КалейдоскопЪ

Телеграмма Родзянко императору

Император, над которым словно тяготел злой рок, проведя январь и февраль в Царском Селе, решил, что не может больше отсутствовать в Ставке, и 8 марта, в четверг, возвратился в Могилев, находящийся более чем в двадцати часах езды по железной дороге. Если бы он еще на несколько дней остался в Царском Селе, в непосредственной близости от тех, кто мог предоставить ему точную информацию о событиях в столице, он бы лучше представлял себе крайнюю серьезность ситуации. В субботу генерал Алексеев посоветовал ему немедленно согласиться на необходимые уступки, а в воскресенье Родзянко послал ему телеграмму следующего содержания: «Положение серьезное. В столице анархия. Правительство парализовано. Транспорт продовольствия и топлива пришел в полное расстройство. Растет общее недовольство. На улицах происходит беспорядочная стрельба. Части войск стреляют друг в друга. Необходимо немедленно поручить лицу, пользующемуся доверием страны, составить новое правительство. Медлить нельзя. Всякое промедление смерти подобно. Молю Бога, чтобы в этот час ответственность не пала на венценосца».

В то же время Родзянко передал эту телеграмму командующим различными фронтами с просьбой об их поддержке и вскоре после этого получил ответы от генералов Рузского и Брусилова, в которых говорилось, что они выполнили его пожелание. Дошла ли телеграмма Родзянко до императора или ее сознательно от него скрыли, неизвестно, но дворцовый комендант генерал Воейков в своих разговорах с государем, несомненно, извратил истинное положение дел и высмеял мысль о революции.[4] Тем временем правительство не придумало ничего лучше, чем прервать сессию Думы.

Вечером в воскресенье в казармах было сильное возбуждение: солдаты собирались, чтобы обсудить, как им вести себя на следующий день. Должны ли они стрелять в своих родных и близких, если такой приказ будет дан? Этот вопрос они задавали друг другу. Ответ на него был дан в понедельник утром. Когда солдатам одного из гвардейских полков – Преображенского – приказали открыть огонь, они повернулись и застрелили офицеров. Волынский полк, посланный для усмирения преображенцев, последовал их примеру.

Другие полки поступили так же, и к полудню 25 тысяч солдат примкнули к народу. Утром был взят арсенал и захвачены запасы оружия и боеприпасов. Затем одно за другим последовало: поджог здания окружного суда, разгром тайной полиции и уничтожение всех компрометирующих архивов, освобождение из трех главных тюрем как политических, так и уголовных преступников и захват Петропавловской крепости.