КалейдоскопЪ

1914–1915

Турция вступает в войну. Закрытие проливов

Почти сразу же после начала военных действий Сазонов пытался заручиться сотрудничеством или благожелательным нейтралитетом тех государств, которые вследствие своего географического положения или территориальных стремлений могли быть втянуты в конфликт. Болгарии была предложена часть земель в сербской Македонии в случае, если в результате победоносной войны Сербия получит доступ к Адриатическому морю; Румынию уговаривали, обещая передать ей большую часть Трансильвании и северную часть Буковины; Италии делались предложения относительно земель так называемой ирредентной (от ит. irredento – неосвобожденный) Италии;[74] а британскому правительству было предложено вступить в переговоры с Японией.

Япония вступила в войну 22 августа, но Румыния отказывалась последовать ее примеру, ссылалась на тесную дружбу, долгие годы связывавшую короля Карла и императора Франца-Иосифа. Только после смерти короля Карла в октябре того же года в Бухаресте начались долгие переговоры о вступлении Румынии в войну, и когда она наконец согласилась, было уже слишком поздно.

Но наиболее важным вопросом для России, особенно после прохождения через проливы «Гебена» и «Бреслау»,[75] была позиция, которую займет Турция. В Константинополе сразу же начались переговоры с целью добиться ее нейтралитета. Но влияние Германии, усиленное ее громкими победами и присутствием рядом с Константинополем двух ее военных судов, перевешивало влияние стран Антанты и в конце концов одержало верх. В начале октября проливы были закрыты и через несколько недель спустя два турецких миноносца вошли в гавань Одессы и потопили русский броненосец.

Закрытие проливов было для России парализующим ударом. Лишь с двумя портами – Владивостоком на Дальнем Востоке и замерзающем на зиму Архангельском на севере – она оставалась почти полностью отрезанной от своих союзников на западе. Русскому обществу стала очевидна необходимость получения свободного доступа к морю, и его взоры обратились на Константинополь как самый большой трофей войны. Москва возглавила это движение, и император в своем манифесте, выпущенном вскоре после отзыва послов из Константинополя, объявил своему народу: «Вероломное нападение Турции только подготавливает почву для решения исторической задачи, завещанной нам нашими дедами на берегах Черного моря».