КалейдоскопЪ

Первые бои за Сморгонь

В этой обстановке Штаб Верховного Главнокомандующего создал новую, II-ю армию, из пяти пехотных корпусов (26-й, 27-й, 29-й, 36-й и 4-й Сибирский армейские корпуса) и кавалерийского корпуса генерала В. Орановского — 20 тысяч сабель при 67 орудиях и 56 пулеметах — прообраз конных армий последующей истории. В составе 4-й кавалерийской дивизии сражался в те дни 20-летний пулемётчик Семён Тимошенко — будущий Маршал Советского Союза.

Пехотные и кавалерийские части двигались к линии железной дороги Молодечно — Сморгонь — Вильно, навстречу врагу.

Пехота шла суточными переходами по тридцать километров, кавалерия — по шестьдесят-семьдесят.

Впереди 100-120 км пути порой по бездорожью лесов и болот.

Тем временем германская кавалерия 13 сентября продвигалась вперед в тылу русских войск, и, не встречая сопротивления, ее главные силы на следующей день подошли к озерам Нарочь и Свирь. Все деревни к югу были заняты немцами.

1-я и 4-я немецкие кавалерийские дивизии устремились к переправам через Вилию у Жодишек и Сморгони, к железной дороге Вильно-Минск.

По дорогам двигались кавалерия, егеря, конная артиллерия, штабы и обозы — до Сморгони — 15 км.

Немецкие летчики с воздуха увидели западнее и в самом городе большие биваки русских обозов, двигавшихся от Вильно на Молодечно.

Переправившись через р. Вилию, высланные вперед германские конные разъезды обстреляли из орудий станцию Солы, в 10 км западнее Сморгони.

С этого момента полностью прекратилась подача боеприпасов по железной дороге на Вильно, где удерживали фронт двадцать три русские дивизии.

Немцы уже думали о котле для русских войск, стремясь сохранить и развить успех, так удачно достигнутый их кавалерией.

Они спешно сняли действовавший против Вильно пехотный корпус и направили его на Сморгонь.

С правого берега р. Вилии, у Михалишек, пыталась наступать 2-я и 58-я немецкие пехотные дивизии. Но подошедшие маршем от Воронова передовые 8-я и 14-я кавалерийские дивизии корпуса генерала В. Орановского уже заняли фронт вдоль реки.

Из перехваченных радиограмм немцы знали о том, что II-я русская армия подходит в район Сморгонь — Молодечно, и торопились. Они беспрерывно атаковали, пытаясь осуществить переправу и ударить в тыл русским войскам, сражавшимся у Вильно.

Весь день шел бой, ураганный огонь вела германская артиллерия, в том числе и тяжелая.

Только к вечеру немцы с большими потерями форсировали р. Вилию.

Русские кавалерийские дивизии отошли, сохраняя общий фронт.

15 сентября, с утра, немецкий кавалерийский полк 4-й кав. дивизии при поддержке артиллерии и пулеметов атаковал Сморгонь — небольшой 16-ти тысячный город в 90 километрах восточнее Вильно. Из короткой телеграммы известно, что русские маршевые роты пополнения, которые в этот момент оказались в городе, восемь часов держали оборону.

Понеся потери и израсходовав патроны, они отошли на Крево, навстречу подходящим войскам II-й армии.

Население спешно, за три часа, покинуло город.

День 15 сентября стал для немцев решающим. Пытаясь помешать передвижению русских войск, немецкие дирижабли и самолеты бомбили воинские колонны на дорогах в районе Минска и Молодечно.

Германская кавалерия нанесла еще несколько серьезных ударов — у Жупран в конном строю она атаковала русскую пехоту и захватила в плен четырех офицеров и 300 солдат, немецкие разъезды появились у Борун, Крева и Лебедева.

Драматические события развернулись в Солах. Передовой батальон 40-го пехотного Колыванского полка выбил оттуда немецкие разъезды и организовал оборону.

Его контратаковали германская кавалерия и егеря. До вечера шел бой, в котором погиб командир батальона, пять офицеров и много солдат. От батальона осталось 180 бойцов.

Немцы устремились к р. Ошмянке для поддержания своих передовых частей, занявших восточный берег.

Подойдя к реке и установив, что русская пехота не имеет патронов и дерется только штыками, германские кавалеристы решили атаковать в конном строю, для чего построились в сомкнутый боевой порядок.

