КалейдоскопЪ

Ремесленное производство и ремесленные цехи

Трудно назвать причины, которые препятствовали бы занятию ремеслами в сельской местности и в деревнях, – как, собственно, это поначалу и было. Но растущие города представляли собой естественные рынки для всех видов ремесленной продукции: тканей, одежды, обуви, всевозможных кожаных и металлических изделий, а в первую очередь – для строительства частных домов, городских стен, башен и церквей. Вполне естественно, что города были привлекательны для ремесленников. За исключением кирпичников, каменщиков и представителей некоторых других профессий, прочие работали на дому, нередко нанимая поденщиков – учеников и квалифицированных подмастерий.

С XII в. или даже раньше представители одной профессии стали объединяться в ремесленные цехи. Эти цехи не были похожи на современные профсоюзы, поскольку в них входили и работодатели, и работники, причем тон всегда задавали работодатели – квалифицированные мастера. Цехи принимали свои уставы, составляли письменные отчеты о своей деятельности, не в последнюю очередь именно поэтому историки нередко переоценивали их значение.

В XII и XIII вв. ремесленные цехи были, как правило, лишь религиозными братствами, члены которых имели общие экономические интересы; эти объединения возвращали людям чувства уверенности и защищенности, утраченные с уходом из деревни, а также создавали столь необходимые институты попечения над нетрудоспособными или престарелыми членами цехов, над вдовами и сиротами. В любом случае цех можно было основать только в крупном городе, поскольку в мелком просто не нашлось бы достаточного количества мастеров одной профессии. В больших городах, таких, как Лондон, существовали объединения самых редких ремесел. Постановление цеха шпорных дел мастеров от 1345 г. дает наглядное представление о регулировании его деятельности, о шумном и порой опасном поведении горожан и о постоянной угрозе пожаров в средневековом городе:

«Да запомнит каждый, что во вторник, назавтра после дня Оков св. Петра, на девятнадцатом году правления короля Эдуарда III, статьи, подписанные здесь, были прочитаны в присутствии Джона Хеммонда, мэра… Прежде всего, никто из шпорных дел мастеров не должен работать дольше, чем с начала дня до сигнала к тушению огней с церкви Святого Гроба, что за Новыми воротами. Потому что ночью никто не может работать так же аккуратно, как днем, а многие мастера, зная, как можно обмануть в своем ремесле, желают работать больше ночью, чем днем: тогда они могут подсунуть железо негодное или с трещинами.

Далее, многие шпорных дел мастера гуляют целыми днями и вообще не занимаются своим ремеслом, а когда напиваются и приходят в неистовство, то принимаются за работу, доставляя этим беспокойство больным и всем соседям, а также ссорами, которые случаются между ними… И когда они так сильно раздувают пламя, что их горны разом начинают пылать ярким пламенем, они создают этим большую опасность для себя и для всех соседей… Также никто из названных мастеров не должен держать дом или мастерскую для занятий своим делом (разве что он – не гражданин города)… Также никто из названных мастеров не должен приглашать ученика, помощника или подмастерья другого мастера этого ремесла, пока не кончился срок, оговоренный между ним и его мастером… Также ни один чужестранец не должен обучаться этому ремеслу или заниматься им, разве что он получил городские права от мэра, олдермена и председателя палаты…»[80]

Постепенно, но далеко не везде в гильдиях были установлены правила, определявшие условия найма учеников, часы работы, качество изделий и порой даже цены.