КалейдоскопЪ

Создание Батумского отряда

Не имея возможности выделить сюда боевые корабли, командование флота в начале сентября послало в распоряжение коменданта Батумской крепости вооруженный транспорт «Березань» и минный заградитель «Дыхтау», причем последний должен был в момент начала войны[71] поставить перед Батумом и Поти минные заграждения в районе вероятного маневрирования противника при обстреле им этих портов.

На транспорт «Березань» ложилась задача обороны подступов к Батуму от нападения сухопутных отрядов и поддержка своим огнем действий пограничных частей и гарнизона по побережью.

Одновременно для усиления гарнизона командование флота отправило в Батум два морских батальона, образованных из запасных моряков, оставшихся по укомплектовании флота в излишке.

Начало войны застало крепость в период усиленных оборонительных работ, имевших целью укрепить ее береговой фронт. Тотчас по получении известия о начале военных действий крепость была объявлена на осадном положении, и командир «Березани» капитан 2 ранга Шуберт принял на себя обязанности старшего морского начальника.

Первой задачей являлась защита гавани и ее внутреннего рейда от возможного нападения. Эта задача была тем важнее, что к моменту объявления войны в порту скопилось 12 пароходов, из них четыре Морского ведомства, привезшие различные военные грузы. Согласно плану, намеченное перед Батумом заграждение было в несколько приемов выставлено «Дыхтау», который затем поставил минную банку и у Поти. Для непосредственной защиты гавани у ее входа средствами кораблей было установлено несколько полевых орудий (из крепостного запаса) под командой морского офицера, а на оконечности мола — пулеметный пост.

Согласовав вопрос обороны водного пространства и гавани с крепостной артиллерией, начальник отряда организовал дозорную и охранную службу рейда, пользуясь для этого наличными плавучими средствами порта в виде катеров лоцмейстерской службы.

Ничтожность средств и слабость сил, сосредоточенных в Батуме, при непрерывно поступающих сведениях об активных замыслах турок против крепости сильно нервировали кавказское командование. Эта нервность еще усилилась с получением известий о бомбардировке Поти, произведенной «Breslau» 7 ноября, через девять дней после объявления войны[72].