КалейдоскопЪ

Балканский "узел"

В череде локальных войн и конфликтов, которые потрясали Европу в конце XIX — начале XX века, особняком стоят те, что происходили на Балканах. Собственно, уже несколько десятилетий Балканский полуостров именовали не иначе, как "пороховым погребом Европы", — интересы уж слишком многих государств сталкивались в этом регионе Старого Света, При всей многогранности балканских конфликтов их суть можно выразить в нескольких словах: борьба великих держав за "наследство больного" — Османской империи — Но это соперничество накладывалось на крайне непростые отношения между самими балканскими государствами,

Именно на Балканах в крайне острой форме столкнулись интересы Англии и Германии, стремившихся завоевать доминирующее положение в Турции, а также России и Австро-Венгрии, пытавшихся поставить под свой контроль национально-освободительное движение славянских народов. До поры до времени это соперничество проходило в определенных рамках, пока Вена не решила нарушить сложившийся в регионе статус кво.

Надо отметить, что агрессивные устремления Вены на Балканах самым активным образом подогревались в Берлине. Более того, именно на Балканах немцы еще раз попытались испытать на прочность недавно созданную Антанту, Потепление в русско-английских отношениях самым удручающим образом было воспринято в Берлине. Особенно кайзера раздражала та подчеркнуто дружеская атмосфера, в которой проходила встреча в Ревеле в июле 1908 года русского и английского государей Николая II и Эдуарда VII.[10] Именно после этой встречи Вильгельмом было сделано ставшее широко известным заявление, что если «они» захотят «нас» окружить, то Германия будет обороняться до конца. К тому же в высших европейских сферах стали ходить настойчивые слухи о том, что на тайных совещаниях в Ревеле между министром иностранных дел России Извольским и английским монархом достигнута договоренность о совместном вмешательстве в турецкие события — это было время, когда Османскую империю сотрясала младотурецкая революция. Так вот, именно на почве балканских дел и решил на сей раз оценить глубину русско-английского сближения, а тем самым и прочность самой Антанты, немецкий кайзер. Сами немцы, однако, не хотели становиться зачинщиками нового европейского конфликта и, как водится, на роль провокаторов определили своих ближайших союзников — австрийцев.

5 октября 1908 года австро-венгерский император заявил о распространении своего суверенитета на Боснию и Герцеговину, Россия дала согласие на аннексию, но обусловила его указанием на европейский характер этого вопроса, то есть передачей проблемы аннексии Боснии и Герцеговины на международное обсуждение и необходимостью компенсации для целого ряда государств. Однако, получив свое, Вена и не подумала выполнять данные ею России обязательства и, более того, начала готовить планы уничтожения своего злейшего врата и исторического союзника России — Сербии, планируя разделить эту страну между Австро-Венгрией, Болгарией и Румынией. Австрийского кайзера в его планах поддержал кайзер немецкий. 29 марта 1909 года в Австро-Венгрии была объявлена мобилизация пяти корпусов. В воздухе запахло войной. В этих условиях еще полностью не оправившаяся после поражения в войне с Японией Россия не стала обострять отношения с Австро-Венгрией и стоявшей за ее спиной Германией, признала аннексию Боснии и Герцеговины и отказалась от требований созыва международной конференции.

Боснийский кризис до крайности ухудшил отношения между Санкт-Петербургом, с одной стороны, и Берлином и Веной — с другой. Именно после него призрак военной опасности постоянно стал витать над Старым Светом. Не успевал разрешиться один дипломатический скандал, как тут же возникал другой. Однако задумка Вильгельма — показать России, кто хозяин в Европе и что ей не приходится ожидать поддержки от новых союзников, полностью провалилась. В Петербурге сделали прямо противоположный вывод и стали еще более интенсивно укреплять военные и политические связи с Антантой. Действия Вильгельма не оставляли России выбора. Вернее, выбор был: или безусловно подчиниться воли Германии, причем без всякой надежды на компенсацию, или же, напротив, еще больше укрепить союз с Лондоном и Парижем. В России выбрали второе.

Несмотря на то что в результате первого марокканского кризиса и аннексии Австро-Венгрией Боснии и Герцеговины России пришлось подчиниться ультимативным требованиям немцев, Вильгельму так и не удалось внести раскол в ряды Антанты. Тем не менее немецкая дипломатия продолжала действовать в подобном духе. Еще прежнее руководство немецкого дипломатического ведомства в лице Ф. Гольштейна и канцлера Б. Бюлова мечтало превратить Марокко в вечно кровоточащую французскую рану, притрагиваясь к которой Берлин мог бы диктовать Парижу свои условия. Вот и теперь, не сумев посеять раздор в стане Антанты в случае с Боснией и Герцеговиной, немцы решили опять попытаться разыграть «марокканскую» карту. Причем предлог для этого был выбран смехотворный.

