КалейдоскопЪ

Российские партии

Основанная на ленинских оценках советская историография рассматривала партию как авангард соответствующего класса, как политически оформленную организацию самой активной части класса (слоя класса) и делила партии на пролетарскую (большевики), мелкобуржуазные (меньшевики, эсеры, Бунд и др.), буржуазно-монархические («Союз 17 октября», кадеты и т. д.) и помещичьи («Союз русского народа», черносотенцы). Однако классовый детерминизм грешил недооценкой относительной самостоятельности политической сферы и откровенной произвольностью оценок (из-за абстрактности понятия «классовый интерес»). В последние годы все большее признание получает классификация партий на основе идеологии. Согласно ей, отечественные партии делятся на социалистические, либеральные, традиционалистско-монархические (черносотенные) и национальные (преломлявшие ту или иную идеологию сквозь призму национальных, невеликорусских интересов).

Специфика социально-экономического, политического и социокультурного развития России наложила отпечаток на создание партий и партийную систему. В Западной Европе партии – в более или менее современном их понимании – начали создаваться в начале Нового времени (в Англии с XVII в., во Франции – с XVIII в.) на основе тех или иных социальных интересов, как правило, в связи с парламентскими, иными выборами и «справа – налево». В России, где капитализм запаздывал, партии начали появляться лишь к концу XIX в., причем в нелегальных условиях, при незавершенности классообразования и отсутствии выборов. (Хотя выборы в I Государственную думу способствовали оформлению многих партий и партийной системы в целом.) В результате партии складывались не столько «снизу», на основе различных социальных общностей, групп, корпораций, как это было на Западе или даже в Китае в период Синхайской революции, сколько привносились «сверху» – интеллигенцией. Взяв на себя роль выразителя интересов различных социальных групп, она создавала и «обслуживала» практически все партии. Объективно интеллигенция компенсировала отсутствие сильной, политически активной буржуазии, способной взять на себя лидирующую и консолидирующую роль в выражении насущных общественных потребностей.

Сам порядок образования российских партий был во многом противоположным западному. Первыми в 1880—1890-х гг. появились национальные партии («Пролетариат», Польская социалистическая партия и Социал-демократия Королевства Польского, армянские: «Гнчак» и «Дашнакцутюн», – Бунд – «Всеобщий еврейский рабочий союз в Литве, Польше и России» и т. д.). Этому способствовал начавшийся кризис империи, рост национального самосознания (особенно заметный на фоне незавершенности формирования классов и классовой самоидентификации), а также наличие в составе России народов с относительно высокой культурой и мощными заграничными диаспорами.

На рубеже веков возникли социалистические партии: Российская социал-демократическая рабочая партия (РСДРП, 1898) и Партия социалистов-революционеров (ПСР, 1901). Руководящее ядро РСДРП составляла интеллигенция, а большинство членов – рабочие. Партия руководствовалась радикальным марксизмом, конечной ее целью являлся социализм. Его предполагалось достичь через буржуазную, затем – социалистическую революции и диктатуру пролетариата. В 1903–1904 гг., после своего II съезда, РСДРП раскололась на две фракции: большевиков (В. И. Ленин и др.) и меньшевиков (Ю. О. Мартов, Г. В. Плеханов и др.), которые были не только самостоятельны организационно, но и все более расходились в тактике, а впоследствии и в стратегии революционной борьбы.

Меньшевики отличались относительной (по сравнению с большевиками) умеренностью и ориентацией на опыт европейской социал-демократии. Вслед за ней они считали, что буржуазную и социалистическую революции разделяет длительный исторический промежуток. Радикалы-большевики, используя не только европейский опыт, но и отдельные народнические традиции, стремились максимально ускорить, подтолкнуть (с помощью мощной сверхцентрализованной партии) не только буржуазную, но и социалистическую революцию. Большевики отличались неразборчивостью в средствах (они считали нравственным все, что служит делу социализма). В 1917 г. эти фракции РСДРП избрали принципиально разную стратегию, фактически отказались от общей программы и тем самым окончательно оформились в самостоятельные партии.

