КалейдоскопЪ

Керенский назначается премьер-министром

Из-за потерь тяжелой артиллерии, винтовок и другого материального обеспечения положение на фронте становилось отчаянным, и в то же время экономическое и финансовое положение было столь же серьезным. Но какими бы мрачными ни были перспективы, я, тем не менее, был склонен смотреть на вещи с оптимизмом. Правительство подавило большевистское восстание и, казалось, намерено действовать твердо. Пока в стране царила анархия, не могло быть настоящего продолжительного улучшения, и только восстановление порядка могло, как я надеялся, благотворно сказаться на всех сферах общественной жизни. Керенский вернулся с фронта 19 июля и сразу же поставил условием своего дальнейшего пребывания в этой должности безусловное подчинение армии правительству, без всякого вмешательства со стороны солдатских комитетов, а также пресечение всякой большевистской агитации и ареста Ленина и его сообщников. Общество и большая часть армии были на стороне правительства, поскольку публикация документов, доказывающих, что большевистские лидеры получали деньги от немцев, вызвала всеобщее возмущение.

Наступил благоприятный психологический момент для правительства нанести последний сокрушительный удар по внутреннему врагу. Но Совет выступил с возражениями. Он не хотел, чтобы расследовались обвинения, выдвинутые против большевиков, поскольку опасался, что какие-то из членов Совета окажутся скомпрометированными, и поэтому поставил условием принятия требований, выдвинутых Керенским, переход правительства на более демократическую платформу. Совет настаивал, чтобы правительство немедленно, не дожидаясь решения Учредительного собрания, провозгласило республику и приняло план Чернова по решению земельного вопроса.

Эти условия вызвали бурные споры в кабинете: министры-социалисты поддержали Совет, а князь Львов угрожал уйти в отставку, заявляя, что, если правительство примет эти условия, оно превысит свои полномочия и узурпирует права Учредительного собрания. Терещенко тщетно старался сыграть роль посредника и выработать компромиссное решение, которое позволило бы примирить противоречивые взгляды. Дискуссия еще продолжалась, когда Керенского попросили выполнить данное ранее обещание и произнести речь перед гусарским полком. По возвращении ему передали телеграмму с известием, что немцы прорвали фронт русской армии.

Когда он прочел это своим коллегам, князь Львов выразил желание отказаться от поста премьер-министра в пользу Керенского как более молодого и энергичного человека, который находится в непосредственной связи с демократией. Все с этим согласились, и одновременно Керенский получил все полномочия, о которых он просил. Поскольку он сохранял за собой пост военного министра, было решено, что Некрасов будет назначен заместителем председателя Совета министров и что он будет замещать Керенского во время его поездок на фронт. Некрасов, принадлежавший к левому крылу кадетской партии, был сильным и способным человеком, которому приписывали стремление стать премьер-министром. Однако он не вызывал доверия, поскольку в нем было слишком много от авантюриста и он не раз менял партии, исходя из своей выгодны.

Когда через несколько дней я зашел к Терещенко, он заверил меня, что правительство теперь полностью овладело ситуацией и будет действовать независимо от Совета. Подведя меня к окну, он показал мне разоруженных солдат пулеметного полка, собранных на площади перед Зимним дворцом, и сказал, что они вскоре будут отправлены на работы на Мурманскую железную дорогу. Исполнительный комитет Всероссийского Совета рабочих депутатов и Всероссийского Совета крестьянских депутатов наделил правительство всей полнотой власти в отношении армии, а также анархистов в тылу.

В ответ на требование Корнилова, Керенский издал приказ, наделяющий командиров правом расстреливать без суда солдат, которые отказывались подчиняться приказам. Но хотя сейчас у Керенского были все возможности, чтобы взять ситуацию под контроль, он не сумел должным образом ими воспользоваться. Он не сделал попыток найти и арестовать Ленина, он отменил приказ об аресте Троцкого и других большевистских лидеров на том основании, что они являются членами Исполнительного комитета Совета, и удовлетворился выпуском прокламаций, призывающих рабочих сдать оружие вместо того, чтобы приказать военным властям разоружить их силой.

К тому же я даже не уверен, что кто-либо из организаторов большевистского восстания или из тех, кто принимал в нем участие, понесли хоть какое-нибудь наказание. Я отнюдь не был удовлетворен позицией правительства, и в моих разговорах с Терещенко я пытался убедить его в необходимости применения в тылу таких же дисциплинарных мер, какие были введены в действие на фронте, а также реорганизации плохо отлаженной транспортной системы – главной причины большинства российских экономических трудностей. Я даже предложил, чтобы численность войск на фронте была сокращена до минимума, необходимого для сдерживания немцев, и чтобы остальные были отправлены в тыл и заняты в системе общественных работ.

В это время Керенский пытался преобразовать свое правительство с тем, чтобы придать ему общенациональный характер. Кадеты, с которыми он вступил в переговоры, в качестве условий своего участия в правительстве выдвинули отставку Чернова, активное ведение войны и независимость правительства от Совета. Все эти требования, как я сказал Терещенко, вызвали у меня горячее одобрение. Первое условие оказалось неприемлемым, поскольку Керенский опасался, что, уволив Чернова, он потеряет поддержку социалистов-революционеров.

Я снова хочу привести цитаты из моей переписки с министерством иностранных дел и своего дневника, который я начал вести после революции.

2 августа

«Сегодня утром Терещенко сказал мне, что и он, и Керенский подали в отставку, но изменили свое решение по просьбе своих коллег. Чернов также подал в отставку и, придя в Совет, был там встречен овацией. Терещенко далее сказал, что если правительство не примет срочных мер, то оно должно будет уступить свое место контрреволюционерам. Благополучие его родины для него важнее всего, и ситуация не терпит отлагательства. Он сказал Керенскому, что, если тот не предпримет энергичных действий, он подаст в отставку. По его мнению, необходимо военизировать всю страну, подавить беспорядки и включить Корнилова в состав правительства. Керенский разделял эти взгляды, но у него были связаны руки, поскольку министры-социалисты не желали брать на себя ответственность за меры, необходимые для спасения страны. Церетели, сказал он, предпочел бы выйти из правительства и быть независимым членом Совета, тогда как кадеты добиваются полной победы своей партии и замены правительства.

Ситуация настолько неопределенная, что лично я не вижу никаких проблесков света. Политику Терещенко может осуществить лишь правительство, в котором широко представлены социалисты, иначе его обвинят в том, что он прокладывает дорогу контрреволюции, и результатом будет еще одно большевистское восстание и провал в анархию. Кадеты не пользуются поддержкой в армии, и им пока рано брать власть в свои руки в надежде на успех».