В те годы в Марокко, как и в других частях Французской империи, квартировали части Иностранного легиона, состоявшего, как правило, из отбросов общества многих европейских стран. Немалый процент среди солдат этого воинства составляли немцы. В связи с особенностями личного состава Иностранного легиона в нем довольно часто происходили нарушения дисциплины, обычным делом было дезертирство. Однажды из части сбежали несколько рядовых немецкого происхождения и укрылись в консульстве Германии в Касабланке. Спустя несколько дней консул решил переправить дезертиров на стоящий в порту немецкий корабль, но французские власти отбили солдат и отправили их в тюрьму После этого начался крупный международный сканцал, В него ввязался даже сам Вильгельм, потребовавший от французов извинений за оскорбление консульства и немедленного освобождения дезертиров, а германский посол во Франции В. Шен пригрозил разрывом дипломатических отношений между двумя странами. Тучи рассеялись только к февралю 1909 года, когда Германия и Франция подписали двустороннее соглашение о Марокко, по которому Берлин признавал особые политические интересы Парижа в Марокко, а французы обещали не противодействовать немецким экономическим интересам в этой стране. Попытки Вильгельма расколоть ряды Антанты в очередной раз потерпели крах.

Однако события 1908–1909 годов обострили международную обстановку и показали, насколько близко Европа подошла к грани крупномасштабной войны. Так, 5 октября 1911 года после вторжения итальянских войск в северо-африканские провинции Османской империи — Триполитанию и Киренаику (современную Ливию) началась итало-турецкая война. После гола боевых действий между двумя противниками был подписан в Швейцарии договор, по которому к Риму переходил полный контроль над спорной территорией.

Не успели затихнуть боевые действия в Северной Африке, как Османская империя оказалась втянутой в новую войну. Итало-ту-рецкая война послужила стимулом для объединения ряда балканских государств в союз против Стамбула. Утром 9 октября 1912 года против турок боевые действия начала маленькая Черногория, а неделю спустя войну Турции объявили Сербия. Болгария и Греция. В этой войне турки потерпели быстрое и сокрушительное поражение. Уже в начале ноября болгарская армия стояла у стен Константинополя, а 3 декабря было подписано перемирие. И хотя в феврале 1913 года боевые действия возобновились, поражение Османской империи было безусловным. Согласно Лондонскому договору почти вся территория Европейской Турции переходила к союзникам, и таким образом для Балканских стран закончилось многовековое османское иго.

Разгром османской армии объединенными силами славянских государств и Греции нанес жестокий удар по интересам центральных держав. Стремясь расколоть блок Балканских государств, Австро-Венгрия сделала все, чтобы посеять раздор в стане победителей. Сделать это было не так трудно — между балканскими странами постоянно вспыхивали споры по поводу проблем, связанных с разделом «наследства» Османской империи. Вене и Берлину удалось привлечь на свою сторону русофобский режим болгарского царя Фердинанда из немецкой династии Кобургов, Несмотря на все попытки российской дипломатии уладить конфликт на Балканах, ее усилия сохранить единство славянских государств успехом не увенчались. Польстившись на обещания Австро-Венгрии предоставить Софии кредиты и обширные территории на счет ее соседей, болгары 29 июня 1913 года вероломно напали на Сербию и Грецию. Так началась братоубийственная Вторая балканская война.

Встав на путь предательства национальных интересов, прогерманский болгарский режим рассчитывал на то, что Германия и Австро-Венгрия сумеют убедить Румынию сохранить нейтралитет в этом конфликте. Однако румыны пришли на помощь сербам и грекам и 10 июля ввели свои войска в Южную Добруджу Ситуацией воспользовалась Турция, которая присоединилась к своим недавним противникам, отбив у Болгарии Андрианополь, В этих условиях Австро-Венгрия отказалась предоставить какую-либо помощь еще недавно столь активно подстрекаемым ею болгарам, разгром которых стал неизбежен, 10 августа 1913 года в Бухаресте между Балканскими государствами был подписан мир, по которому Болгария потеряла не только недавно завоеванные у Турции территории, но и часть своих исконных земель.

Вторая балканская война имела очень важные геополитические последствия. В регионе теперь сложилась новая расстановка сил, и вместо единого союза православных государств под эгидой России фактически образовались две группировки: Сербия, Греция и Румыния, с одной стороны, Болгария и Турция — с другой. Такая ситуация была крайне выгодна центральным державам. Дипломатическая борьба двух главных противоборствующих в Европе группировок после Второй балканской войны только обострилась: одни пытались примирить со своими христианскими соседями Болгарию и тем самым восстановить прежний блок Балканских государств, другие, наоборот, желали к болгаро — турецкой коалиции присоединить еще и Румынию. Если к этому прибавить проблему черноморских проливов, обладание которыми было исконной мечтой царского правительства, то неудивительно, что "пороховой погреб" Европы, каким считались Балканы, летом 1914 года все-таки взорвался и к осени 1918-го под своими обломками похоронил четыре империи.