Партия социалистов-революционеров, возглавляемая В. М. Черновым, объединяла не только представителей интеллигенции и рабочих (как РСДРП), но и крестьян (45 % состава партии). Она руководствовалась неонароднической идеологией – модернизированным народничеством. Эсеры признавали развитие в России капитализма и наличие классов, но полагали, что классы различаются по отношению не к средствам производства (как считали марксисты), а к труду и выступали от имени единого трудового класса, в который они включали и рабочих, и крестьянство, и «трудовую» интеллигенцию. Свою цель – социализм (понимавшийся как «царство всеобщего организованного труда на всеобщую пользу») эсеры предполагали достичь через социальную революцию, а затем – социализацию земли (т. е. изъятие ее из частной собственности, передачу общинам и уравнительное распределение между крестьянами); всемерное развитие кооперации, демократии и самоуправления трудящихся. Одним из средств революционной борьбы ПСР признавала индивидуальный террор. По своему составу и идеологии эсеры отличались от западноевропейских партий и напоминали некоторые позднейшие партии Востока.

Активизация социалистов подтолкнула создание традиционалистско-монархических организаций (поддерживавшихся властями), а также либеральных «Союза освобождения» и «Союза земцев-конституционалистов». Но соответствующие партии возникли лишь в 1905 г.

Конституционно-демократическая партия, которую возглавил П. Н. Милюков, представляла левый фланг либерализма и была наиболее радикальной из соответствующих партий Европы. В ее составе преобладала интеллигенция, особенно элитная: адвокатура, профессура и т. д. Хотя Ленин называл кадетов главной партией российской буржуазии, на самом деле они скептически относились к буржуазии, а некоторым из них не были чужды даже просоциалистические идеи. Стремясь сокрушить самодержавие, являвшееся, по их мнению, главным тормозом на пути модернизации страны, и не видя еще «врагов слева», кадеты выдвигали радикальные, но малореалистичные в тех условиях лозунги, ориентируясь на опыт самых передовых стран. Кадеты требовали создания правового государства в форме не просто конституционной, а парламентской монархии по английскому образцу, т. е. с правительством, ответственным перед парламентом, созыва Учредительного собрания и введения всеобщего избирательного права. В отличие от европейских либералов того времени они выдвигали не только политические, но и социальные требования: отчуждение части помещичьих земель в пользу крестьян, признание права рабочих на стачки, восьмичасовой рабочий день.

В том же 1905 г. оформилась право– или консервативно-либеральная партия – «Союз 17октября», возглавлявшаяся А. И. Гучковым. В ее составе было меньше, чем в партии кадетов, представителей интеллигенции, но гораздо больше буржуазии и либерально настроенных помещиков. Это обусловило более умеренные, прагматичные требования. Партия разделяла в целом политическую программу, изложенную в Манифесте 17 октября, и ориентировалась на создание конституционной монархии с законодательными, но сравнительно неширокими полномочиями парламента по немецкому образцу. Октябристы осуждали многие утопические требования кадетов, а тем более социалистов. Если кадеты были оппозиционны власти, то октябристы в основном поддерживали столыпинское правительство и его реформы. Таким образом, партия выступала за модернизацию страны при сохранении неприкосновенности частной собственности и сильной монархической власти. Цели октябристов отличались реалистичностью, но их уязвимым местом была объективная зависимость партии от успешности правительственных реформ.

На волне черносотенных погромов, поднявшейся после Манифеста 17 октября 1905 г., возникла крайне правая традиционалистско-монархическая партия – «Союзрусского народа» (СРН), которую возглавил А. И. Дубровин. В Союзе состояло 350 тыс. человек, что было сопоставимо с общей численностью всех остальных российских партий! В руководстве СРН преобладали представители интеллигенции, дворянства, духовенства, а подавляющую часть его членов составляли монархически настроенные крестьяне, рабочие, мелкие торговцы и ремесленники. Суть идеологии партии выражала уваровская триада: самодержавие, православие, народность. СРН выступал за сохранение традиционных устоев государства, не признавал законодательной Думы и пытался активно бороться против революционеров, либералов, а отчасти и против «доморощенной буржуазии, зараженной гнилью Запада». Одним из главных лозунгов СРН был антисемитизм.