КалейдоскопЪ

Двоевластие в России

О революции в России мечтали три поколения русских людей. Декабристы взошли на эшафот; либералы, народники и марксисты готовы были отдать за нее жизнь. Эсеры и социал-демократы шли на террор и готовились в жестокой борьбе к празднику униженных и оскорбленных. Для них революция была священным пламенем, и они были готовы к любым жертвам. То, что они увидели в 1917 г. было мало похоже на их мечты. Случилось худшее - образовалось двоевластие. Петроградский совет, получив поддержку войск, стал параллельной Думе властью. Это парализовало работу правительства.

Более того. Институты государства потеряли надежность и фактически с этих дней и до октября 1917 г. Россия лишилась подлинного правительства. Внешние формы административного главенства соблюдались, но реализация политики Временного правительства отличалась безнадежной слабостью. Горе и страдания обрушились на землю, лучшим людям которой хотелось ускорить историю. Вместо конституционной монархии с одиннадцатилетним монархом на троне, Совет потребовал провести равные и всеобщие выборы. Милюков пытался протестовать против этого обращения к суждению неграмотных миллионов, но уже было понятно: руль государства не скоро попадет в руки избранных и лучших. Компромисс между Государственной Думой и Советом рабочих и солдатских депутатов дал стране Временное правительство - пока Учредительное собрание не определит будущую форму государственности России и не решит, быть ли России республикой или монархией.

На совещании 16 марта Родзянко, Некрасов и (с наибольшим пылом) Керенский заявили, что выдвижение нового царя разнуздает революционные страсти и повергнет Россию в страшный хаос. Великого князя Михаила убедили отречься. Лидер октябристов Гучков предпринял последнее усилие - обращаясь к патриотизму и мужеству великого князя, предложил Михаилу принять верховную власть в качестве регента. "Эта прекрасная мысль, - пишет Палеолог, - которая могла еще все спасти, вызвала у Керенского припадок бешенства". Побыв наедине с собой несколько минут в соседней комнате, великий князь Михаил заявил, что не меняет своего решения отречься и не примет регентства. Керенский вскричал: "Вы благороднейший из людей!"

Гучков облегчил свою совесть последним протестом: "Господа, вы ведете Россию к гибели".

Министром иностранных дел Временного правительства - главным связующим звеном с западными союзниками - стал кадет П. Н. Милюков, известный на Западе чтением лекций, бегло говоривший на английском, французском, немецком и польском языках. К началу революции он был в пике формы мужественный и знающий лидер партии и блестящий оратор. Палеолог считал его "воплощением личной доброты, склонным видеть таковую у окружающих". Американский посол: "Моим сознанием овладевала мысль, что передо мной подлинный лидер революции; это был глубокий мыслитель и подлинный русский патриот... Более чем кого-либо он убедил меня, что правление Романовых закончено... Эти искренние и преисполненные решимости русские создадут такую форму правления, которая будет лучше всего служить интересам их страны".