КалейдоскопЪ

Испания

По сравнению с драматическими событиями в Северо-Западной Европе политическая история Иберийского полуострова в XIV–XV вв. развивалась относительно спокойно. Героическая эпоха Реконкисты (освобождение Испании от мавров) ушла в прошлое, хотя сам процесс еще не закончился, поскольку в руках мавров оставалась Гранада. Правителей Арагона (Арагон, Валенсия и Каталония) интересовали лишь торговля и завоевания в средиземноморском регионе. Завоевания шли весьма успешно под власть Арагона подпали Сицилия и Сардиния, а на некоторое время – и «разбойничье» герцогство Афинское (1325–1388), и Неаполитанское королевство (1434–1454).

Итальянская политика Арагонского дома сводилась к прямой борьбе с Анжуйским правящим домом Неаполя, в результате Арагон оказался в состоянии вражды с Францией – вражды, которую в силу обстоятельств унаследовало и объединенное Испанское королевство.

На самом Иберийском полуострове христианские королевства оспаривали друг у друга династические привилегии и время от времени погружались в пучину гражданских войн, когда влиятельные группы светских и духовных вельмож начинали междоусобную борьбу за власть в королевстве Во время одной из таких войн в Кастилии в 1460-х годах партия, выступавшая против короля Генриха IV, решила усилить свою позицию, устроив брак сестры Генриха, Изабеллы, с Фердинандом, сыном короля Арагона (1469).

Из этого незапланированного и в некотором смысле случайного союза выросло объединение королевств Арагон и Кастилия, знаменовавшее собой появление новой Испании. Победа Фердинанда и Изабеллы в последней стадии гражданских войн подготовила еще более естественный союз между Кастилией и Португалией, которую Генрих IV предназначал для своей дочери. Испания вступила на путь, превративший ее в мировую державу и вместе с тем вовлекший в двухсотлетние войны с Францией из-за так называемого арагонского наследства; и то, и другое имело огромное значение и для Европы, и для всего мира.

Священная Римская империя

История Священной Римской империи оказалась гораздо менее яркой. Императоров избирали семь крупнейших князей Германии, называемых курфюрстами: архиепископы Майнцский, Кельнский и Трирский, пфальцграф (чьи владения располагались на среднем Рейне), герцог Саксонский, маркграф Бранденбургский и король Чехии. Три архиепископа были, несомненно, самыми богатыми и влиятельными духовными лицами Германии. Однако долгое время оставалось загадкой, почему остальные должности избирателей монополизировали, по крайней мере не позже середины XIV в., всего лишь четыре светские династии. Не так давно было выдвинуто весьма правдоподобное предположение, что изначально эти династии происходили по мужской линии от сестер Оттона Великого, то есть продолжали род создавших Священную Римскую империю Саксонских императоров (см. гл. 2), прервавшийся в 1002 г.[105]

Ни один из императоров XIV–XV вв. не имел достаточно возможностей, чтобы восстановить эффективную центральную власть. В большинстве своем они даже и не пытались это делать, удовлетворяясь территориальными прибавлениями к наследственным владениям. Такова была политическая стратегия занимавших германский престол династий Люксембургов (1346–1437) и Австрийских Габсбургов (начиная с 1438). В своей политике императоры мало чем отличались от прочих немецких князей, следствием чего стала нескончаемая череда усобиц, разделов, захватов и наследовании земель. У немецких историков принято сожалеть об этом периоде истории Германии и ее политическом бессилии, которое резко контрастирует с величием Салической династии и Гогенштауфенов. Но династические войны немецких князей и все бесчинства баронов-разбойников вряд ли произвели такое опустошение и причинили такой вред простому народу, как Столетняя война во Франции.