КалейдоскопЪ

Западный фронт

В августе 1914 года довольно быстро обнаружилась слабость французского стратегического планирования. Удар французов в районе Арденн не принес желанных результатов. Здесь немцы быстро построили оборонительные сооружения и применили пулеметы - страшное оружие Первой мировой войны. В течение 4-дневной битвы у границы погибли 140 тыс. французов, но они так и не ворвались в глубинные германские пределы. Помимо прочего, французская армия так и не встретила основные силы немцев там, где ожидала. Основная идея XVII французского стратегического плана лопнула.

Мир замер, стараясь угадать стратегический замысел немцев. Его контуры обозначились уже в ближайшие дни. 6 августа началось огромное по масштабам перемещение германских войск. 550 поездов в день пересекали мосты через Рейн, более миллиона человек были перевезены в 11 тысячах поездов. По мосту Гогенцоллерна в Кёльне на протяжении первых двух недель войны поезд шел каждые десять минут - шедевр военной организации. Но немцы двинулись не во Францию, их ударные силы сосредоточивались севернее - на границе с нейтральной Бельгией. Отступая на своем левом фланге, немцы, связав французов в гористой местности на подходах к Рейну, сосредоточили основные силы на правом фланге, бросив все свои основные силы в направлении прохода на север Франции через Бельгию.

На пути германской армии в Бельгии встала крепость Льеж. Ее форты оказались неприступными для фронтальных атак германской пехоты, и срок получения 1-й армией фон Клюка оперативного простора уже был перенесен с 10-го на 13-е августа. Не дождавшись капитуляции крепости, немцы обратились к тяжелой артиллерии, к одному из наиболее охраняемых секретов Германии 420-миллиметровой пушке фирмы "Крупп", произведенной в 1909 году. Трудности обращения с ней представляла транспортировка: разобранное на две части гигантское чудовище с трудом перевозилось по железной дороге. (Заменить ее могла лишь 305-миллиметровая австрийская пушка фирмы "Шкода". Оба орудия стреляли бронебойным снарядом со взрывателем замедленного действия).

Из крупповской столицы - города Эссена две черные осадные мортиры 9-го августа были погружены на железнодорожные платформы и на следующий день отправились в Бельгию. До Льежа оставалось 18 километров, когда разрушенный тоннель вынудил немецких артиллеристов везти орудия по шоссе. Два дня продолжалось это непредвиденное перемещение монстров. Но 12 августа одно из орудий было направлено на форт Понтисс, и окружающий мир содрогнулся от ужасающего грохота (артиллеристы находились в 300 метрах от орудия). Корректировщики направляли артиллеристов с аэростатов и колоколен. Через 60 секунд после выстрела снаряд с высоты 1200 метров обрушился на бетон бельгийской крепости. Над фортом поднялся столб дыма. Рушились потолки и галереи; огонь, дым и оглушительный грохот наполнили казематы, солдаты доходили до "истерики, обезумев от ужасного чувства ожидания следующего выстрела". После 45 выстрелов форт Понтисс пал 13 августа. На следующий день ту же судьбу ждали и другие форты. Льеж пал к 16 августа, и армия Клюка выступила вперед - на север Франции. Иностранные наблюдатели думали, что немцы нарушили свой график на две недели. На самом же деле "план Шлиффена" получил отсрочку лишь на два дня.

Шестнадцатого августа германский генеральный штаб переехал из Берлина на Рейн, в Кобленц, в 130 километрах от центра германского фронта. Шлиффен мечтал, что его план будет реализовывать его наследник, германский командующий "из просторного дома, где под рукой были бы телефон, телеграф и радио, а около него - целый флот ожидающих приказа автомобилей и мотоциклов. Здесь, в удобном кресле, у большого стола, современный главнокомандующий наблюдал бы за ходом боя по карте. Отсюда он бы передавал по телефону вдохновляющие слова, и здесь бы он получал донесения от командующих армиями и корпусами, а также сведения с воздушных шаров и дирижаблей, наблюдающих за маневрами противника".

