КалейдоскопЪ

Рабочий класс: структура и состав

Особенности формирования

Рабочий класс на Востоке, в целом проходивший те же стадии становления, что и западный пролетариат, обладает тем не менее ярко выраженной спецификой. Из-за общей экономической отсталости и замедленного развития капитализма, обусловленных влиянием колониальной и феодально-помещичьей эксплуатации, положение пролетариата в странах Востока было еще более тяжелым, а его становление как нового класса восточного общества растянулось на долгий срок.

Главной формой эксплуатации рабочего класса на Востоке было получение абсолютной прибавочной стоимости как западными, так и местными предпринимателями. В первой половине XX в. продолжительность рабочего дня на предприятиях достигла максимального уровня: в среднем она колебалась от 12 до 14 часов. При этом самый длинный рабочий день был на наиболее технически оснащенных, электрифицированных предприятиях. Сильная задолженность ростовщикам, которые взимали 50–75 % годовых, также оказывала серьезное влияние на положение рабочих, усугубляя сложность их существования.

Жесточайшая эксплуатация в промышленности была возможна, в частности потому, что основную массу фабричного пролетариата на Востоке в то время составляли выходцы из обедневших слоев крестьян и ремесленников. Большинство из них еще не порвали связь с деревней, в которой жили их семьи и куда они, как правило, возвращались сами. Однако в эти годы уже стал образовываться слой постоянных фабричных рабочих.

Рабочий класс в целом можно разделить на следующие основные группы: 1) предпролетарии (разорившиеся крестьяне, пришедшие в город на заработки, ремесленники города и деревни, мелкие товаропроизводители, ищущие заработок и время от времени нанимающиеся на работу); 2) промышленный пролетариат (рабочие фабрично-заводской промышленности, ремесленно-мануфактурный пролетариат, рабочие добывающей промышленности); 3) сельскохозяйственный пролетариат (постоянные рабочие-механизаторы, постоянные плантационные рабочие, сезонные рабочие – отходники, поденщики и т. д.); 4) лица, занятые в сфере обслуживания (рабочие транспорта и связи, рабочие, занятые в торговле, на погрузочно-разгрузочных работах и т. д., работники сферы обслуживания).

В некоторых странах Востока существует и особая категория рабочих – рабочие-эмигранты, которых судьба в поисках хлеба и заработков забросила за рубежи своей родины. Это, например, тунисцы, марокканцы, алжирцы во Франции; турки в ФРГ, Австрии, Швеции, Швейцарии, Ливии, Голландии; индусы и пакистанцы, а также африканцы в Англии; палестинцы, пакистанцы, корейцы в нефтедобывающих аравийских монархиях и т. д. Таких рабочих насчитываются миллионы. Их юридическое положение на чужбине весьма неопределенно. Как правило, они заняты на самых тяжелых и низкооплачиваемых работах, подвергаются дискриминации, жестоким методам эксплуатации и угнетения. Эти люди – постоянные кандидаты на увольнение по первому требованию хозяина.

Преемственность рабочего класса на Востоке крайне незначительна и составляет всего несколько поколений (два-три). Во многих странах (особенно африканских) большинство рабочих встали к станку недавно и сохранили остатки крестьянской психологии. Многие из них вообще еще не порвали связи с деревней, особенно сезонники в сахарной и других отраслях промышленности. Велик удельный вес рабочих с наделом, которые не прекращают заниматься земледелием.

В Африке формированию и повышению квалификации кадрового пролетариата мешают сохраняющиеся племенные пережитки, традиционные отношения подчинения вождям и старейшинам племен. Очевидно, именно к такой категории рабочих можно отнести отмеченное отечественными экономистами явление, когда большие массы людей острее и непосредственнее ощущают свои связи с кастой, племенем и другими социальными общностями, чем с классом.

Но хотя формирование современного рабочего класса в странах Востока по-прежнему происходит за счет разорившихся крестьян и ремесленников, новое поколение пролетариата в большинстве своем грамотно, политически ориентировано. Приходя на заработки в город, ныне сельский житель может слушать радио, читать газеты, интересуется международными событиями, вопросами идеологической борьбы и т. д. Это уже не темный и забитый крестьянин колониального периода.

Социологические исследования, проведенные в некоторых развивающихся странах, свидетельствуют, что более половины крестьян мечтают о постоянной работе на фабрике или заводе, 80–90 % сельских жителей хотят, чтобы их дети учились в школе и институте на врача, инженера, юриста и т. д. и постоянно проживали в городе. Даже служители культа (муллы и др.) лишь в 20 случаях из 100 пожелали, чтобы их дети шли по стопам своих отцов.