КалейдоскопЪ

Советский социум в 1945–1991 гг.

Демографическое развитие

Великая Отечественная война нанесла стране невиданные демографические потери. Если в начале 1941 г. население СССР составляло 198,8 млн человек, то в 1946 г. – 170,6 млн и даже в 1953 г. насчитывало лишь 188 млн человек. В результате массовой гибели мужчин, в большинстве своем находившихся в активном, трудоспособном возрасте, резко изменилась половозрастная структура общества, возникла «демографическая яма», которая сказывалась на воспроизводстве населения еще многие десятки лет.

К 1959 г. численность населения СССР выросла до 208,8 млн человек (в том числе городского – до 100 млн, сельского – до 108,8 млн), а к 1989 г. – до 286,7 млн человек (городского – до 188,8 млн, а сельского – до 97,9 млн). В 1958 г. РСФСР, а в 1962 г. и страна в целом перешли важный рубеж: городское население стало превышать сельское. В 1989 г. в СССР оно составило почти 66 %. В середине 1980-х гг. доля рабочих по советской классификации выросла почти до 62 %, служащие сохраняли свой удельный вес примерно в 12 %, а крестьянство уменьшилось до 16 %. Нараставшая урбанизация являлась одним из ключевых процессов, определявших облик общества и происходившие в нем изменения.

Советская урбанизация отличалась от западной своими небывалыми темпами. Чтобы вдвое снизить долю занятых в сельском хозяйстве, СССР потребовалось 33 года (1929–1962 гг., когда эта доля упала с 83 до 40,5 %), а европейским державам на сопоставимом уровне развития – в 2–3 раза больше: Германии – 66 лет (за 1882–1948 гг., с 46,7 до 23,8 %), Франции – 79 лет (за 1879–1958 гг., с 47,7 до 23,5 %). Столь быстрые темпы урбанизации объяснялись прежде всего мощным вмешательством государства. Проводя форсированную индустриализацию, а затем и восстановление тяжелой промышленности, массовые мобилизации и перераспределение «рабочей силы» между отраслями и регионами, оно существенно деформировало естественный процесс урбанизации. Немаловажными факторами служили огромный разрыв в уровне, качестве жизни городского и сельского населения, что вызывало массовое бегство крестьян в города, а также экстенсивный характер развития промышленности. Даже в середине 1980-х гг. ручным трудом в ней было занято более 50 млн человек (40 %), и она испытывала постоянную нехватку рабочих рук. Стремительность советской индустриализации резко обостряла социальные проблемы в городах и в деревне (сельское хозяйство задыхалось от нехватки рабочих рук, а городская инфраструктура не выдерживала огромного наплыва мигрантов), способствовала маргинализации значительной доли населения, росту преступности и других негативных явлений.

Глубинные причины качественных сдвигов, происходивших в структуре населения, определялись так называемым демографическим переходом, характерным для всех индустриальных стран. В результате него в СССР утверждался, хотя и с некоторым опозданием, новый тип воспроизводства населения, близкий к тому, который господствовал во всех промышленно развитых городских обществах. Он характеризовался постепенным снижением рождаемости, резким падением смертности (особенно детской), заметным увеличением продолжительности жизни и доли пожилого населения. Его следствиями были растущие инвестиции в детей, развитие образования, дальнейшая эмансипация и самореализация женщин, демократизация семейных отношений и пр. К середине 1960-х гг. по сравнению с 1913 г. смертность в стране снизилась в четыре раза, ожидаемая продолжительность жизни выросла у мужчин почти вдвое, а у женщин – более чем вдвое.

Однако наивысшие показатели продолжительности жизни были достигнуты в 1964 г. Затем средняя продолжительность жизни в Советском Союзе, в отличие от других стран, не росла, а уменьшалась (табл. 2). Таким образом, до середины 1960-х гг. продолжительность жизни в СССР и ведущих западных державах сближалась, а затем разрыв вновь стал увеличиваться.

