КалейдоскопЪ

Наднациональные идеологии, или панидеологии, на Востоке

В идеологической и политической борьбе в афро-азиатских странах широко используются наднациональные идеологии, или панидеологии, такие, как панисламизм, панарабизм, пантюркизм, евразийство и т. п. Они возводят в абсолют подлинное или мнимое единство крупных общностей на территориальной, расовой, этнокультурной или религиозной основе. Почти все эти идеологии зародились в первой половине XX столетия, но со временем значительно видоизменились.

Панисламизм, сохранив антиколониальный и антиимпериалистический потенциал, в неменьшей степени стал политической идеологией движений социального протеста. Панарабизм, как идеология борьбы арабов за независимость, используется отдельными арабскими странами для достижения государственно-национальных целей. Пантюркизм, ранее превратившийся из политической идеологии в концепцию культурного национализма, снова выходит на политическую арену. Паназиатизм, который был орудием японского гегемонизма, возрождается под лозунгом «Азиатизация Азии», призванным сплотить азиатские страны в борьбе за новый экономический передел мира между центрами силы. Одними из таких центров все более уверенно становятся Дальний Восток и Юго-Восточная Азия.

Панисламизм

При господстве национализма в мире панисламизм не может иметь полного и долговременного успеха. Доминанта национальных интересов, столкновение честолюбивых правителей и политических лидеров не только превращают в химеру идею планетарного «государства ислама», но и затрудняют даже возможность реального единства действий мусульманских стран. Тем не менее до сих пор панисламистские лозунги созвучны настроениям тех, кто идеализирует раннеисламскую общину и видит в ней воплощение мечты о справедливости. Панисламизм вдохновляет мусульманские сепаратистские движения или служит идеологическим прикрытием сил, борющихся за власть, привилегии и гегемонию в арабском мире. Но, может быть, важнейшая политическая функция панисламизма сегодня состоит в формулировании объективной потребности мусульманских стран сплотиться на основе общих интересов в крупные политические, экономические, военные блоки.

В современном панисламизме, ориентированном на планетарную исламскую общину, существуют разные подходы к вопросу о путях и методах достижения цели. Одни его лидеры придерживаются экстремистских взглядов, призывая и даже утверждая необходимость насилия, другие избирают путь воспитания личности, духовной переориентации мусульманина на возрождение общины Мухаммеда, третьи сначала добиваются внедрения шариата как поведенческого кодекса для общества (к примеру, политика исламизации в Иране и Пакистане).

Обращает на себя внимание то, что «всемирное государство ислама» в большинстве случаев воспринимается как желанная, но отдаленная цель. Сейчас, когда широкое распространение получил мусульманский национализм, признающий приоритет исламских, а не национальных целей, в рамках национальных государств панисламизм часто ориентируется на образование «государства ислама» в отдельно взятой стране, считая это шагом на пути к планетарной общине.

Директор института политических наук в Исламабаде Хуришид Амин пишет: «Мы можем принять идею национального государства в качестве отправной точки… потому что это реальность сегодняшнего мира. Сейчас мы не помышляем о халифате как унитарном государстве. Мы стремимся к содружеству мусульманских народов в качестве шага к более полному единству». Бывший советник по делам образования в Пакистане Абдул Хакк добавляет: «Пакистан может привести мусульманские страны к образованию всемирной конфедерации со столицей в Мекке». Абдалла Самман, богослов из Саудовской Аравии, утверждает, что «…у мусульманина есть малая родина – страна, в которой он рожден, и великая родина – «государство ислама»».