еще в нескольких бирмингемских группах, но ни одна из них так и не перерос­ла ни во что серьезное… Я сотрудничаю с Педро уже лет десять. С ним очень легко работать, потому что основной ма­териал я сочиняю на басу, а у него настоящий талант пере­кладывать басовые риффы на гитару, не лишая музыку не­обходимой тяжести».

В плане текстов на «Plastic Planet» раскрываются различ­ные научно-фантастические кибер-идеи, в духе тех, что стали визитной карточкой «Fear Factory». Гизер: «Пару лет назад я писал книгу комиксов про одного парня, который пытается с помощью своего компьютера понять, кто есть Бог и Дьявол, и переносит в Сеть свое сознание. Он становится злобным духом, живущим внутри машины, вроде компьютерного виру­са, только с человеческим сознанием. В результате у меня осталось очень много неиспользованных идей, и я воплотил их в тексты для этого альбома… Думаю, все это рождается в моей голове потому, что у меня растут двое детей, причем растут совершенно в другой среде, чем я сам. Все, что они делают, связано с компьютерами, начиная от игр и заканчивая общением друг с другом через Интернет. Компьютеры для меня - другой мир, который и притягивает, и пугает одно­временно… Я хочу однажды опубликовать этот комикс, а еще планирую написать полноценный роман. Вся проблема в том, что, как только у меня появляется интересная идея, ее мгно­венно реализует кто-то другой! Кто-нибудь всегда меня опере­жает! Думаю, все из-за того, что часть идей можно подсмотреть в моих стихах».

Свою группу Гизер считает долгосрочным проектом, до­бавляя: «Однако я не знаю, останется ли состав тем же на будущих альбомах. Для Бертона, учитывая „Fear Factory", это будет непросто. Но с Педро Хоузе я однозначно запишу что-нибудь в будущем. Мне бы очень хотелось видеть этот состав и дальше, но время покажет, так что подождем».

Наконец, Батлер сообщил, что он будет играть на бас-гитаре во время турне Оззи Осборна, которое тот проведет в под­держку своего нового альбома (стоит напомнить еще раз, что всего два года назад Оззи устраивал свои «прощальные шоу» и вообще не собирался больше гастролировать). Сам Осборн в 1995-м пребывал в прекрасной форме, сбросив наконец лишний вес и уже окончательно оставив вредные привычки и превратив «свою зависимость в ненавязчивое развлече­ние». В интервью для «Independent On Sunday» он отметил: «Натуральные эндорфины («гормоны радости» - вещества, которые вы­рабатывает головной мозг) рулят, их мне хватит на всю жизнь».

Кроме того, он сказал пару слов об обществе анонимных алкоголиков, которому время от времени уделял внимание: «Если тебе отрежут ногу, вряд ли ты захочешь сидеть в одной комнате с кучей одноногих и обсуждать это».

Оззи продолжал лечение, начав принимать прозак («Чув­ство незащищенности никуда не уходит, но лекарство затал­кивает его глубоко внутрь»). Он осознал, что причиной его зависимостей стало постоянное ощущение собственной без­защитности перед окружающим миром. Как он сказал, «если я не проснусь утром с чувством беспокойства, я начну волно­ваться о том, почему же я так спокоен, а затем все это будет разрастаться, пока не разбудит зверя, что сидит у меня вну­три… Мой терапевт сказал, что я будто человек, стоящий на­против двух дверей. Каждый раз, когда этот человек откры­вает одну дверь, за ней оказывается парень с бейсбольной битой, который бьет его по лицу. Но вот в один прекрасный день он решает открыть другую дверь, а за ней никого нет. И человек начинает нервничать, что его никто не ударил, и воз­вращается к первой двери, ведь за ней скрывается то, к чему он привык».

Однако все это не останавливало работу машины под на­званием «Оззи»: летом певец выпустил (для продажи только на территории Америки) живой альбом «Live And Loud», что­бы фанатам было чем себя развлечь в ожидании намечен­ного на конец осени выхода его нового диска «Ozzmosis». Последний вышел 4 ноября 1995 года и для настоящего прорыва ему не хватило лишь темпа: из десяти песен целых шесть можно смело назвать балладами или, по крайней мере, «балладесками». Тем не менее в эру ню-метала («Metallica» стала играть альтернативный рок, в «Iron Maiden» и «Judas Priest» не было достойных вокалистов, «Motorhead» не удавалось по­казать хоть какой-то прогресс) - расцвета шизанутых рэп-металлических групп - тот факт, что «Ozzmosis» занял в чер­тах 22-е место, можно считать серьезной победой.

Альбом начинается с бессмертной «Perry Mason», в кото­рой Оззи поет оду известному литературному персонажу - адвокату-детективу. Блеска и чистоты песне добавляет циф­ровая обработка записи. «I Just Want You» - высокобюд­жетная баллада о любви, окруженная водопадами электронных аранжировок, а вот «Ghost Behind My Eyes» - еще одно по­священие «Beatles», гитары в стиле «Dear Prudence» (Песня «Beatles» с одноименного альбома) и прочее. «Thunder Underground» - усиленный искусственным эхом метал-боевик, в котором есть пара великолепных проигрышей, a «See You On The Other Side» хоть немного и утомляет, но все же является отменной рок-балладой в духе восьмидесятых.

За «Tomorrow» - странным, отчасти экспериментальным коктейлем из студийных эффектов - следует «Denial» - прекрасная вещь для пост-терапевтического периода твор­чества Оззи: еще одна характерная для этого необычного альбома безриффовая смесь атмосферных эффектов. «My Little Man» - «Я научу тебя делать ошибки!» - милая бал­лада в духе «любящего папочки», зато на «My Jekyll Doesn't Hide» и Оззи, и Закк снова, как в лучшие времена, сплетают в причудливый клубок вопли вокалиста и визг гитары. Наконец, «Old LA Tonight» (многим фанатом показалось, что гораздо уместнее звучало бы «Old Aston Tonight») стала славным возвращением к корням.

Слащавый «Ozzmosis» все же стал для Оззи выигрышным билетом: о нем снова заговорили. Но оценили его не поклон­ники современного рока: к началу 1996 года все, включая самых закосневших представителей музыкальной индустрии, говорили только о новом жанре, при описании которого чаще всего можно было слышать слова «альтернативный рок» и «ню-метал». А в лагере «Sabbath» тем временем царила зло­вещая тишина…