КалейдоскопЪ

1887–1904

Обзор правления князя Фердинанда

14 августа 1887 года князь Фердинанд принял присягу перед Народным собранием в Тырнове, древней болгарской столице, и в тот же день выпустил прокламацию, в которой извещал «наш свободный народ», что он взошел на трон прославленных болгарских царей. Я уже описывал обстоятельства, при которых он был выбран, и в этой главе я предлагаю читателям краткое изложение событий от начала его карьеры балканского князя до момента моего прибытия в Софию в 1904 году.

В первые семь лет его царствования страной управлял Стамболов, и только в 1894 году после отставки всемогущего премьер-министра он взял бразды правления в собственные руки. Первый из этих двух периодов был отмечен открытой враждебностью со стороны России и постоянной угрозой оккупации с ее стороны, а также множеством заговоров с целью лишить его жизни. В 1896 году Россия признала его и возобновила дипломатические отношения с Болгарией, перейдя таким образом от открытой враждебности к более хитроумным попыткам вернуть позиции, утраченные из-за ее собственного безрассудства. Но была особенность, общая для обоих периодов, – с одной стороны, это уязвленная гордость России, требовавшей на основании жертв, принесенных ею в войне за свободу, предоставить ей право определять курс болгарской политики, а с другой стороны, это явление сильной, молодой, демократической нации, отстаивающей свою независимость и полной решимости самой, без вмешательства каких-либо иностранных держав, определять свою судьбу. Князь Фердинанд с самого начала стремился примирить эти враждующие стороны, так как его убедили, что ни Болгария, ни ее правитель не смогут долгое время существовать без доброжелательного отношения со стороны России. Еще до своего приезда в Софию он пытался заигрывать с Россией через ее посла в Вене – правда, без особого успеха. Россия была неумолима, и в последующие шесть месяцев она дважды пыталась убедить Порту, чтобы та настаивала на освобождении трона, незаконно ей занятого.

К счастью для князя Фердинанда, Великобритания, Австрия и Италия ясно видели угрозу возникновения панславистского режима в Болгарии, и они не только отговаривали султана от действий, которые могли закончиться применением силы как со стороны России, так и Турции, но и уполномочили своих представителей в Софии вступить в конфиденциальные отношения с Фердинандом. Хотя благодаря этому он продолжал править как фактический суверен, пользующийся неофициальной поддержкой со стороны так называемых дружественных держав, его положение еще долго оставалось шатким. Армия никогда не была ему верна, и весна 1890 года была отмечена раскрытием широкого военного заговора с целью его свержения. Неуверенность в лояльности армии заставляли Стамболова прилагать максимум усилий, чтобы убедить султана признать князя, но из-за возражений со стороны России его попытки не нашли отклика в Константинополе. Однако ему удалось получить берат[33] на назначение болгарских епископов в Охрид, Ускюб,[34] Велес и Неврокоп. Он был хозяином положения и поэтому мог диктовать правительству свою волю. Когда ситуация того требовала, он не боялся воздействовать на султана с помощью скрытых угроз, однако в целом он вел примирительную политику. Он не требовал для Македонии большей автономии, чем та была наделена по Берлинскому трактату, уверенный, что при предоставлении большей автономии Македония так же естественно и неизбежно соединится с Болгарией, как Восточная Румелия.