КалейдоскопЪ

Германия угрожает России

В одиннадцать часов вечера граф Пурталес приехал в министерство иностранных дел и поставил господина Сазонова в известность, что, если к полудню следующего дня Россия не остановит мобилизацию, вся немецкая армия будет поставлена под ружье. В ответ на его страстный призыв немедленно остановить мобилизацию Сазонов мог только повторить свои заверения, что, пока продолжаются австро-российские переговоры, Россия не предпримет наступления. В этот момент были заметны признаки ослабления напряженности между Веной и Санкт-Петербургом: между министрами иностранных дел и послами сторон прошли дружеские беседы, и казалось, австрийское правительство склоняется к тому, чтобы согласиться на переговоры о внесении изменений в текст их ноты в адрес сербского правительства. Но у Германии были совсем другие устремления.

Утром 1 августа император Николай II еще раз телеграфировал императору Вильгельму: «Я понимаю, что вы вынуждены провести мобилизацию, но я бы хотел получить от вас те же гарантии, что я дал вам, а именно, что эти меры не означают войну и что мы продолжим переговоры ради благополучия наших двух стран и всеобщего мира, который так дорог нам обоим. С Божией помощью наша проверенная годами дружба позволит избежать кровопролития. С полным доверием ожидаю вашего немедленного ответа».

Начав свой ответ с того, что назначенный срок истек и что он был вынужден мобилизовать свою армию, император Вильгельм писал: «Единственный способ избежать бесчисленных бедствий – это немедленный, ясный и недвусмысленный ответ со стороны вашего правительства. Пока я не получу такого ответа, я должен, к моему величайшему огорчению, судить о нем по фактам. Я должен самым серьезным образом просить, чтобы вы без промедления приказали своим войскам ни при каких обстоятельствах не нарушать нашей границы».

Около пяти часов вечера я получил телеграмму из министерства иностранных дел с приказом немедленно испросить у императора аудиенцию, чтобы передать ему личное послание от короля Георга, в котором его величество, упомянув о представлении, сделанном Германией в связи с мобилизацией в России, писал: «Я не могу избавиться от мысли, что мы оказались в тупике из-за какого-то недоразумения. Нельзя упустить возможность избежать ужасного несчастья, грозящего сейчас всей Европе. Поэтому я призываю вас устранить недопонимание, которое, как я понимаю, имело место между вами, и оставить открытыми ворота для мирного решения конфликта. Если вы считаете, что я могу так или иначе способствовать этой важной цели, я сделаю все, что в моих силах, чтобы помочь возобновить прерванные переговоры между заинтересованными державами. Уверен, что вы, как и я, стремитесь делать все возможное для сохранения мира».