Таблица 2. Средняя продолжительность жизни мужчин и женщин

Смертность в Советском Союзе не уменьшалась, как в других странах, а оставалась на одном уровне или росла. Если в 1960-х гг. коэффициент смертности на 1000 человек населения составил в СССР 7,4 %, то в 1980-е гг. – уже 10,3 %. (В США этот коэффициент снизился с 9,5 до 8,7 %; в Японии – с 7 до 6,2 %, и лишь в некоторых странах континентальной Европы, имевших «старую» возрастную структуру населения, данный индекс оставался стабильным.) Хотя младенческая смертность в СССР в 1980-е гг. по сравнению с 1950-ми гг. сократилась почти втрое, тем не менее она составляла 20,8 на 1000 человек населения – примерно вдвое выше, чем в ведущих державах (и втрое больше, чем в Японии). Приостановка снижения смертности за 1966–2000 гг. обошлась России примерно в 14 млн человеческих жизней.

К началу 1980-х гг. Советский Союз, по оценкам, находился лишь на 35 месте в мире по продолжительности жизни, почти 50 стран имели более низкую детскую смертность. Естественный прирост населения в РСФСР более чем в полтора раза уступал общесоюзным показателям. Доля русских снижалась, и в 1979 г. они составили лишь 52,4 % от общей численности населения Советского Союза.

На первую половину XX в., и особенно на советскую эпоху, пришлись наиболее активные фазы демографического перехода, который, как правило, сопровождается ускоренным ростом населения. Но в Советском Союзе демографический взрыв был сведен на нет колоссальными людскими потерями в катаклизмах революций, сталинской модернизации и Великой Отечественной войны. Хотя благодаря естественному приросту страна все же вышла из вызванного войной демографического кризиса, шанс заметно увеличить население был упущен. Если в 1913 г. на долю Российской империи приходилось примерно 8 % мирового населения, а собственно России – 4,4 %, то в 1950 г. доля СССР не только не увеличилась (как должна бы в результате активной фазы демографического перехода), а уменьшилась, составив 7,1 %, а России – чуть более 4 %. В дальнейшем естественный прирост населения в стране быстро замедлялся, причем не только в силу характерного для соответствующего этапа экономического развития снижения рождаемости, но и сохранявшейся на довольно высоком уровне и даже возраставшей смертности и аномально низкой для индустриальных стран (особенно для мужчин) продолжительности жизни.

Особенно ярко все эти процессы проявились собственно в России. Лишь в 1955 г. РСФСР восстановила довоенную численность населения. Еще примерно десять лет – до второй половины 1960-х гг. – естественный прирост позволял не только увеличивать население, но и «отдавать» некоторую его часть в другие республики СССР.

Но затем, вследствие падения рождаемости, прекращения снижения смертности, а также постепенного старения населения естественный прирост начал быстро сокращаться. В 1964 г. коэффициент естественного прироста населения России впервые опустился ниже 10 на тысячу человек, в 1967 г. – ниже 7. С того времени он колебался от 5,5 до 6,5 на тысячу, лишь иногда выходя за эти пределы. В конце 1980-х гг. колебания сменились быстрым падением естественного прироста населения, а с 1993 г., когда его численность достигла своего исторического пика– 148,6 млн человек, коэффициент стал отрицательным, что и повлекло за собой общую убыль населения.

Сочетание необычно раннего (для соответствующего уровня экономического развития) снижения рождаемости, а также аномального для других стран прекращения роста и даже уменьшения продолжительности жизни заложили долгосрочную тенденцию к снижению прироста населения и сокращению его численности. Эти стратегические, крайне неблагоприятные для будущего страны факторы прежде всего явились платой за социалистическую модернизацию и Великую Отечественную войну. Кроме того, они отражали особенности экономического и социального развития СССР в 1945–1991 гг. Важнейшими среди них были продолжавшаяся урбанизация и рост образования населения, массовое вовлечение женщин в производство, недоразвитость социальной и особенно жилищной инфраструктуры, а также распространенность абортов и алкоголизма.[16]