Здесь Мольтке пришел к выводу, что французы концентрируют свои главные силы для наступления через Лотарингию между Мецем и Вогезами. Это его устраивало, и 17 августа он не счел концентрацию французских сил в Лотарингии угрожающей. "План Шлиффена" снова стал главной стратегической схемой.

В тот же день, 17 августа, преодолев сопротивление крепостей Льеж и Намюр, 1-я германская армия ветерана войны 1870 г. генерала фон Клюка, 2-я армия генерала фон Бюлова и 3-я армия генерала фон Хойзена начали стратегически важнейший марш на северо-запад "восьмиугольника" французской территории. Ярко выраженный брюнет Клюк казался моложе своих 68 лет, а его коллега и сверстник Бюлов выглядел старше своего возраста. Оба они рвались на север Франции, чтобы оттуда зайти за спину основной массы французской армии. Это была громадная сила - три дня и три ночи 320 тысяч солдат Клюка шли через Брюссель. Как пишет Б. Такмен, "марш германских войск через Бельгию был подобен нашествию южноамериканских муравьев, которые периодически неожиданно выходят из джунглей, пожирая все на своем пути, не останавливаясь ни перед какими препятствиями".

Оккупация Брюсселя отозвалась в Берлине победным звоном колоколов. Теперь армия фон Клюка шла с севера от Льежа, а армия фон Бюлова к югу от города, вдоль долины Мааса.

Немецкие войска маршировали с пением солдатских песен. Этот рев уставших солдат звучал в ушах бельгийцев устрашающе. Французов на этом этапе подвела разведка. Они оценивали силы немцев к западу от Мааса в 17 дивизий, в то время как на самом деле их было 30. И в первых столкновениях французов с немцами первые не знали, какой мощи кулак опускается на них. Еще хуже было то, что настроенные на наступление французы медленно учились обороняться. Они пока еще не умели того, что военная необходимость, искусство выживания их скоро научит окапываться, ставить проволочные заграждения, выдвигать пулеметные гнезда.

Двадцать второго августа Клюк рванулся к Монсу, пересекая канал, ускоряя движение. 23 августа противостоящая немцам на Маасе пятая армия генерала Ланрезака отступила. Перед фон Клюком (160 тысяч) стоял британский экспедиционный корпус (70 тысяч), о существовании которого Клюк узнал лишь 20 августа из газет. Немцы порядочно устали (240 километров за 11 дней), и их силы были растянуты по бельгийским дорогам. В результате первый день участия английской армии в боевых действиях показал решимость англичан, но он же продемонстрировал физическое превосходство немцев. Девятичасовое сражение задержало продвижение фон Клюка на день.

К этому времени французская армия в бессмысленных наступлениях в Лотарингии - да и повсюду на Западном фронте - потеряла уже 140 тысяч солдат из общего числа 1250 тысяч. Жоффр, при всем своем крестьянском упорстве, должен был признать 24 августа, что французская армия уже не способна к наступательному порыву и "обречена на оборонительные действия". К его чести нужно сказать, что он достаточно быстро начал учиться искусству обороны. Пришлось учиться и другим видным сторонникам наступательной войны. Президент Пуанкаре записал в дневнике: "Мы должны согласиться на отступление и оккупацию. Так исчезли иллюзии последних двух недель. Теперь будущее Франции зависит от ее способности сопротивляться".

А немцы почувствовали огромный прилив самоуверенности. На севере они наконец-то вступили на территорию Франции. Вера в "план Шлиффена" никогда не была более абсолютной. Обе атакующие армии вышли во фланг основным силам французов на 120-километровом фронте - миллионные силы вторжения ворвались в Северную Францию и начали движение с севера к Парижу, оказавшемуся под непосредственным ударом. Именно тогда западные союзники призвали Петроград изменить согласованные сроки и максимально ускорить выступление русских войск.