Оставшаяся без патронов русская пехота ожидала трагического конца. Но едва немцы изготовились к атаке, как неожиданно и для немцев, и для русских по германской кавалерии с дистанции ружейного выстрела был открыт губительный огонь четырьмя легкими орудиями. Германская конница бросилась врассыпную, отказавшись от удара.

Столь неожиданному повороту событий русские были обязаны артиллерийскому взводу особого назначения — четырехорудийной батарее, имевшей 300 снарядов, предназначенной для отправки во Францию и состоявшей из отборных бойцов и офицеров.

Командир батареи, обнаружив немцев, с ходу развернул свои орудия и решил исход боя в пользу русских.

16 сентября десять германских пехотных дивизий, семь из которых находились на северном берегу р. Вилии, на двадцатикилометровом участке фронта начали атаку с целью соединиться со своей кавалерией у Сморгони и замкнуть кольцо окружения русских войск.

Но немецкое наступление захлебнулось. Только ценой больших потерь «в первую очередь, наиболее проверенных войной командиров и рядовых» немецкой пехоте удалось пробиться к Гервятам.

Мечта немцев — сомкнуть свои клещи за спиной русской армии — уходила за горизонт, как мираж.

Совершив 100-километровый марш к Солам подошел 36-й армейский корпус, а к Залесью после 120-километрового перехода– 4-й Сибирский. Нередко пехота после 30 км суточных переходов сразу вступала в бой.

Соотношение сил резко изменилось в пользу русских войск и дало им возможность взять инициативу в свои руки.

В частях кавалерийского корпуса В. Орановского была зачитана телеграмма командующего фронтом: «Благодарю полки конного корпуса за молодецкие бои 15 сентября и жалую по две георгиевские медали на каждый эскадрон и батарею».

Спешенная германская кавалерия заняла позиции на окраине Сморгони и предмостное укрепление на р. Вилии в ожидании своей пехоты. До нее всего 15 км. Но атаки немцев разбивались об упорную оборону русских. 3-й Сибирский и Гвардейский корпуса X-й армии почти без патронов сдерживали немецкие пехотные дивизии. Они так и не подошли на помощь своей кавалерии.

36-й армейский корпус занял Солы, потеснил 4-ю кавалерийскую дивизию немцев и серьезно потрепал ее 17-й и 18-й драгунские полки, при этом 68-я пехотная дивизия подошла к городу на 150-500 шагов.

20 сентября около 15 часов совместной штыковой атакой 10-й Сибирской, 68-й и 25-й дивизий ІІ-й армии Сморгонь была освобождена. В бою отличился 2-й батальон подпоручика В. Первушина из 269-го пехотного Новоржевского полка, 2-я, 3-я, 4-я, 9-я, 11-я и 15-я роты 272-го пехотного Гдовского полка штабс-капитана П. Родионова, поручика А. Степанова, подпоручика М. Рамуля, прапорщиков А. Попова, И. Научигина и С. Яковлева, 1-й и 3-й батальоны 33-го Сибирского стрелкового полка полковника А. Эссена и подполковника К. Войдылло. Офицеры, «герои Сморгони» за «личное мужество и беззаветную храбрость» были удостоены Георгиевских наград (Золотого Георгиевского оружия или ордена Св. Великомученика и Победоносца Георгия IV степени).

Штабс-капитан Порфирий Родионов «первым ворвался в м. Сморгонь и продолжая теснить противника достиг его батареи, стоящей на позиции у р. Вилии; бросившись с криком «ура» в атаку на батарею противника был наповал убит, смертью героя запечатлев содеянный им блестящий воинский подвиг». Был «убит наповал в самом местечке Сморгонь» и прапорщик Иван Научигин.

Девятнадцать «нижних чинов» 33-го и 36-го Сибирских стрелковых полков за личные подвиги, совершенные в атаке на Сморгонь, были награждены Георгиевскими крестами и Георгивскими медалями.

2-й конно-егерский батальон немцев был почти полностью уничтожен. В плен было захвачено 100 егерей, 8 офицеров и 9 пулеметов. Уже вечером, в бою у р. Вилии 10-я Сибирская дивизия взяла 350 пленных и 3 пулемета. Немецкая кавалерия отошла на север, за реку.